Подмена

Лю Ян был совершенно спокоен насчёт Чжао Сюэхэ.

— У старшего брата Чжао заслуги трёх жизней, и удача велика, — пробормотал он. — Даже без моей помощи он уже однажды пытался прорваться к Заложению Основания. А с моей помощью его шансы станут куда выше.

Всё упиралось лишь во время.

Развернувшись, Лю Ян вернулся в обитель, призвал Божество-защитницу Дхармы Су Нюй и, опираясь на уровень Заложения Основания, вновь принялся практиковать Искусство Освобождения от Трупа и Тайное Искусство Небесного Шёлкопряда.

Так минуло десять дней. В безлунную, ветреную ночь в пещере раздался тихий голос:

— Младший брат Лю, ты здесь?

Это был Лю Синь.

Лю Ян откликнулся, открыл врата обители и с приветливой улыбкой произнёс:

— Ты пришёл! Я давно жду тебя, старший брат. Спасибо, что среди ночи принёс мне это издалека.

— Принёс?.. Что именно?.. — удивился Лю Синь.

Но договорить не успел. Лю Ян действовал с той безупречной точностью, которую отточил ещё в жизни до прошлой. Взмах ладони — и из истинной ци вырвалась гигантская рука.

Лю Синь, вознамерившийся поглотить этого «новичка» ради собственного продвижения, даже не понял, что случилось: его тело обратилось в прах. На землю с глухим звуком упало лишь Знамя Мириад Духов.

Лю Ян тихо вздохнул.

Когда-то старший брат Лю был ему источником бессильной злобы; теперь же — надёжным и постоянным источником припасов, к которому он обращался едва ли не в каждой жизни.

Сокровенный Талисман Изначальной Единой Ци Хаоса оказался слишком полезен, чтобы не добывать его вновь и вновь.

— К слову о сокрытии кармы… — задумался он. — У старого предка Юня, того перерождённого заложившего Основание, должно быть ещё одно великое сокровище небесных тайн.

В прошлой жизни он ушёл слишком рано и не успел добраться до него.
Теперь всё будет иначе.

Он намеревался вновь пройти путь прошлой жизни — но уже с расчётом, создав в Святой Секте образ безупречного, благонравного ученика.

— Предок Юнь направился в Тайное Царство Закалки Закона не ради меня одного, — пробормотал он. — Он ищет собственную выгоду. А ведь в его руках артефакт, способный обмануть даже владыку Золотого Ядра! Если я опережу его и вступлю в царство первым, устрою засаду и завладею этим сокровищем — оно станет моей опорой в будущем пути!

Он зло усмехнулся:

— К тому же тот старик в прошлой жизни уже строил против меня козни. Если бы не я сам, давно лежал бы в пустыне прахом. Не отомщу — сердце Дао не успокоится.

Он отметил имя Старого Предка Юня в мысленной книге обид, пометив его как одну из целей этой жизни.

Сидя на циновке, Лю Ян всматривался в стоящее перед ним белоснежное Знамя Мириад Духов Лю Синя. Оно резко контрастировало с его собственным — чёрным, почти фиолетовым от густоты инь.

Он запустил магическую силу. Знамя дрогнуло — и из него вышел Чэнь Синьань.
Оглядевшись, тот изумлённо уставился на Лю Яна.

Тот вызвал и своё знамя — и вскоре перед ними стояли двое Чэнь Синьаней: живой и знамённый дух.

— Ты кто?! — воскликнул первый.
— Ты — это я? — эхом ответил второй.

Голоса слились, но живой Чэнь Синьань был потрясён до глубины души, а дух знамени лишь отражал его эмоции.

Поскольку дух предстояло отправить в разведку, нужно было гарантировать его полную покорность.
Как и в случае с Су Нюй, Лю Ян вплёл в него множество печатей и запретов: при малейшем всплеске воли дух мог быть обращён в прах.

— Действуй.

