Глава 125.0

Я-то думал, что такие мастера живут в усадьбах, со всех сторон окруженных водой. Мы подплывем к нему на небольшой лодке, заварим чайник доброго чая и, любуясь синевой небес, начнем торговаться. Но кто бы мог подумать, что мы будем договариваться о цене, смоля сигареты на лестничной клетке.

Хундин Шуйсянь выслушал Толстяка, но ничего не ответил. Толстяк покосился на его ширинку:

— Ты что, в последнее время нашел себе подработку?

— Деньги быстрые, а все старые напарники поумирали. Вам, образованным, предки хоть что-то оставили. А мы — люди с улицы, за деньгами гонимся. Где платят больше, туда и идём, вот и пришлось сменить ремесло. — Он почесал редкие, сальные волосы, не желая продолжать разговор на эту тему, но Толстяк не унимался: — Значит, завязал с ремеслом?

Хундин Шуйсянь не сдержал смешка:

— Моё настоящее ремесло — в штанах. Жаль, вы мужики, не сможете насладиться. А то, чем я раньше занимался, — так, баловство одно.

Глядя на него, я никак не мог взять в толк, откуда у него клиенты. Хундин Шуйсянь посмотрел на меня — он понял, о чем я думаю — и негромко обронил:

— Про частоту слыхал, братец?

Толстяк тяжело вздохнул:

— В Цзянху принято выручать своих. Помоги нам.

— Я помогу вам, а кто поможет мне? — возразил Хундин Шуйсянь. — Схожу я с тобой в горы, а потом месяц не смогу принимать клиентов. Я в месяц по полмиллиона зарабатываю.

«Если такой, как ты, зашибает по полмиллиона в месяц, то я, выходит, вообще должен купаться в золоте!» — в ярости подумал я. Я уже хотел было высказаться, но Толстяк метнул в меня предостерегающий взгляд.

Я оттащил Толстяка в сторону:

— Да что он, он… он вообще умеет?

Толстяк похлопал меня по плечу:

— Этот парень отлично плавает. В пещерах ныряет лучше любого профи, поверь мне. Он просто назвал свою цену, нам остаётся только согласиться. Со способностями у него точно всё в порядке. В воде он просто бог.

— С чего ты взял? — взорвался я. — У него что, член кислород вырабатывает? Где ты увидел, что он хорошо ныряет?

Толстяк цыкнул и сердито ответил:

— Господин Толстяк хоть раз в таких делах ошибался? Мы сейчас не в лучшем положении, мне и самому жалко этих денег. Если бы он не был хорош, стал бы я его тебе советовать? Посмотри на его ноги.

Я бросил взгляд на короткие ноги Хундин Шуйсяня. Мышцы на них были поразительные — у обычного человека таких не бывает.

Я хлопнул себя по затылку и трижды развернулся на месте, мысленно послав всё к чертям. А Толстяк уже доставал из моей сумки наличные:

— Слышь, братан, нужна твоя помощь на неделю. Платим полмиллиона. Двести тысяч сейчас, триста — по возвращении. Идет?

Хундин Шуйсянь посмотрел на деньги, но брать не стал. Он цыкнул:

— Все пятьсот тысяч вперед, и точка. Мне еще перед сестричками отчитываться. С вас, туфуцзы, остаток потом не выбьешь.

Толстяк кивнул:

— Без проблем. Давай так: двести тысяч бери сейчас, а через неделю я переведу тебе еще триста. Потом встретимся на месте. Заодно и силами наберешься.

Только после этого Хундин Шуйсянь взял деньги. Он повел бедром:

— Дело не в силе. Сколько раз повторять — дело в частоте. — С этими словами он скрылся в своей комнате.

Толстяк потащил меня за собой, хотя я упирался всеми силами:

— Пошли, надо наскрести ему еще триста тысяч.

— Да нам на обратные билеты не хватит! Где мы их возьмем? — возмутился я.

Толстяк начал раздражаться:

— Слушай, Тяньчжэнь, ты что, свысока смотришь на работников постельного фронта? Ты же знаешь про Внешние восемь гильдий, они в иерархии повыше нас будут. Мы, подземные, не можем презирать тех, кто работает на кровати. Думаешь, это легкие деньги?

— Не знаю, легкие или нет, но полмиллиона в месяц — это, по-твоему, не бред? Да он… он тебе в подметки не годится! В тебя хоть девчонки иногда влюбляются. А этому парню, я думаю, самому пришлось бы доплачивать проститутке.

— Да твою мать, хорош трепаться! — заорал Толстяк. — Сам бы попробовал! Я тебе даже кличку дам — Белый Угорь, Покоритель Волн. Заработай хоть триста тысяч в месяц, я тебе лично две трости закажу с гравировкой «От мастера Чжана». Думаешь, так легко быть жиголо? — Толстяк обхватил меня за шею. — Мы человека спасаем! Спокойно! Этот парень стоит десятерых хороших ныряльщиков, поверь мне! Да мы бы и полтора миллиона за него отдали!