Глава 147.0

Изготовление масок из «человеческой кожи» во многом похоже на раскатывание теста для вонтонов. Хорошая маска требует дорогих материалов, но у личной мастерицы Сяо Хуа я перенял пару трюков для создания временных масок: из-за дороговизны сырья на тренировках они замешивают муку со специальным травяным волокном и лепят их друг на друге.

Получается нечто на вид чертовски жуткое, но ночью, при приглушённом свете, с гримом и причёской, которая прикроет края, можно на короткое время сойти за другого.

Я на скорую руку сделал для Саши такую маску, навёл на ней грим, в обувь воткнул подпяточники. Взял гвоздодёр, а с помощью приложения нарезал из недавней аудиозаписи несколько полезных фраз — на всякий случай.

Не колеблясь, я вышел и поднялся на Четвёртый этаж. В коридоре народу — тьма, кто-то кивнул — я ответил. Прямиком направился к комнате Саши и открыл дверь ключом, который стащил у него.

Внутри никого — я выдохнул: окажись там кто-нибудь, пришлось бы отступать. Задёрнул все шторы, чтобы стало темнее, защёлкнул замок и, как мог быстро, принялся выдёргивать гвозди. На четвёртой доске выяснилось: за ней — шумопоглощающая вата; разорвал её — и увидел утолщённое ватное одеяло.

Осторожно распоров одеяло, добрался до хода. Прислушался — в этот момент там никого.

Расширил прорезь и влез внутрь. За ней оказалась примитивная лестница, сбитая на клиньях; я ступил на неё. Весь ход напоминал дымоход: он то поворачивал, то шёл горизонтально. Я вошёл в него через вертикальный колодец.

Света не было ни искры. Стены лаза были плотно увешаны ватными одеялами: видимо, Сяо Хуа боялся, что даже случайный отблеск фонаря может просочиться в чужие комнаты. Приходилось полагаться на слух — никого в проходе нет, я был уверен.

Я стал спускаться — до самого низа. Вылез из тайного хода — и оказался в гроте прямо под тулоу. Свет горел едва-едва. Пещера была круглой, по стенам навалено спасательное снаряжение: и для дайвинга, и для скалолазания, — но ни души.

В центре стояло что-то вроде каменного колодца. Я подошёл — дыра, как раз для одного человека. Должно быть, Зовущий источник. Приложил ухо — снизу доносились звуки: похоже, внизу работали.

Вот он, легендарный источник — крошечный, спрятанный как надо.

Я огляделся — и накатил восторг. Тогда я ещё не понимал, почему в этом секторе никого нет и зачем Сяо Хуа укутал весь ход ватными одеялами. Я разложил снаряжение, оборудовав несколько укрытий для засады. Затем набрал Толстяка, чтобы он знал, где я, отключил на своём телефоне звук, поставил его на зарядку и спрятал в одном из мешков.

Потом полез назад. Сначала даже забыл, через какую комнату входил, — на ощупь пробирался, пока не нащупал комнату Саши. Дверь прикрыл как было, для вида.

Всё шло гладко — я мысленно похвалил себя: мозги снова на месте. Глянул на часы. Дальше — всех привести в боевую готовность, засесть в комнате Саши, дождаться смены внизу и, смешавшись с ними, спуститься в источник. Внизу я перехвачу управление.

Я без промедления щёлкнул замком, но выйти не успел: в проёме возникла та, что так похожа на А-Нин. Миг — и она уже внутри, за спиной щёлкнула щеколда, а сама, как змея, обвилась вокруг меня, прижала к стене и потянулась целоваться.

Рефлекторно увернулся. Я как раз стоял в тени — она не могла меня разглядеть, а я её видел отлично. Она недовольно спросила:

— Чего дверь не открываешь?

Я было раскрыл рот — тут же сдержался; хотел потянуться к телефону, но на таком расстоянии он не помог бы. Она сдёрнула с себя кофту:

— Лао Цзяо дремлет. У нас два часа. Ты же там весь извёлся? — и снова полезла ко мне.

Я не вырубил её первым же ударом — видимо, рука дрогнула: всё-таки девушка. Она, держась за голову, с испугом уставилась на меня:

— Ты что делаешь? С ума сошёл?

Я вытащил сигареты Саши, зажал одну губами и невнятно буркнул:

— Отвали. Мне надоело.

С зажатой сигаретой голос получался смазанный.

Она посмотрела на меня, сделала два шага в мою сторону, но я отпрянул. Она вдруг усмехнулась:

— Ну смелый... Погоди у меня.

Я показал ей характерный жест. Она выскочила; я досчитал до трёх — и тоже наружу, бегом на Третий этаж, в свою комнату. Влетел — все уже наготове. Толстяк показал мне таз, набитый дымовыми шашками.

Пора было устроить большой переполох.