Взмах руки — и дух знамени Чэнь Синьань без колебаний выполнил приказ, ткнув пальцем в чело оригинала.
Душа тела была пронзена.

Даже в миг смерти Чэнь Синьань оставался в растерянности:

Кто убил меня?
Кого убил я сам?..

Душа рассеялась, а все нити причин и следствий перешли к духу знамени, придавая его лицу человеческое живое выражение.

— Отныне ты — настоящий Чэнь Синьань, — сказал Лю Ян и довольно кивнул.

Затем он внедрил в него Сокровенный Талисман Изначальной Единой Ци Хаоса.
В нём хранилась частица его божественного сознания. Под её покровом даже Истинный Человек уровня Заложения Основания не смог бы распознать подмену, а Лю Ян — наблюдать за Владыкой Пика Подпирающего Небеса и при необходимости перехватить контроль над телом.

Одновременно талисман скрывал и карму самого духа.

Лишь после этого Лю Ян отпустил его.
Второе же знамя он уничтожил, впитав его силу в своё собственное — внутреннее пространство стяга разрослось, подобно целому миру.

---

На вершине Пика Подпирающего Небеса, в чайном павильоне.

Настроение Владыки Пика было далеко не радостным: наследие Панлуна, уже почти оказавшееся в его руках, исчезло — словно утка, готовая к варке, вдруг вспорхнула и улетела.

— Жаль… — пробормотал он. — Хотя то наследие и связано с Цзянси, обучать её не стоило. Всё же я создал для Цянь-эр Искусство Нирваны Феникса Шести Путей, чтобы через парную практику она могла впитать его силу. А теперь искусство утрачено, и Цянь-эр лишилась великой возможности… Когда же она вновь достигнет Заложения Основания?..

Он вздохнул.

— Если бы мой сын ещё жил…

Чэнь Синьань — его родной сын и лучший ученик — в юности уже постиг великую технику и был в шаге от прорыва.
Если бы он довёл искусство до совершенства, а Владыка нашёл для него редкую драгоценность в помощь, шансы на Заложение Основания достигли бы трёх десятых. А если дождаться шестидесятилетней войны Праведных и Демонов — всех четырёх.

Мой сын Синьань обладал даром Заложения Основания…

Но Небо завидует талантам.
Одна вылазка за сокровищами — и он пропал. Сколько бы Владыка ни высчитывал карму, нити судьбы не удавалось найти; лишь смутное чувство подсказывало, что сын ещё не мёртв.

— Эх… — вздохнул он вновь.

И вдруг пространство дрогнуло: всплеск кармических волн заставил его поднять голову.
Он выпустил божественное сознание и проследил по великой сети причин и следствий.

— Это… связь Синьаня?!

Он вскочил. Сознание мгновенно пронзило пространство и устремилось к истоку.
Оно привело его к одной из пещер на Пике Подпирающем Небеса.

Внутри — едва мерцающая душа, почти растворившаяся в воздухе.
Сознание её угасало, готовое рассеяться окончательно, и лишь остаточная мысль в агонии шептала:

— Отец… прости меня…

Гром взорвал небо.

Владыка Пика одним шагом пересёк пространство и вошёл в пещеру. Его могущественная сила остановила рассеянную душу, заставив её собраться воедино.

За спиной его вспыхнул силуэт русалки с алой чешуёй — Чешуя Чижу.

Эта земная губительная энергия принадлежала звезде Туньтань и вобрала в себя чудо Воды Гуй.
Хотя вода Гуй в Туньтань мертва, в глубинах её скрыт Металл Гэн, способный возродить жизнь; потому её смысл — обрести живое в месте смерти.

Именно эта сила давала Владыке уверенность: даже если душа сына рассеется, пока он успеет её узреть — он соберёт её вновь.
Как бы тяжко ни было ранение, Чешуя Чижу обращает опасность в безопасность.

Чем выше путь и крепче сила, тем ярче проявление.
А с его уровнем средней стадии Заложения Основания вернуть душу Конденсации Ци — дело не труднее, чем вдохнуть.