Пусть Путь Шаманов и Призраков вновь обретёт величие!
Патриарх-основатель Учения Вслушивания во Тьму долго молчал. Его сознание колебалось, как древний колокол в тумане.
— Ученик триста семьдесят шестого поколения Пути Шаманов и Призраков?.. — наконец произнёс он, и в его голосе зазвучала глухая ярость. — Дерзость! Наш Путь не столь глубоко укоренён! Я сам был лишь шестым главой школы — откуда взяться ученику триста шестьдесят седьмого поколения?!
Гром его слов сотряс зал земной жилы, но Лю Ян не дрогнул. Глаза его заблестели, он искусно наполнил голос рыданием, и по щекам покатились две горячие слёзы.
— Учитель моего учителя, вы не знаете… — выдохнул он, дрожа. — Последнюю тысячу лет Павильон Мечей Юйшу без устали охотился на нас, вырезая учеников одного за другим. До наших дней дошла лишь моя единственная ветвь прямой передачи!
Он говорил с такой искренней скорбью, что даже холодная душа Патриарха дрогнула.
Передача великих сект и вольных путей различна.
Секты с Истинными Человеками в основании живут веками, сменяя поколения размеренно, по одному на столетие.
Но вольные культиваторы — как перекати-поле: без покровителей, в скитаниях, под ударами врагов. Для них десятки поколений за одно тысячелетие — обычное дело.
Патриарх нахмурился, размышляя.
Если где-то и вправду уцелела ветвь, не имеющая Истинного Человека и к тому же преследуемая Павильоном Мечей, то за тысячу лет сотни поколений действительно возможны.
Но тут его сознание вдруг насторожилось.
«Постой-ка… если я был последним главой школы, откуда взялась “отдалённая ветвь”? Разве мог я о ней не знать?»
Он холодно произнёс:
— К какой же ветви вы принадлежите?
(На деле Пути Шаманов и Призраков никогда не имел ответвлений. Патриарх лишь испытывал собеседника.)
Однако Лю Ян не дрогнул:
— В ответ Патриарху: у нашего Пути нет ветвей. Мы — потомки тех, кого Великий Старейшина тайно вывел из школы, когда вы достигли совершенства Заложения Основы и столкнулись с тем человеком из Павильона Мечей. Разорвав причинно-следственные связи, он сумел спасти линию передачи.
Он говорил спокойно и уверенно.
Он ведь и правда владел полным наследием Пути Шаманов и Призраков — тем самым, что оставил сам Патриарх. В той остаточной мысли, что он унаследовал, жила тоска основателя о былой школе. Благодаря этому Лю Ян знал каждую деталь, каждое имя.
Великий Старейшина действительно существовал — соперник Патриарха, вечно споривший с ним и даже выступавший против создания Зала Ямы.
Использовать его как фигуру легенды было идеально: Патриарх мог задать любой вопрос — и Лю Ян ответил бы без запинки.
— Так вот как… — прошептал Патриарх.
Воспоминания о былом вспыхнули в его душе, и голос его смягчился.
— А я-то думал, тот старик просто завидовал мне, что я стал главой школы. Выходит, он оказался прозорливее…
«Нет, он просто тебе противостоял», — с внутренней усмешкой подумал Лю Ян, но вслух произнёс с благоговением:
— Патриарх, нельзя терять ни мгновения! Позвольте, я помогу вам выбраться!
— Нет, — Патриарх поднял ладонь. — Не тревожься обо мне. Я сам найду путь наружу. Лучше уходи, пока меч Золотого Ядра не обратил внимание на твою душу!
Он поверил.
И не потому, что речь Лю Яна звучала убедительно, а потому, что чувствовал в нём подлинное наследие школы.
Если бы тот лгал, откуда у него Зал Ямы? Откуда сила Пути Шаманов и Призраков?
Даже если история выглядела невероятной — он хотел верить.
— Как бы то ни было, раз Путь выжил — уже благо, — произнёс он с облегчением. Затем внезапно нахмурился: — Но здесь всё ещё витает мечная энергия Золотого Ядра. Уходи!
— Не стоит беспокоиться, Патриарх, — покачал головой Лю Ян и тихо сказал: — Есть нечто, что я скрывал от вас, опасаясь разочаровать.
Пауза.
— Из-за охоты Павильона Мечей от нашей ветви осталась лишь моя линия. Ради выживания я был вынужден скрыть своё имя и вступить в Святую Секту. Лишь используя её причинно-следственные связи, я сумел выжить и достичь нынешней силы.
Он говорил с видом человека, готового принять осуждение.
— Вот как… — протянул Патриарх, и, к удивлению Лю Яна, не разгневался.
В его взгляде появилось понимание — теперь всё стало ясно.
Он видел, что Лю Ян уже стоит у предела Конденсации Ци, владеет Залом Ямы и искусствами школы.
Если ветвь выживала в одиночестве, как же он смог достичь такого уровня? Ответ очевиден — Святая Секта.
— На деле это даже благо, — сказал Патриарх мягко. — Ради сохранения Пути порой приходится идти на уступки.
— А Святая Секта, при всём своём могуществе, не станет вмешиваться в наши внутренние дела.
— Ты поступил правильно. Не думал, что наш Путь, дожив до этого дня, породит столь выдающегося ученика…
Он вздохнул, и в его голосе впервые прозвучала отеческая теплотa.
— Тяжело тебе пришлось, дитя моё.
— Ради Пути Шаманов и Призраков — это не тяготы! — твёрдо ответил Лю Ян, вытирая глаза. — Я пришёл на Гору Черепов, чтобы найти следы нашей школы.
— Я достиг Великого Совершенства Конденсации Ци и стою в шаге от Заложения Основы. После прорыва я намерен вновь открыть горные врата, возродить школу и вернуть ей славу!
Он поднял взгляд, полный пылающей решимости.
Патриарх на миг растерялся. Хотел бы помочь, но за тысячу лет все сокровища были истощены. Ему нечего было дать.
Увидев это, Лю Ян быстро придумал ход.
Он мысленно велел, и перед ними возник Зал Ямы. Из него вышла Изначальная Дева, поклонилась Патриарху.
Их взгляды встретились; она поняла его без слов.
— Господин, ведь здесь осталась земная жила… — мягко проговорила она.
— Какая ещё жила?! — нахмурился Лю Ян, делая вид, что сердится. — Как ты смеешь говорить такое?!
Но Патриарх внезапно оживился:
— Верно! Ведь есть же земная жила!
— Патриарх, нельзя! — поспешно возразил Лю Ян. — Вы — глава школы, только вам дозволено управлять жилой Горы Черепов. Как посмел бы я, младший, посягать на неё?
— Нет, — покачал головой Патриарх. — Твоя защитница права.
— Пусть я и прожил пятую жизнь благодаря искусству переселения души, но срок мой подошёл к концу. Душа истощена, жизненная сила иссякает.
— Мне земная жила больше не нужна. Лучше передам её тебе — возможно, она ещё принесёт пользу нашему Пути.
С этими словами он сам разорвал связь с жилой, передавая её Изначальной Деве от имени Зала Ямы.
Он поверил.
Он действительно поверил!
И в тот миг Лю Ян склонился в глубочайшем поклоне — но в глубине его глаз вспыхнула холодная, безжалостная искра.
«Пусть Путь Шаманов и Призраков вновь обретёт величие… но уже под моей рукой.»