Старший брат Чжао, это в последний раз

— Болтун.

Едва Лю Ян произнёс это слово, Гуанмин, что секунду назад всхлипывал, мгновенно осёкся.
Он стоял на коленях, не смея поднять головы, будто провалился в ледяную бездну.

Но Лю Ян был спокоен и даже приветлив. Он сам подал руку и помог тому подняться.

— Как тебе живётся в Чистой Земле?

— Благодарю Истинного Человека за заботу, — Гуанмин запинался, пот струился по лицу, голос дрожал. — Благодаря милости Истинного Человека, сохранившего мне жизнь, в Чистой Земле мне живётся… неплохо.

— Вот как? — Лю Ян слегка приподнял бровь. — Получил какую-то выгоду?

— Нет! Нет! — поспешно замотал головой Гуанмин. — Лишь наставник возвысил меня, поставив старшим учеником Храма Покоряющего Драконов. Кроме того — ничего.

— Хм, очень хорошо, — кивнул Лю Ян с лёгкой улыбкой. — Тогда перейдём к делу. У меня есть одно маленькое поручение. Поможешь ли ты мне, даос Гуанмин?

Конечно, не хотел бы! Но, чувствуя смертельный холод, подступивший к сердцу, Гуанмин изобразил радость и почтительно склонился:

— Ради Истинного Человека — хоть в огонь, хоть в воду! Для недостойного монаха это великая честь!

Лю Ян улыбнулся ещё мягче.

— Не волнуйся, дело пустяковое. У меня есть один способный человек — зовут его Чжао Сюэхэ. Он, как и я, следует Искусству Девяти Превращений Дракона. Его стадия Конденсации Ци завершена, и он готовится прорваться к Заложению Основания.

Он говорил как бы между прочим:

— В нужный момент я лично прикрою его.

От этих слов Гуанмин похолодел. Он поспешно хлопнул себя по груди и выдавил:

— Ваше Сиятельство может не сомневаться! Этот смиренный монах никому не проговорится!

— Не проговоришься? — усмехнулся Лю Ян. — А зачем мне, чтобы ты хранил тайну? Не проще ли просто убить тебя? Нет, я хочу, чтобы ты рассказал об этом Покоряющему Драконов.

— Что?.. — Гуанмин остолбенел.

— Это не предательство, — спокойно продолжил Лю Ян. — Напротив, ты заслужишь заслугу. Не бойся.

И тогда Гуанмин понял всё.
Нет! Это ловушка! Он нарочно использует того, кто практикует Искусство Девяти Превращений Дракона, чтобы выманить моего наставника! Демон Святой Секты хочет навредить ему!

Он сглотнул. Он был старшим учеником Архата Покоряющего Драконов — выше подняться уже некуда. Но если наставник погибнет… всё изменится.

— Но ведь он мой наставник! — выдохнул он. — Тот, кто ввёл меня на Путь, кого я почитаю как отца!

Лю Ян кивнул с лёгким пониманием.

— Не переживай. Всё под контролем. Обещаю: на этот раз от него не останется даже тела.

— Договорились! — выдавил Гуанмин, выдохнув, словно лишился половины жизни.

Лю Ян кивнул и, не сказав больше ни слова, исчез.

Когда он ушёл, Гуанмин рухнул на пол. Пот лил градом, руки дрожали.
Он достал из-за пазухи тонкую палочку Благовония Пробуждения Духа и зажёг её.

Щёлк.

Тонкий дым взвился в воздух. Лицо Гуанмина постепенно прояснилось, но когда он открыл глаза — в них уже горел чужой свет.

— Хе-хе…

Черты не изменились, но взгляд стал хищным, властным.

— В конце концов, юнец не постиг чудесных законов Чистой Земли, — прозвучал иной голос. — В четырёх сторонах Поднебесной едва ли найдётся кто-то менее склонный к измене, чем монахи Чистой Земли. Ведь мы совершенствуем Я.
А Я — разве может предать себя?

