Глава 139.0

Я мельком взглянул и принял ту женщину за А-Нин. Сердце ёкнуло, а по затылку побежали мурашки.

Прошло столько лет… Память так и застыла на последнем мгновении её жизни. И в тот миг, когда я обознался, эти десять с лишним лет пронеслись сквозь меня, словно скоростной поезд. Поистине, словно целая жизнь прошла.

Но я тут же понял, что ошибся. Несмотря на поразительное сходство, лоб и губы у этой женщины были другими.

Только переведя дух, я заметил, что ладони у меня вспотели, а сердце колотится, как громом бьёт. Хундин Шуйсянь поднялся и сел напротив, рядом со Сяндунем.

— Мой друг, встретились случайно, — бросил он своему бывшему сотрапезнику и посмотрел на меня. Я уткнулся в тарелку. Он тут же приобнял Сяндуня за плечи. — Парень, ты как здесь очутился? У тебя же дела в гору шли?

Сяндунь, покрасневший до корней волос, взглянул на меня и сбросил руку Хундин Шуйсяня. — Мой н... начальник здесь... не говори о личном.

Хундин Шуйсянь посмотрел на меня и поздоровался: — Коллега из смежной области. Какая встреча, какая встреча! Поболтаем немного.

С этими словами он потащил Сяндуня на ноги. Тот бросил на меня двусмысленный взгляд, полный смущения. Я пожал плечами — кажется, я понял, почему весь его телефон забит селфи. «Небеса справедливы», — вздохнул я про себя. И тут до меня донёсся вопрос Хундин Шуйсяня: — Та дамочка разве не собиралась взять тебя на содержание? Что-то не похоже, что ты преуспел.

— Эта баба, как штаны натянет, так никого и не узнаёт, — донёсся удаляющийся голос Сяндуня. Я снова посмотрел на женщину, так похожую на А-Нин. Она без всякого смущения подняла голову и посмотрела прямо на меня. Я отвернулся и опустил взгляд, чувствуя себя каким-то похотливым мужиком. «Она сидит с Хундин Шуйсянем... неужели его клиентка?» — подумал я.

Непонятно.

Быстро покончив с едой, я, не дожидаясь Сяндуня, прошёл мимо него, на ходу вытащил из его кармана пачку сигарет, сунул себе в карман и вышел из столовой. Тот самый официант, что недавно запретил мне курить, вернулся, чтобы выбросить мусор. Я достал сигарету. Он посмотрел на меня. Я приобнял его и кивнул подбородком на выход.

Мы вышли. Я зажёг ему сигарету, но сам курить не стал — лишь поднёс к носу, вдыхая аромат, и начал его обрабатывать.

Парень оказался студентом-химиком из университета в Цанчжоу. После неудачного романа он приехал сюда, в Южные земли, искать уединения, потратил все деньги и в итоге устроился на работу в этот отель. Видно было, что в Южных землях он нашёл не уединение, а лишь нищету. К тому же было очевидно, что работа в отеле ему не по душе. В сфере обслуживания нужно терпение, а он только что поносил постояльцев с четвёртого этажа — это серьёзное нарушение, ведь он не знал, с какого этажа спустился я. Значит, он не особо-то и дорожил этим местом.

У недовольных людей всегда есть слабости. А тот, кто так рьяно следит за курильщиками, наверняка и сам покуривает.

Перекинувшись парой фраз, я рассказал ему, что приехал сюда в поисках девушки. Я ищу её уже несколько лет, и мне важна любая весточка о ней, любая вещь, с ней связанная. Когда-то она останавливалась в этом отеле, на четвёртом этаже, и я хотел бы пожить в её номере.

Он похлопал меня по плечу. — Братан, в любви есть только два типа людей. Одни привыкли прощаться, другие — нет. Те, кто не привык, тащат на себе всё больше и больше. И идут всё медленнее.

Я хмыкнул. — Это не твои слова, верно?

Он кивнул. — Это сказал один из прежних постояльцев. Он говорил, что путь долог, и выбрать, что нести с собой, — это целая наука.

Я догадывался, кто это сказал. «Совсем ослеп, а всё ещё раздаёт людям банальные жизненные мудрости. Видать, совсем заняться нечем», — подумал я.

Официант рассказал, что две трети четвёртого этажа сняла одна команда. Люди очень властные, договориться с ними невозможно. Но отель не может их обидеть — такая загрузка, да ещё и платят втридорога. Постояльцы с четвёртого этажа съехались со всех концов света, и кухня в последнее время сбивается с ног: ради них пришлось вводить несколько совершенно новых меню.

Официант глубоко затянулся и сказал: — Слушай, те, кого ты видишь на четвёртом этаже — мелочь. Настоящие шишки сидят в трёх номерах в северо-восточном углу. Двери всегда заперты. Кто туда войдёт — больше не выходит. Я видел их всего раз, когда они заселялись. Не знаю, что эти люди здесь ищут. — Он посмотрел на громады гор снаружи, на которые начал опускаться туман.

И тут я вспомнил, как Хэй Сяцзы обучал меня одному способу передачи сообщений, очень в его духе.

Я сказал официанту: — Я твой отец.

Официант уставился на меня. Я вытащил тысячу юаней. Он ошарашенно смотрел на деньги, потом взял их. — Ты его знаешь?