Глава 159.0

Оглушительный грохот взрыва эхом прокатился по долине. Моё сообщение на языке перестукиваний гласило: «В источнике ядовитый газ, если жив — дай знак».

Язык перестукиваний не подчиняется никакой логике шифрования. Он целиком и полностью основан на бесчисленных деталях из повседневной жизни, поэтому выучить его практически невозможно — это можно сделать, только живя бок о бок с нами. Я давно и с большим интересом изучаю криптографию. Началось всё с той системы шифров, которой пользовалась семья Чжан. К слову, их шифр восходит к утерянному древнекитайскому языку. Поскольку Молчун не прошёл полноценного обучения, он мог использовать лишь немногие символы. На овечьих шкурах, что мы нашли в старинной усадьбе семьи Чжан, бесчисленные области Китая были помечены различными знаками, но что означают те несколько особенно причудливых символов, я не знаю до сих пор.

Поэтому я не боялся, что кто-то поймёт мой сигнал. Я устроил три взрыва подряд и, стоя на краю утёса, слушал многослойное эхо, оглядывая долину. Я ждал, пока не стихнут все звуки.

Это было всё, что я мог сделать. Стоявшую рядом лоянскую лопату я вогнал до самого нижнего пласта породы. Лю Санг приложил ухо к её стальной рукояти — если под землёй отзовётся эхо, он его услышит.

Я сел и посмотрел на видневшийся неподалёку тулоу. Взрывы наверняка встревожили всех, кто там был. Кто-то из них должен был определить направление, так что скоро сюда придут с проверкой. Но горы обманчиво близки. Когда звук стихнет, найти нас им будет труднее, чем взобраться на небеса.

Я открыл рюкзак Лю Санга. Внутри лежал складной рекурсивный лук. Я разложил его, не ожидая, что он пользуется таким оружием.

— Я не люблю громких звуков, — тихо произнёс Лю Санг у меня за спиной. — Мне нравится отчётливо слышать голоса. Я предпочитаю скрываться и использовать бесшумное оружие.

— И как успехи в стрельбе? — спросил я.

— Перед поездкой сюда сходил на первое занятие. Ещё ни разу в мишень не попал, — ответил он. Увидев мой молчаливый взгляд, он пояснил: — Я зарабатываю на жизнь ушами. Эту штуку взял просто для тренировки.

Я вытащил из колчана стрелу, наложил на тетиву и изо всех сил натянул. Лук оказался гораздо мощнее, чем я думал. Я натянул тетиву лишь до половины, как она соскользнула с пальцев. Стрела, вильнув, улетела в сторону и вонзилась в траву неподалёку. Затем я бросил лук обратно в рюкзак, достал оттуда несколько плиток шоколада и быстро съел их.

— О чём ты думаешь? — спросил он меня.

— Люди Босса Цзяо уже идут сюда. Найти нас им будет непросто, поэтому, побродив какое-то время, они начнут нервничать. У нас ещё есть динамитные шашки. Когда они потеряют терпение, мы взорвём несколько штук, чтобы они понемногу смогли определить направление. Так они нас и найдут.

— А что потом? — в ужасе спросил Лю Санг. — Если явятся те Люди в чёрном, нам обоим конец. У тебя ведь даже оружия нет.

Я доедал шоколад, глядя на свои руки. У меня огромный опыт выживания в джунглях. Ночью в лесу нет ни проблеска света, а их фонари освещают лишь узкий луч. Даже если мы приманим их взрывами с расстояния в несколько сотен метров, им вряд ли удастся нас отыскать. Поэтому-то беглецы всегда уходили в глухие горы, и для их поимки приходилось прочёсывать местность огромными толпами. Так что у людей Босса Цзяо нет ни единого шанса нас схватить.

А вот нам, воспользовавшись суматохой, схватить одного из них будет куда проще.

Только я об этом подумал, как Лю Санг вдруг поднял руку, призывая меня к тишине. Я нахмурился и хотел было подойти, но он знаком велел мне не двигаться. Крепко прижавшись ухом к стальной рукояти, он попросил меня протянуть руку и легонько отстучал на тыльной стороне моей ладони какой-то ритм.

Я понял, что он услышал что-то под землёй.

Отстуканный им ритм гласил: «Вижу знак Сяо Гэ». Затем следовало пояснение: значение знака — прощание.