Это был Архат Покоряющий Драконов. Он заранее оставил в теле ученика частицу своей воли, чтобы использовать его как приманку.

— Значит, Чжао Сюэхэ хочет выманить меня и устроить засаду? — хмыкнул он. — Прекрасно. Пусть будет по его желанию — посмотрим, кто кого перехитрит.

Он скользнул взглядом по телу Гуанмина.

— Хитёр, но труслив и жаден. Решил предать? Что ж… пусть поживёт, чтобы не вызвать подозрений у Лю Яна. Когда всё закончится — избавлюсь.

С этими словами Архат отозвал сознание.

Через несколько мгновений Гуанмин очнулся. Он ничего не помнил, но взгляд его сразу упал на тлеющее благовоние.

И тут зубы сами начали стучать. Он был здесь!

Эти благовония он создал сам: между пламенем и его сознанием существовала нить, оставляющая тончайший след в душе. Стоило вмешаться чужому духу — след исчезал.

А теперь его не было. Несомненно, наставник приходил. И теперь знает, что я встречался с Лю Яном!

Гуанмин глубоко выдохнул.

Пусть так. По крайней мере, я всё ещё полезен наставнику — значит, не убьёт сразу. И Лю Ян не убьёт — ведь я нужен и ему.

Но вместе с этим пришло отчаяние. Когда Лю Ян нашёл его, Гуанмин плакал не от страха — а от осознания: он стал пешкой двух Истинных Людей.

Встань на сторону Лю Яна — убьёт наставник. Откажись — убьёт Лю Ян.

Теперь он притворился союзником Лю Яна, но на деле остался марионеткой Архата.
Однако он оставил Лю Яну намёк…

Он ведь сказал: «Это мой наставник!», а наставник всегда держит ученика под контролем.
Если Лю Ян понял смысл этих слов — он знает, на чьей стороне Гуанмин.
Только так можно никого не прогневать — и, может быть, выжить.

…

А Лю Ян в это время уже забыл о Гуанмине. Его интересовало лишь одно: чтобы тот передал нужную весть.

Он скрыл ауру и отправился к Горе Черепов, в тихую комнату на рынке.
Там, за закрытой дверью, в уединении культивировал Чжао Сюэхэ.

Лю Ян вошёл бесшумно, подошёл и коснулся пальцем его лба.

— Прости, старший брат Чжао… это в последний раз.

Едва слова сорвались с губ, из пальца вырвалась золотисто-жёлтая волна света, влилась в тело Чжао Сюэхэ, и тот ощутил, как его дух соединился с дыханием всей Горы Черепов.

Лю Ян удовлетворённо улыбнулся. Он только что передал Чжао Сюэхэ главное наследие Пути Шаманов и Призраков — право полного управления земными жилами Горы Черепов, простирающимися на восемьсот ли.

Пальцы Лю Яна вновь вспыхнули.

Разрешение Сомнений.

Причинно-следственная сеть дрогнула, и в море сознания Чжао Сюэхэ легла мысль:
Кто встанет на пути моего Заложения Основания — с тем я умру вместе.

Не щадя ничего. Под влиянием этой силы, если кто-то попытается помешать ему, Чжао Сюэхэ применит крайнее средство — взорвёт земные жилы.

И тут Лю Ян ощутил тревогу: само Небо и Земля словно послали предупреждение — если жилы взорвутся, карма затронет и его.

Он сразу изменил печать.

Различие истинного и ложного!

Врожденная способность ожила, разрывая связь Лю Яна с земными жилами.
Отныне — ни малейшей кармической нити. Всё, что совершит Чжао Сюэхэ, более не имеет к нему отношения.

Сияние духовной силы окутало Лю Яна, словно броня. Чувство, будто само Небо наблюдает за ним, исчезло.

Он кивнул, убрал руку и посмотрел на всё ещё погружённого в медитацию Чжао Сюэхэ.

— Иди, старший брат Чжао. В следующей жизни я непременно буду относится к тебе лучше.