Глава 173.0

Я бросил взгляд на белый предмет. Он был очень грязным. Каньцзянь выстрелил в него из рогатки, и сбитая пыль осыпалась, обнажив под слоем грязи какой-то узор. Я разглядел логотип — очевидно, марку параплана. Надпись была на немецком и показалась мне знакомой. Присмотревшись, я понял, что это название немецкой компании, с которой мне уже доводилось иметь дело.

Во время моего пребывания в Тибете мне довелось тесно поработать с сотрудниками этой фирмы. Она выкупила компанию Цю Дэкао и унаследовала многие её проекты.

Я был немного удивлен. Эта компания проявляла живой интерес к семье У, потому что в документах фирмы Цю Дэкао моё имя встречалось невероятно часто. Они даже в шутку говорили, что у них есть целый отдел, посвященный моему изучению. Меня много раз пытались вызвать на разговор, предлагали очень выгодные условия, но я не мог многого рассказать, да и не собирался зарабатывать на делах прошлого.

Однако до сих пор эта компания занималась исключительно китайскими проектами Цю Дэкао. Дела Третьего дяди и история со слушанием грома не имели к ним никакого отношения. Как они здесь оказались?

В этом лесу в разное время определённо происходили очень запутанные события. Указатели, помеченные запахом и связанные с особыми навыками семьи У, тайник под деревом, параплан в чаще — всё это появилось здесь с огромным разрывом во времени. Фениксово дерево и тулоу, должно быть, были возведены и посажены примерно в одно время, около 1890 года. Тайник под деревом выкопали уже после Освобождения. Кожаные метки на стволе, вероятно, оставляли в течение последних пяти лет, а параплан появился здесь года три назад.

За последние сто с лишним лет здесь побывали и столкнулись в противостоянии как минимум четыре разные группы. Тех, кто посадил Фениксово дерево и построил тулоу, я прозвал «экспедицией Указателей». Всё, что они сделали — посадили деревья в джунглях и возвели тулоу у Зовущего источника — служило одной цели: отметить путь к Громовому граду.

Об этой экспедиции я мог только догадываться. Во-первых, они действовали с размахом и обладали невероятным терпением. Посадить деревья в качестве ориентиров — это продуманный, хитрый и требующий колоссальной выдержки план. Они хотели одновременно и спрятать Громовой град, и оставить весточку для своих потомков.

Как бы то ни было, они точно знали, что следующей группе, которая придёт сюда по их подсказкам на поиски Громового града, придётся ждать пятьдесят-шестьдесят лет. Это целых три поколения. У этой «экспедиции Указателей» была либо невероятно широкая душа, либо цель поистине грандиозного масштаба.

Вторая группа — это отряд спецслужб Гоминьдана, отступивший в горы.

Из-за ядовитых испарений в джунглях этому отряду пришлось прятаться под землёй, где они построили хорошо оборудованные убежища. Судя по количеству найденных серебряных юаней, отряд был довольно многочисленным. Однако его судьба остаётся для нас загадкой. Кроме того, на телах его бойцов были отчётливо видны следы от сверления. Вошёл ли этот отряд в джунгли в поисках сведений о слушании грома, или же они, находясь здесь, попали под влияние Громового града и сами просверлили себе черепа?

Третья группа, по-видимому, принадлежала к семье У, и, скорее всего, это были люди Третьего дяди. Кто-то из семьи У, умеющий обращаться с собаками, действовал в кронах деревьев этого леса и использовал куски кожи для пометки ключевых точек.

Четвёртая группа — это немцы, которые пытались пересечь лес по воздуху с помощью парапланов. Очевидно, у них не было маршрута, известного третьей группе, поэтому им пришлось пойти на отчаянный риск.

В голове у меня сложилась простая история. Когда-то, на рубеже эпох Цин и Китайской Республики, некая группа мастеров раскрыла тайну Громового града. Они не хотели, чтобы об этом узнали посторонние, но им нужно было, чтобы их потомки смогли найти это место через шестьдесят лет. Поэтому они и посадили Фениксовы деревья. Шестьдесят лет спустя на эту подсказку наткнулась верхушка Гоминьдана (возможно, это и были те самые потомки) и отправила в лес отряд на поиски Громового града по оставленным меткам. Войдя в город, отряд бесследно исчез. Однако следы их деятельности в долине всё же обнаружил Третий дядя, который в ходе своих изысканий расследовал феномен грома. Он пришёл в этот лес, нашёл многие из оставленных тем отрядом объектов (например, тайник под деревом), но лес был крайне опасен. Третьему дяде нужно было, с одной стороны, использовать наследие предыдущей экспедиции, а с другой — обеспечить себе более простое передвижение. Так появились собаки и пахучие метки. Позже немецкая компания хотела выкупить у Третьего дяди этот маршрут, но он отказался. Тогда немцам не оставалось ничего, кроме как пойти на отчаянный риск и воспользоваться парапланами.

Молчун и Хэй Сяцзы — это уже пятая волна.

Звучит вполне логично.

Каньцзянь стал придумывать, как достать параплан, а мы продолжили искать метки вокруг Фениксова дерева.

К моему величайшему удивлению, на этот раз мы не смогли отыскать знаки, оставленные Молчуном, как ни старались. Время шло, наше беспокойство росло, но метки так и не находились.

В этом, в общем-то, не было ничего странного — у того, кто прячет, всегда есть преимущество перед тем, кто ищет. Но остальные трое не сводили с меня глаз, и от этого мне было не по себе, будто я в чём-то провинился. Я подумал, что, возможно, мы не можем найти знаки не потому, что плохо ищем, а потому, что их здесь просто нет. Ведь Молчун в итоге решил идти к Зовущему источнику, а значит, он отказался от этого маршрута. Может, он свернул именно здесь.

Тем временем Каньцзянь ухитрился стащить параплан вниз. В стропах не оказалось никаких останков. Многие парапланеристы гибнут, врезавшись в деревья или скалы; немало и тех, кто разбивается, не успев раскрыть купол. Но этот параплан был раскрыт, а значит, пилот мог выжить. Так что отсутствие тела не было чем-то из ряда вон выходящим.

Мы снова взобрались на ствол.

— У тебя вообще есть план? — спросил Лю Санг.

— Теперь вся надежда на твой слух, — ответил я. — Попробуй расслышать, в какой стороне нужный нам звук.