Глава 175.0

175

Одного только звука голоса Мида было достаточно, чтобы Каэлду показалось, что он вот-вот потеряет рассудок.

То чувство неполноценности, которое он испытывал к Миду с их самой первой встречи.

Зависть к человеку, который преодолевал каждое препятствие и кознь, неуклонно выстраивая свою репутацию.

И теперь — ошеломляющая пропасть между ними, настолько широкая, что ни о каком соперничестве в плане славы уже не могло быть и речи.

Гнев, копившийся так долго, яростно полыхал в груди Каэлда.

«С... спокойно».

Сперва нужно понять, откуда исходит голос.

Он быстро огляделся по сторонам.

Вскоре он заметил сферу связи, установленную рядом с фонтаном на деревенской площади.

«Это не обычный сигнал передачи. Хм, значит, он усилил его какой-то магией».

Вот, значит, как он произносил те речи на весь континент во время той грязной политической грызни.

В этот момент голос Мида снова раздался из сферы:

— «Как герой, признанный всеми вами, я искренне молюсь о мире и благополучии каждого из вас, сегодня и всегда».

Какая тошнотворная реплика.

— Тц.

Каэлд сплюнул на землю.

Но реакция окружающих не могла быть более отличной.

— Это сэр Мид!

— Какой у него приятный голос, даже сейчас.

— Слышала, он еще и невероятно красив.

— Тш-ш. Мне не слышно. Говори потише.

Мид заговорил снова:

— «Сегодня я хочу сделать важное объявление. Но прежде я хочу вам кое-что показать. Заранее поясню: это запись моего разговора с Его Величеством Императором, правителем Империи. После предотвращения великого потопа я удостоился аудиенции у Его Величества. И я доложил ему о многих тайнах этого мира, которые мне удалось раскрыть. Его Величество и я согласились, что эти истины должны быть известны всем людям континента. Узнать правду об этом мире — само по себе является великим ударом по Королю Демонов Лжи. Как и во время великого потопа, в этот раз вы тоже спасете себя сами».

— Хух...

Некоторые люди вокруг уже прослезились.

Даже во время великого потопа Мид заявил, что человечество должно спасти себя само.

Для простых людей, всегда живших в роли спасаемых, это заявление задело глубокие струны души.

Услышав те же слова сейчас, слезы сами собой навернулись на их глаза.

Каэлд напрягся.

«Что он задумал на этот раз?»

— «Итак, я покажу вам правду этого мира через это видение».

В одно мгновение зрение Каэлда изменилось.

«Воспроизведение Видения!»

Это было заклинание, действие которого сам Каэлд испытал однажды, во время великого землетрясения Тетра.

В новом видении Мид беседовал с Императором.

Само по себе это не удивляло: Каэлд и сам когда-то встречался с Императором.

По-настоящему шокирующим было то, что одно и то же видение транслировалось всем жителям континента одновременно.

— А? У меня зрение изменилось.

— Он же сказал, что собирается что-то показать, верно? Должно быть, это оно.

— Ого, невероятно. Я чувствовал это и в прошлый раз, но как такое вообще возможно? Герой тоже может использовать магию?

— Если быть точным, в прошлый раз была иллюзия. В этот раз он сказал, что это реальность.

— Может, это работа Святой Принуждения?

При последнем замечании Каэлд прикусил губу.

Конечно, это дело рук Ведьмы Резни, Нерил.

«Но... разве эта ведьма когда-либо была способна на такое? Нет, невозможно».

Должно быть, она тоже использует славу как источник силы.

Почему я не могу этого делать?

Каэлд тряхнул головой и снова сосредоточился на видении.

В изображении Мид заговорил:

[— «Хм, с чего бы начать?»]

Не «с чего бы начать» — он начал с самого начала и рассказал всё.

Что Идрия пыталась превратить Каэлда Уэйка в фальшивого героя, чтобы пожинать силу с этого.

Что Небесный Бог был на самом деле человеком по имени Адин Пресс.

Что под Императорским дворцом спит неизвестное чудовище по имени Велозиан.

И даже...

[— «Вы хотите сказать, Велозиан пытается заново вырастить Каэлда?»]

[— «Да. Идрия и Велозиан обратились друг против друга. Велозиан, как и Идрия — Король Демонов Лжи».]

[— «...»]

[— «Чтобы различать их, возможно, нам стоит называть его Великим Королем Демонов. В любом случае, Велозиан планирует использовать Каэлда как свою марионетку».]

Тут уголки губ Мида дернулись.

[— «Каэлд, возможно, когда-то и был своего рода соперником, но сейчас я должен сказать со всей искренностью: он враг человечества».]

[— «...»]

[— «Разве может тот, кто когда-то был человеком, примкнуть к Королям Демонов? И дважды, к тому же».]

[— «Хм».]

[— «Дело не в моей предвзятости. Спросите любого в мире, и вам скажут то же самое: он мусор».]

