Владыка Тайного Мрака, Управляющий Царством Теней

Время, как водится, не ждёт.

Пока Лю Ян размышлял, тьма, окружавшая старика в жёлтых одеждах, уже распространилась до него, источая гнилостную силу разложения.

Лю Ян поднял голову и с любопытством взглянул на него.

— Так вот они какие… шаманы-призраки.

Путь Шаманов и Призраков был некогда великой школой древнего демонического дао. Каждый ученик создавал себе шамана-призрака, связанного с его судьбой, и питал его, пока тот не становился его собственной основой.

Но после появления мечевой энергии уровня Золотого Ядра весь Путь Шаманов и Призраков был вырезан до последнего. Осиротевшие шаманы-призраки, лишённые хозяев, обрели самостоятельную волю и начали блуждать по тайному царству.

С тех пор их разделяли по уровням: белые, жёлтые, чёрные и — самые злобные — красные.

Живущие же в этом царстве люди происходили из разных корней.
Иные были потомками слуг, некогда принадлежавших Путю Шаманов и Призраков, иные — теми учениками, что в час гибели своей школы решились уничтожить собственную культивацию, чтобы избежать участи.

Ведь в этом царстве культивация была запрещена.
Энергия меча Золотого Ядра истребляла всякого, кто пытался вступить на Путь. Даже если это была первая ступень Конденсации Ци — клинок не щадил.

Лю Ян был исключением. Будучи пришельцем извне, он не подпадал под власть местной печати, и потому меч не коснулся его.
Хотя разница была мала: пока мечевое сияние не угаснет, его аватар всё равно не сможет покинуть царство — по сути, то же, что и смерть.

А конец Пути Шаманов и Призраков оказался горькой насмешкой.
Лишь смертные уцелели — и, утратив возможность культивировать, стали добычей собственных порождений.

Те, кто властвовал над духами, в итоге сам был ими пожран.

Лю Ян усмехнулся:

— И всё же… человек всегда находит выход.

Неспособные к культивации смертные тысячелетиями искали путь выживания.
В конце концов они нашли способ противостоять шаманам-призракам — «укрощать духов, служа Владыке Ада».

Иными словами, смертный приносил себя в жертву шаману, но при этом мог воспользоваться частью его силы.

Создатель этого метода, назвавший себя Патриархом, Внемлющим Тьме, основал секту, ныне известную как Учение Вслушивания во Тьму. Она стала единственной силой тайного царства, со временем выстроив целую систему, где звание определялось по рангу подчинённого духа:

Подчинивший белого духа назывался Посланцем Преисподней.
Подчинивший жёлтого — Ракшасом.
Подчинивший чёрного — Непостоянным.
А тот, кто сумеет обуздать красного духа, получал звание старейшины Учения и титул Ходящего Ямой.

— Замысловито, — усмехнулся Лю Ян.

Все, кто шёл этим путём, редко доживали до конца года, но пока жили — их сила могла сравниться с культиватором Великого Совершенства Конденсации Ци.

Перед ним стоял жёлтый призрак, равный по мощи середине Конденсации Ци.
Однако по-настоящему внимание Лю Яна привлекло не это, а лёгкий отблеск некой силы — подобие статуса, что струилось от призрака.

— Похоже на обломок великого искусства…

Ощущение было то же, что исходило от фрагментов высших божественных способностей, только ослабленное в бесчисленные разы.

Он протянул руку, схватил духа и мгновенно обратил его в прах.

— Действительно связано со статусом, но пока не достигает уровня Заложения Основания.

Он задумался. Эти блуждающие духи, быть может, являлись осколками одной великой божественной способности.

Достав Знамя Десяти Тысяч Духов, Лю Ян вплёл в него жёлтого призрака. Тот растворился в ткани, обращаясь в духовное пламя.
И на лице Лю Яна появилась странная улыбка.

— Вот уж неожиданный дар судьбы…

Если в каждом духе заключён обломок великого искусства, а Знамя способно впитывать их, — то, поглотив всех, можно соединить фрагменты воедино и, быть может, породить новую божественную способность, способную помочь прорваться к Заложению Основания!

