Глава 178.0

В тумане нас куда-то волокли. Когда меня вытащили из чего-то похожего на мешок, я уже окончательно потерял связь с реальностью. Я почувствовал, как с меня спешно срезают одежду, а затем на лицо и тело полилась какая-то теплая жидкость.

Все мое тело было одной сплошной раной, и по идее от попадания незнакомой жидкости я должен был зайтись в судорогах, но она, наоборот, принесла с собой лишь тепло и легкий зуд. Затем мне разлепили веки. Перед глазами все плыло, я ничего не мог разглядеть. Жидкость хлынула прямо в них.

Я ничего не слышал, кроме оглушительных ударов собственного сердца. Обоняние тоже отказало. Когда жидкость лили на лицо, она попала в рот — очень соленая на вкус.

Это тепло было таким приятным, что мое сознание постепенно померкло, и я снова провалился в сон.

Когда я очнулся в следующий раз, первым делом я ощутил, что все тело будто обернуто в какую-то пленку. Кожа стянулась, словно растрескавшаяся сухая земля. Глаза будто склеили — я не мог их открыть, как ни старался. Попытался поднять руку — тоже безуспешно. Постепенно я понял, что на мне лежит что-то тяжелое. Груз давил на суставы, полностью обездвижив меня. Я хотел заговорить, но губы тоже были чем-то закрыты. Зато слух вернулся.

Я тяжело дышал, но даже не мог кашлянуть. И тут до меня донесся голос:

— Не двигайся.

Я замер. Слова прозвучали слишком быстро, я не разобрал их, но голос… кажется, это был голос Молчуна. Я тут же разволновался, и в тот же миг чья-то рука легла мне на шею и сжала ее. Через несколько секунд в мозгу потемнело от недостатка кислорода, и я снова отключился.

Черт, это точно Молчун. Только он любит применять такие приемчики. Моя последняя мысль не успела до конца оформиться, и я вновь погрузился во тьму.

Очнувшись, я обнаружил, что ничего не изменилось — я по-прежнему не мог пошевелиться. На этот раз я поумнел и, немного придя в себя, не стал делать резких движений, опасаясь, что меня опять вырубят. Единственным, чем я мог шевелить, были пальцы, и я принялся едва заметно выстукивать условный знак.

Вокруг стояла тишина. Я стучал довольно долго, но никто не отзывался. Зато издалека донеслось чье-то пение:

— А-ну, целуй в алые губки, жги и смейся ха-ха-ха, хватай за шнягу, бей по роже гада.

Я глубоко вздохнул и обнаружил, что пленка на теле натянута уже не так сильно. Я попытался было разжать губы, но тут услышал, как кто-то, напевая, подошел ко мне. Прислушавшись, я понял, что это песня из сериала «Хуань Чжу Гэгэ». Голос, без сомнения, принадлежал Хэй Сяцзы. Он что-то жевал, поэтому говорил невнятно.

Я с силой пошевелил пальцем. Он хмыкнул и подошел ближе:

— Ученик, очнулся?

Я задвигал пальцем еще сильнее. Хэй Сяцзы похлопал по мне:

— Не дергайся, не дергайся, тебе еще нельзя. Что, посрать захотел? Валяй, под задницей у тебя дырка.

Твою мать! Какое неслыханное унижение! Я прислушался к ощущениям — и правда, под ягодицами была пустота. Так, блин, на невольничьих кораблях поступали с рабами.

Я задергался от возмущения.

— Спокойно, спокойно! — воскликнул Хэй Сяцзы. — Не хочешь, чтобы швы разошлись, лежи смирно. А то по яйцам щелкну.

Я тут же замер, а Хэй Сяцзы продолжил:

— Сейчас все твои раны покрыты особой мазью. Полежишь еще несколько дней, и я тебя освобожу. Говорю тебе, если бы мы не подсуетились вовремя, на тебе бы уже грибы росли. Рту и глазам пока тоже нужен покой, раны должны зажить как следует. Новая плоть еще не наросла, если сейчас содрать корку, одни шрамы останутся. Прощай тогда звание одной из Четырех Красавиц Ушаня.

«Мать твою, — подумал я. — А кто остальные три красавицы? Что-то я не в курсе».

Хэй Сяцзы тем временем продолжал:

— Ты весь в крови Сяо Гэ. У него ее не так много, чтобы на тебя тратить, так что угомонись. — С этими словами он, кажется, подбросил в костер несколько веток. — А вообще, чутье тебя не подвело, раз нашел ту дорогу. Правда, не ожидал я, что ты приведешь с собой двух таких бесполезных тюфяков. Их даже на один зуб не хватит.