Смерть и возрождение

«Заложение Основания — это возведение бессмертного фундамента Великого Пути, очищение тела и преображение бренной плоти. Шесть чувств успокаиваются и становятся пустыми; форма превращается в ци, и пять энергий собираются в истоке. Три солнца сходятся в короне; когда заслуга исполнено, форма забывается, зародыш бессмертия самосозидается. Инь исчерпывается, ян становится чистым, возникает тело за пределами тела. Лишь тогда можно сбросить оковы и взойти к бессмертию, превзойти мирское и войти в святой чин, отрекшись от бренного».

В своей пещере Лю Ян сидел на циновке, в тишине постигая написанное.

— Заложение Основания… В разных техниках описано по-разному, но в сущности шаги мало чем различаются.

Всё сводилось к одному: использовать собственную истинную ци как опору, поднять море сознания и вознести форму.

Так, техника «Девяти Превращений Дракона», что он практиковал, доведённая до полноты, рождает истинную ци третьего ранга — «Драконье Сияние».
А более высокая практика Заложения Основания — «Свиток Вознесения Тысячи Колесниц, Покоряющих Дракона» — прямо учит, как через Драконье Сияние завершить вознесение.

Здесь и открывалась важность ранга истинной ци.
Если он слишком низок — либо море сознания не поднять, либо на полпути истощишь силы, упадёшь и разобьёшься насмерть.

Весь процесс Заложения Основания — это путь вознесения.
А его конец — не стадия, но само «Царство Основания».

Узрев это, Лю Ян не сдержал изумления:

— Царство Основания! Так речь идёт не о состоянии, а о месте!

Но вознесение — лишь первый шаг.

Добравшись до Царства Основания, культиватор должен создать свой бессмертный фундамент, дабы удержаться там.
И в том сокрыта вторая пропасть.

Обычные практики, дойдя до этого, уже исчерпывают всю основу, и создают лишь хрупкий, зыбкий фундамент, не выдерживающий давления. Тот рушится, и вместе с ним погибает сам человек.

Так, вероятно, пал Ло Уя.

Ведь при создании фундамента в сердце сами собой рождаются бесчисленные наваждения. Если даосское сердце непрочно — демоны мысли и желания овладеют умом. И тогда, сколь бы глубоки ни были основы, они не спасут.

— Поистине, каждый шаг — пропасть…

Лю Ян вновь и вновь прокручивал в сердце процесс прорыва, запоминая каждое слово, каждое наставление Свитка Вознесения.

Затем он достал Жетон Вознесения, положил на ладонь и влил в него ци.

Тот вспыхнул, обратился в поток света и взмыл в его море сознания, озарив его кристальной ясностью. Всё тело наполнилось лёгкостью, словно он уже воспарил.

Закрыв глаза, он вошёл в медитацию.

В его даньтяне возникла струя истинной ци, что обрела чешую, когти, клыки, усы и обратилась в яркого, живого дракона.

Грохот!

Дракон вырвался из даньтяня, поднялся по меридианам, прошёл Алый дворец, достиг Пурпурного дворца и ворвался в глубины моря сознания.

Перед глазами вспыхнул небесный свет. Истинная ци, некогда казавшаяся неисчерпаемой, хлынула, как воды из прорванной плотины, превратившись в колоссальную силу. Она поднимала его море сознания всё выше!

— К счастью, у меня есть Жетон Вознесения…

Без него путь переграждали бы девять небесных врат, каждое из которых изнурило бы его.
Но с даром Иньшаня все врата раскрылись, и вознесение стало гладким.

Более того, он начал путь не с самого низа.

— Я постиг путь Святого Вора, уже обрел некий статус. Стало быть, я начал с середины небес.

Путь сократился.
И пусть лишь на шаг, но именно этот шаг мог оказаться последней соломинкой, что ломает спину верблюду.

Так, с опорой на Святого Вора, Жетон Вознесения и Драконье Сияние, он шаг за шагом восходил в Царство Основания.

Неизвестно, сколько минуло времени.

Вдруг небесный свет перед глазами угас, и перед ним открылась безбрежная ширь.

Опустив взор, он увидел самого себя.
И вдобавок — гору Инь, Изначальную Святую Секту, реки, горы, солнце, луну и миллионы людей в суете.

Мир красной пыли.

Такую картину он уже видел на Горе Черепа, когда Иньшань показал ему битву Заложивших Основание.

Тогда его истинный дух был слаб и видел лишь сияние, без облика. Теперь же, получив шанс вновь, он различил на северо-западе фигуру, сидящую в медитации.

Это был Иньшань.
Его фундамент представлял собой чёрную гору. Она простиралась на тысячи ли, но в бесконечности Царства Основания казалась крохотной.

Иньшань тоже заметил его.

И тихий голос донёсся до слуха:

— Сосредоточь ум. Не отвлекайся.

Голос был подобен журчанию ключа, смыл наваждение. Лю Ян вздрогнул:

— Демонические мысли проникли, я уже отвлёкся!?

Он собрался и вновь обратил внимание на создание фундамента. Всё, что могли дать ему Святой Вор, Жетон Вознесения и Драконье Сияние, было уже исчерпано. Теперь всё зависело от него.

Он шаг за шагом собирал ци, создавая бессмертный фундамент.

Но вскоре понял:

— Ци не хватает…

Мгновенная рассеянность истощила тридцать процентов. Его запасы и без того были малы, теперь же — почти на исходе.

Пришлось уменьшить масштаб.

Ведь размер фундамента определяет силу, потенциал и магию Заложившего Основание. Уменьшая его, он жертвовал будущим ради прорыва.

Сократив фундамент до половины, он смог удержать процесс.

Но вдруг он увидел, как Иньшань поднялся и пошёл к нему, с холодным смехом:

— Превосходно! Фундамент создан.
Ты не напрасно оправдал мои ожидания. Моему артефакту как раз не хватало фундамента — и ты, брат Лю, стал отличным материалом!

И протянул руку.

Это чувство… он уже видел силу Иньшаня, и то, что было перед ним, совпадало с воспоминанием.

— Постой… точно?

— Нет!

Он очнулся: это иллюзия!

Взгляд прояснился, и демоническое наваждение рассеялось. Иньшань по-прежнему сидел на месте, лишь вздохнул:

— Жаль тебя, брат.

Лю Ян опустил глаза — и увидел: его фундамент, созданный с таким трудом, уже весь в трещинах, изъеден иллюзией.

Он лишь горько улыбнулся:

— Горькая судьба…

Грохот!

Фундамент рухнул, и его разрушение потрясло всё Царство Основания, даже вызвав бурю в мире смертных. Ветер завыл, словно небеса оплакивали его.

Лю Ян, сохраняя ясность, запечатлел этот опыт в сердце и тихо произнёс:

— Книга Ста Жизней!