Основание открывает бедствие, бури восстают от единой мысли
«С моей нынешней силой убить этого малолетнего демона будет нелегко».
На лице старшего предка клана Юнь мелькнула задумчивость. Всё же он лишь недавно переродился, пребывал в теле младенца и кроме могучей души да умения гадать ничем не обладал.
«Но ничего».
Он не торопился. Лю Ян не мог обнаружить его, а значит — можно спокойно расти: через десять лет он восстановит Великое совершенство Закалки Ци.
«Однако этот мальчишка скользок, держит во власти Мир Закона. Чуяв опасность, в любой миг может выйти. Даже если я восстановлю совершенство Закалки Ци, чтобы убить его, придётся всё продумать и заманить его в ловушку, чтобы не дался к бегству».
Размышляя, он продолжал гадать.
«Боевой Путь в три шага: овладеть пятью стихиями тела, открыть девять небесных отверстий, прорвать Врата Творения. Достигший полного успеха сравним с поздней Закалкой Ци. Дивный метод!»
Старший предок не мог не восхититься.
Он дважды проходил Основание, прожил более шестисот лет и повидал множество демонов, в том числе тех, кто практиковал «Кражу у святого». Но таких, как Лю Ян, почти не встречал.
«Не войдя в Основание, не познаешь Волю Неба. Ни гадания, ни вычисления не дотягивают до меры, нужной для создания метода. Пусть кто-то и выдумает что-то, но это всё равно, что глиняный горшок: чуть тронь — рассыплется. Если сравним с серединой Закалки Ци — это уже великое достижение. Если дотянул до поздней — совершенство. Но этот демон показал большее?!»
Дивясь, старший предок в то же время всё сильнее тревожился. Он уже решил: нельзя позволить Лю Яну прорваться в Основание и тем укрепить Демонический Путь.
Но как?
«Кража у святого ворует судьбу мира, изнашивает заслуги. Достигший великого свершения неизбежно столкнётся с бедствием. Выходит, моё нынешнее перерождение и есть его бедствие».
Прозрев небесные тайны, он понял:
«Но у меня есть Прибор Постижения Неба — он не вычислит меня, а я легко прослежу его путь. Это и есть моё преимущество».
«Значит, я должен создать для него бедствие. Оно не должно быть слишком лёгким, но и слишком тяжким — чтобы у него оставалась надежда решить. Лишь тогда он выйдет сам и угодит в мою сеть».
Как говорится: лев и на зайца бросается всей силой.
Старший предок уже имел опыт перерождения, потому и не держал высокомерной спеси истинного человека Основания. К Лю Яну он отнёсся со всей серьёзностью, тщательно выстраивая расстановку.
«Так что же станет бедствием?»
Он подумал и улыбнулся:
«Для него страшнее всего — ошибка в „Краже у святого“».
«Раз так, я помогу ему!»
«Он создал три шага Боевого Пути. Я же сотворю для него четвёртый шаг. Но этот шаг уже выйдет за пределы его системы».
Сразу же он начал двигать карму.
…Мгновение — и пролетело десять лет.
За эти годы герои восстали повсюду, Боевой Путь достиг высшей точки. Три шага распространились по всей земле, их изучали тысячи людей.
И в эту эпоху, где царил культ боевых искусств, однажды ночью в столице Тяньцзине грянул гром. Драконы и змеи шевельнулись в земле, полил ливень, но вскоре весь город увидел: из земли ударил столп яростной Ци, прорвал тучи и обратил бурю вспять. Ещё четверть часа — и вновь засверкало солнце!
Наутро новость потрясла Поднебесную.
Ван Боюань, глава Академии Хаоран, хранитель Небесной книги, за одну ночь прозрел и постиг четвёртый шаг Боевого Пути!
Боевой Путь, первый шаг: овладеть пятью органами — сердце, лёгкие, селезёнка, печень, почки. Совершивший это — воин.
