Глава 121.0

— Как это — пропали? — холодно спросил я, глядя на Второго дядю. — Столько лет с ними ничего не случалось, а как попали к вам, так сразу пропали. Чем вы вообще занимались? Не смей говорить здесь такие безответственные вещи.

Второй дядя молчал, потупив взгляд на Каньцзяня. Я обвёл взглядом остальных. Дядя хорошо их вышколил: с тех пор как они ушли от меня, прошло не так много времени, а они уже не смели своевольничать в его присутствии. Мне оставалось только вцепиться в Каньцзяня:

— Как они пропали? Что произошло?

Каньцзянь посмотрел на Второго дядю. Тот, очевидно, приказал всем молчать. Я отпустил Каньцзяня и подошёл к дяде. Он впустил меня в дом и закрыл за собой дверь.

— Говоришь, пропали, — холодно произнёс я. — А тела где?

— Их не поднять, — ответил Второй дядя, усадив меня и налив большой стакан водки. — Пока это лишь теория. Мы не видели этого своими глазами.

— А говорите так уверенно! — я ударом наотмашь опрокинул стакан. — Раз не видели, какого чёрта вы вернулись? Вы что, не собирались их спасать? Какая там обстановка?

Второй дядя посмотрел на разлитую водку.

— Если бы их можно было спасти, мы бы их уже спасли.

Я глубоко вздохнул. Сдавившее грудь удушье слегка отступило. Оглянувшись на дверь, я мысленно выругался: «Каньцзянь, убью тебя, тварь». Но, немного успокоившись, я почувствовал, как внутри зарождается совсем другой страх. Каньцзянь не из тех, кто болтает попусту или поднимает панику. Он честный парень, и я всегда учил его передавать информацию точно. Его отчаяние было неподдельным.

Неужели Второй дядя пытается заставить меня смириться с реальностью? Неужели их и вправду больше нет?

Я из тех, кто сразу раскусит обман. Когда я учился водить, инструктор пытался подсунуть мне витамин С под видом успокоительного, но я тут же его раскусил. Меня сложно провести словесными уловками.

У меня затряслись руки. Я пошарил по карманам — сигарет не было. Никогда бы не подумал, что с ними двумя может что-то случиться. В нашем деле не было никого надёжнее их пары. За все эти годы я и представить не мог, что они могут потерпеть неудачу.

Я был к такому совершенно не готов. Все мои прежние способы сохранять самообладание сейчас не работали. Успокоиться не получалось.

Но и взорваться я не мог — прошло слишком мало времени. С того момента, как я вошёл и услышал эту новость, мои эмоции просто не успели отреагировать.

Разрываясь между этими двумя состояниями, я ощущал внутри лишь гнев — слепую, беспричинную ярость.

Я откинулся на спинку дивана и заставил себя глубоко вдохнуть, вбивая в голову одну мысль: «Если я не успокоюсь, станет только хуже. Чтобы всё исправить, я должен взять себя в руки».

Эту фразу я бесчисленное множество раз повторял себе в пустыне. Я и не думал, что за последние годы мне придётся вспомнить её снова.

— Второй дядя, можешь в двух словах объяснить, что случилось? — я потёр переносицу. — Почему твои люди снаружи в таком состоянии? Неужели есть дело, с которым ты, У Эрбай, не можешь справиться?

— Попытка их спасти приведёт к ещё большим жертвам, — Второй дядя посмотрел на меня. — Если уж они вдвоём не справились, то из всей нашей группы не справится никто. Идти туда на выручку — значит просто обменивать одни жизни на другие. Жизни этих парней мне не принадлежат, я не могу так поступить.

— Что там случилось? Обвал? Зыбучие пески? — спросил я. Только так можно было быть уверенным, что их завалило.

— Они вошли в место, где нет кислорода. Прошло уже гораздо больше времени, чем то, на которое у них хватило бы запасов, — сказал Второй дядя. — Разве что они смогли бы найти новый источник воздуха, но это невозможно. Это как если бы ты упал в озеро и не выныривал два часа. Дальше речь идёт уже не о спасении, а о том, чтобы достать тело. Я не могу пожертвовать столькими жизнями ради того, чтобы выловить трупы.

— Они упали в озеро? Ты хочешь сказать, что два величайших расхитителя гробниц в мире утонули в озере?

— Это не обычное озеро, а так называемое Кричащее озеро. Полость в подземной реке. Стоит там издать громкий звук, как река тут же хлынет внутрь и затопит всё. Вода начнёт спадать лишь через два месяца. Местные называют это место Источник Ян-гуна, а само озеро — Озеро Овечьего Желудка. Они отправились туда на поиски входа, — пояснил Второй дядя. — Не знаю почему, но вода внезапно хлынула внутрь. Озеро огромное, и для спасательной операции под водой потребуется команда профессиональных спелеодайверов. Поток затопил всю подземную реку, нам пришлось отступить. Спасти их было невозможно.

— И это всё? Вы их бросили? — я вгляделся в лицо Второго дяди. Ему не было смысла мне лгать, он тоже не хотел смерти своих людей. Если уж он так говорит, значит, перепробовал все возможные способы. Я бы не поверил, скажи мне это кто-то другой, но слова дяди прозвучали так прямо, что у меня по спине пробежал холодок.

— Люди из семьи Се уже отправились туда. Я знаю, что вы так просто не сдадитесь, но твой дядя повидал немало смертей. Шансы в такой ситуации ничтожно малы, если только не случится чудо. Даже если они живы, для их спасения потребуется отряд в несколько сотен человек. Наши люди вернулись на передышку. Можешь попросить людей из семьи Се держать тебя в курсе.

Я поднялся на ноги.

— Тебе туда нельзя, — сказал Второй дядя. — Пойдёшь — верная смерть. И не вздумай ничего замышлять. Все знают о твоём состоянии. Сиди здесь и смирно жди новостей.

— Я не пойду, — кивнул я и направился к выходу. Я провёл языком по дёснам. «Как же, не пойду», — подумал я и, схватив Каньцзяня, сказал: — Мне дурно, проводи меня.

Каньцзянь на мгновение опешил. Схватившись за грудь, я затащил его в машину. В бардачке нашлась пачка старых, совершенно высохших сигарет. Я закурил, и стоило мне открыть рот, чтобы заговорить, как Каньцзянь вышел из машины.

— Сяо Сань-е, я знаю, что ты задумал. Тебе нельзя туда. Можешь проклинать меня, можешь выгнать, но я ничего тебе не скажу. Тебе нельзя в то место.

— Я ведь ещё ничего не спросил, — усмехнулся я.

Каньцзянь посмотрел на меня.

— Я обещал Сяо Гэ и Хэй Е, что ты будешь жить. Они своё уже пожили, а у тебя ещё всё впереди.