— Местные страдали от духов слишком долго, — усмехнулся он. — Что ж, я, человек доброго сердца, избавлю их от бедствий. Пусть скажут потом, что я был милосерден.

Затем он взглянул на потерявшего сознание юношу, чью душу недавно обыскал. Для смертного это не причинило вреда, а в знак «сострадания» Лю Ян даже оставил ему простейшую боевую технику.

— Да, я просто святой.

В этот миг вдалеке раздался гул.

Подняв взгляд, Лю Ян увидел приближающееся чёрное облако, в котором стоял даос в чёрных одеждах. За ним следовали два мальчика-служителя и десяток наложниц.

Слуги держали в руках сокровища, наложницы несли веера и курильницы, а позади тянулась длинная процессия в чёрно-белых одеждах, гремевшая барабанами и дудками. Всё это напоминало зловещую похоронную процессию.

— Хм? А где шаманы-призраки этого места? — нахмурился даос, заметив Лю Яна. — Ты ли подал знак? Где здешний Посланец Преисподней?

— Мёртв, — равнодушно ответил Лю Ян.

Он знал из памяти юноши: местного Посланца убил тот самый жёлтый дух.

Даос в чёрном нахмурился сильнее.
Он жестом велел одному из мальчиков поднять бронзовое зеркало и направить на Лю Яна.

Лю Ян не стал уклоняться, лишь слегка приподнял бровь.

Зеркальный луч коснулся его лба.

— Так вот ты кто, — усмехнулся даос. — Дикий чаньский еретик извне! Не иначе как ты убил Посланца и завладел здешними духами! Сегодня я прощу этот грех убийством!

— Хм, «еретик», — тихо повторил Лю Ян. — Забавно, когда слуга тьмы называет свет еретиком.

Даос, разумеется, не понял издёвки.
Он уже сосредоточился, и его лицо стало бледным, губы налились кровавой краснотой.

— Появись, Ху Минло, — прошептал он.

Потоки ци хлынули, и над его спиной возник чёрный дух, похожий на тень без глаз.

То был шаман-призрак по имени «Назови имя и пади». Он вычислял истинное имя цели; стоило владельцу произнести его — душа жертвы вырывалась, и человек умирал.

И сейчас он уже начал считать.

Лю Ян ощутил дрожь воздуха.

— О, так ты решил вычислить моё имя? — он усмехнулся. — Забавно. Эти призраки действительно несут в себе след великой способности.

Он сложил печать, скрывая свои причины и следствия.

— Как!? — вскрикнул даос, видя, что призрак не отвечает. — Как это возможно!?

Лю Ян покачал головой:

— Скучно. До уровня Заложения Основания тебе далеко.

Он собирался уже покончить с ним, но даос внезапно выхватил из-за пазухи статуэтку из красного воска — суровое божество с тремя благовониями на короне. Не говоря ни слова, он зажёг их.

Из головы статуи вырвалось пламя — зелёное, как болотный огонь.

— Да явится Патриарх! — выкрикнул даос и пал ниц.

Статуя задрожала.
Из благовоний поднялись клубы облаков, разлилась мелодия, осыпались лотосы.
Воск словно ожил, черты лица смягчились, а глаза наполнились светом.

Словно живое божество, оно подняло взор и произнесло:

— Кто дерзнул нарушить порядок моей секты!?

Лю Ян не ответил.
Он смотрел на статую, и в его взгляде вспыхнул интерес.

Для простых людей перед ним стояло живое божество, но для того, кто обладал статусом, истина была иной: божественный облик был лишь оболочкой, тогда как под ним расцветала сила.

У подножия статуи сиял узор — свет великой божественной способности.
Семь печатей плавали в сиянии, высвобождая безмерную мощь.

И Лю Ян понял.

Это — то самое великое искусство, чьи осколки он собирал в каждом духе,
искусство, что соединяет все пути Шаманов и Призраков воедино.

Его имя —

«Владыка Тайного Мрака, Управляющий Царством Теней».