Второй шаг: открыть девять отверстий — глаза, уши, нос, язык, сухожилия, кости, плоть, кровь, волю. Совершивший это — учитель боёв.
Третий шаг: прорвать Врата Творения. В трёх футах над головой есть божество; пять органов вращают Ци, девять отверстий ведут силу неба и земли; внутреннее и внешнее сливаются — и сквозь Врата являет себя «божественный дух».
Люди считали: на этом Боевой Путь окончен, дальше дороги нет.
Но прорыв «Учёного Святого Сердца» Ван Боюаня потряс всех воинов. Более того, он не стал скрывать прозрения.
«Четвёртый шаг Боевого Пути зовётся „Постижение перемен Неба и Человека“!»
«Чтобы достичь этого, надо сбросить оковы самого Боевого Пути и выйти за его пределы, создать свой собственный Дао и достичь превращения!»
Сам Ван Боюань сотворил «Искусство наблюдения за судьбой»: оно позволяло знать волю Неба, видеть ход судеб, даже менять небесные тайны. Всё ради страны — дабы продлить жизнь династии Чжоу, создать неприступное царство и утвердить вечный мир.
С его прорывом карма содрогнулась, мир изменился.
Вторым стал «Босоногий даос» Чан Цинцзин из Небесного Наставничества на горе Дракона и Тигра: во время лечения людей он прозрел и шагнул дальше.
Третьим стал «Монах, преодолевающий бедствия» Сюаньку из Висящего монастыря: на утренней службе постиг и прорвался.
Четвёртый… пятый… шестой…
За десять лет появилось семь «небесных людей Боевого Пути», доказавших жизнеспособность четвёртого шага. Так была сломана изначальная система Лю Яна!
«Хм?»
На далёком западе Мира Закона, в глубине лесов, в чертоге «Меча Кровавой Небесной Реки», окружённом бесчисленными талисманами, Лю Ян внезапно раскрыл глаза.
Небо было чёрным, солнце скрыто.
Позади его головы вспыхнул нимб, Свиток Тайвэй об отпущении и прощении завертелся — и все перемены десяти лет отразились в его сердце.
«Четвёртый шаг Боевого Пути — так скоро?!»
Он был и рад, и насторожен. Рад — что путь растёт столь стремительно. Но и тревога грызла: как это возможно так быстро?
Гадание и карма показывали безупречность, без изъянов.
«Мой Боевой Путь доведён до третьего шага, равного поздней Закалке Ци. Но теперь в мире уже вышли четвёртый шаг. По прикидкам, такие воины сравнимы с великим совершенством Закалки Ци. Но тогда… это уже не Боевой Путь!»
Он нахмурился.
Предсказание верно, изменения кармы верны. Всё логично. Но есть одно: Боевой Путь вышел из-под контроля. «Кража у святого» близка к провалу. Исправить может лишь он сам.
«Неверно!»
В душе Лю Яна загремел тревожный колокол. Он не видел расстановки предка Юнь, не чуял, как тот двигал карму. Он знал лишь одно:
«Никто не заставит меня уйти отсюда!»
Здесь у него — бесчисленные талисманы и формации. Хоть десять мастеров великого совершенства придут — не устрашат его. Здесь он сидел крепко, как рыбак на мостке.
Но стоит выйти наружу — и всё иначе.
К тому же ныне он держит фигуры в руках, над шахматной доской. Если выйдет на доску сам — станет пешкой. Одна ошибка — и вся партия проиграна.
Он успокоился. Появление «небесных людей Боевого Пути» угрожает «Краже у святого», но это займёт время.
«Пошлю сперва лишь аватара…»
По его мысли в руке вспыхнуло Знамя Мириад Духов. С кончика пальца вырвалась нить белой Ци — это и была чистая «Изначальная Ци», рождённая им во второй жизни после саморастворения.
Когда-то эта «Изначальная Ци» была драгоценностью и даже помогла ему в третьей жизни прорваться к середине Закалки Ци. Но в поздних жизнях она потеряла силу.
«А ныне самое время пустить её в ход!»