Штурм Заложения Основания!

На следующий день Лю Ян покинул Секретный Мир Закона.

О том, что произошло внутри, все хранили молчание. Даже Ло Уя вёл себя так, словно Лю Ян вовсе туда не входил.

Сам же Лю Ян понимал: остатки души патриарха рода Юнь уже были уничтожены Истинным Человеком Иньшанем, и лучше было не распространяться. Ему было выгоднее хранить тишину, пожиная плоды. Чтобы укрепить доверие старшего брата, он вовсе не покинул горы, а прямо там основал себе пещеру-обитель.

В горах время течёт иначе: в одно мгновение минуло десять лет.

Однажды, пробудившись от долгого затвора, Лю Ян взглянул на жезл Миндао, что не выпускал из рук все эти годы, — и увидел на нём трещины.

— Значит, и у этого сокровища есть предел...

Десять лет он почти непрерывно пользовался его силой. Благодаря этому прогрессировал во всём: массивах, талисманах, собственном дао.

Но важнее всего — он завершил выверку метода, чтобы достичь «Истинного Лунного Закона Превращения и Освобождения от Плоти», и при этом не задеть Книгу Ста Жизней.

Он назвал свой путь «Искусством Духа Инь-Бессмертного».

Это был метод ложной смерти: душа остаётся в мире, сохраняя решимость, когда тело гибнет.

С помощью этого искусства он мог сделать душу подобной душе Заложившего Основание. Тогда, умерев, он не ушёл бы в колесо перерождений, а сохранился бы ради обряда «смерти, за которой следует превращение». Так выполнялись условия для постижения Великого Лунного Закона Освобождения, и при этом Книга Ста Жизней оставалась нетронутой.

— В следующей жизни это станет целью.

Один лишь путь Святого Вора отнял у него десятилетия. Новый Закон столь же силён, и, несомненно, потребует не меньше. В этой жизни он недостижим.

С этими мыслями Лю Ян достал ещё одну нефритовую пластину.

На ней было записано тайное искусство «Кражи Небесных Тайн», которое когда-то передал ему Чжао Сюхэ, наложив печать молчания.

Овладев им, можно было прибавить ещё одну десятую к шансу прорыва к Заложению Основания.

Он коснулся пластинки — и, как ожидал, печати, державшиеся восемьдесят лет, рассеялись.

— Старший брат Чжао и вправду честен… Ни изъяна, даже пояснения оставил, — пробормотал Лю Ян, запоминая строки.
И тут же вспомнил: — Ах да, он ведь ещё и в долгу передо мной… В следующей жизни не забуду!

Прошёл месяц, и он вышел из пещеры.

И услышал весть, что потрясла сердце: на собрании Трёх Рек второй брат Ло Уя пал, не сумев прорваться к стадии Заложения Основания.

— Как же так?..

В обители Иньшаня Лю Ян тяжело вздохнул:

— Мы с братом Ло были близки как родные. Я мечтал встретить его после выхода из затвора, разделить вино и беседу…

Иньшань покачал головой:

— Жаль второго брата. Его путь был истинным наследием Святой Секты — «Истинная Классика Небесного Ремесла». Завершив её, он ковал «Сокровенную Ци Небесного Ремесла», что числится в третьем ранге. К тому же он овладел великой магией и имел пилюлю Заложения Основания. Вероятность успеха была не менее трети.

Но прорыв к Заложению Основания труднее, чем восхождение на небеса.

Лю Ян уже дожил до ста лет, а Ло Уя был старше. Но даже третья доля надежды стоила того, чтобы рискнуть жизнью.

Увы, он проиграл.

Иньшань вздохнул и посмотрел на Лю Яна:

— Полагаю, раз ты вышел из затвора, значит, уже решился? Ты хочешь сам штурмовать Заложение Основания?

— Да, — Лю Ян склонился, вернув ему душу предка рода Юнь. — Увидевшись с тобой, я снова уйду в затвор.

— Ты — настоящий талант, — сказал Иньшань, поглаживая бороду. — Думаю: зря я вмешался в твою судьбу на Горе Черепов, похитив у тебя тридцать лет. Будь ты моложе на три десятка — твои шансы были бы выше.

— Старший брат льстит, — покачал головой Лю Ян.

— Я не бросаю слов на ветер, — Иньшань махнул рукой, и в воздухе возник нефритовый знак с двумя большими словами: «Вознесение».

— Жетон Вознесения. На Горе Черепов я не успел отдать его тебе: ты обменял его на жезл Миндао. Второй брат не нуждается в нём, третий пал на поле битвы Праведных и Демонов. Так возьми же.

Лю Ян опешил:

— Старший брат, я не достоин…

— Довольно, — прервал Иньшань. — Возьми. Если достигнешь Заложения Основания — будет тебе доброй кармой.

Лю Ян покорно принял жетон. И вдруг в сердце вспыхнула искра надежды. Раньше он хотел лишь испытать себя ради будущей жизни. Но теперь… его ци достигла третьего ранга, он овладел путём Святого Вора, а с Жетоном Вознесения — у него и вправду есть треть надежды?

Нет ли здесь замысла?

Мысль эта даже рассмешила его. В Святой Секте слишком много талантов, и непрошенная помощь всегда подозрительна.

«Даже если это заговор — я приму. Всё равно в этой жизни я намерен умереть на пути к Заложению Основания. Успех или смерть — всё едино. В следующей жизни буду осторожнее».

Он распрямился, склонился перед Иньшанем и вышел.

…Но едва он ушёл, рядом с Иньшанем появился ещё один человек.

Это был мужчина средних лет, величавый, с острым взором, словно ничто в мире не могло преградить ему путь.

— Ну как? — спросил Иньшань.

— Не выйдет, — гость покачал головой. — Лучший возраст для прорыва — семьдесят-восемьдесят лет. А ему за сто. Шансов почти нет.

— Жаль, он постиг Лунный Закон Освобождения от Плоти, но не завершил последнюю метаморфозу, не достиг ранга «Освободившегося Бессмертного». Иначе прибавил бы ещё десятую долю успеха. Но без помощи ещё одного Заложившего Основание ту область нам вдвоём не одолеть.

— Остаётся лишь надеяться, что он сумеет.

— А если нет — придётся звать постороннего, — сказал гость.

Иньшань тяжело вздохнул:

— Ты, брат Чунгуан, уже завершил Заложение Основания. А ещё у нас перевоплощение Владыки Огня Потухшей Лампы. Такой шанс нельзя упустить.

— Верно. Теперь остаётся только идти ва-банк, — ответил Чунгуан. Его лицо стало суровым. — Успех — моя удача, неудача — моя судьба. К тому же грядёт тысячелетняя беда. Не достигнув истинного звания, как стать распорядителем шахматной доски?

— Разница лишь во времени смерти: раньше или позже.

— Лучше пасть, штурмуя Заложение Основания, чем позволить беде затуманить разум, стать пешкой в чужих руках и умереть в неведении.

— Мы оба уже бросали вызов Заложению Основания, и должны это понимать.

— Истинная правда, — кивнул Иньшань. — Конденсация Ци не ведёт к освобождению, и даже Заложение Основания редко даёт свободу.

— Таков этот мир, — холодно сказал Чунгуан. — Потому и различают Истинных Человеков и Истинных Владык.

— Те, кто лишь практикует Конденсацию Ци, пусть и блистательны, остаются лишь «материалом», который можно расходовать.

— Лишь прорвавшиеся к Заложению Основания признаются людьми. А достигшие Золотого Ядра — это уже владыки, повелевающие тысячами!