Император глубоко кивнул в знак согласия.

[— «Подумать только, я когда-то считал такого человека героем. От лица Империи приношу извинения».]

[— «Ваше Величество, прошу, возьмите свои слова назад. Это был заговор, срежиссированный самой Королевой Демонов Лжи. Любой мог быть обманут».]

[— «Тем не менее, мне стало легче. У человечества теперь есть новая надежда, сэр Мид».]

[— «Кхм».]

Каэлд пошатнулся.

Это было опасно.

Велозиан однажды сказал ему, что, поглотив остатки славы Адина, он едва смог восстановить около 800 000 очков.

Но Велозиан также предупредил: если его слава снова упадет, он может потерять всё.

«Ч... черт. Так вот как он играет».

Что теперь?

Просто убить Мида, пока не стало слишком поздно?

Пока он думал об этом, видение закончилось.

И снова голос Мида раздался из сферы связи.

— «Вы все это видели? Клянусь своим именем, своей честью героя и всем, что я создал до сих пор... все, что я сказал в этом видении — правда».

Шу-шу-шу—

Толпа вокруг загудела.

— М-мне кажется, мы только что услышали слишком много.

— С чего нам вообще начать это обсуждать?

— Очевидно, с Каэлда! Идрия и Велозиан даже не люди. Но Каэлд!

— Да. Человек, перешедший на сторону Королей Демонов... дважды, к тому же.

— Боже мой...

Каэлд почувствовал, как скрутило живот.

Он, шатаясь, забрел в узкий переулок.

— Ува-а-агх!

И его вырвало едкой желудочной кислотой.

Он ничего не ел, поэтому ничего и не вышло.

От этого ему стало только хуже.

Даже пока его рвало, голос Мида продолжал звучать:

— «Вскоре я и мой отряд сразимся с Идрией».

Каэлд застыл на месте.

— «Для этого мы проведем последние приготовления. Место, которое я выбрал для этого, называется "Начальная Точка". Да, именно так. То самое место, которое жалкий человечишка по имени Адин когда-то объявил запретным, притворяясь Небесным Богом. Начальную Точку можно назвать местом, где началась вся ложь, обманывавшая вас до сих пор. Если выбирать самое пропитанное обманом место в мире, оно, несомненно, будет номером один. Именно там я намерен закалить свою решимость перед встречей с Идрией. Как только моя решимость окрепнет, начнется битва против Идрии. И я планирую показать это всем вам. Давайте вместе станем свидетелями падения Короля Демонов. И снова я искренне прошу вас об этом. Дело не в вере в меня. Верьте в себя. Пусть никакая ложь больше никогда не поколеблет ваши сердца. Сделайте это, и я принесу победу человечеству. Спасибо всем. Чудесного вам дня».

Щелк—

Наконец голос этого ублюдка Мида затих.

Каэлд вытер рот.

«Моя слава... с моей славой все в порядке?»

В отличие от Мида, он не мог напрямую проверить свою славу.

Но чувствовал это инстинктивно.

Его слава стремительно падала, опасно быстро.

«Если я убью Мида сейчас... он сказал, что останется в Начальной Точке, верно?»

Каэлд не был полным дураком.

Он понимал, что так называемая речь Мида предназначалась, чтобы выманить его.

Ловушка. Совершенно очевидная ловушка.

«Но...»

Что, если убийство Мида сможет все исправить?

«...»

Это может сработать!

«Велозиан передал мне славу Адина».

Так почему не сделать то же самое сейчас?

Если я убью Мида, разве его слава не перейдет ко мне?

И всё же Велозиан велел ему оставаться в тени, что бы ни случилось.

Что мне делать?

Тук—

Он осел в переулке.

Схватившись за голову, он простонал в муках:

— Черт. Будь все проклято! Что, черт возьми, мне делать?!

***

Под предлогом речи, но с реальной целью установить ловушку, мы немедленно выдвинулись к Начальной Точке.

К моменту прибытия уже стемнело.

Спешившись с Агрила, мы начали разбивать лагерь.

Пока мы сидели вокруг потрескивающего костра, заговорила Нерил:

— Странно снова быть здесь.

— Что ты имеешь в виду?

— Каждый раз, когда мы приходили сюда, я была как на иголках.

И правда. Приходили ли мы просить оракул у Адина или чтобы забрать Агрила — оба раза мы рисковали жизнями.

Лизель бесцельно вертела в руках трубу и сказала:

— Хе-хе. Может, мне сыграть немного? Я вообще-то неплохо владею инструментами.

— А?

— Ну, моя мать...

Серейн быстро перебила её:

— Если опять начнешь хвастаться, забудь.

— Это просто правда.

— Все же я бы хотела послушать, как ты играешь. Здесь слишком тихо.

Все посмотрели на меня.

Ну, Адин все равно мертв, какой вред?

Я кивнул, и Лизель поднесла трубу к губам.

Ба-бам— Ба-а-а-ам—

Звук, который она извлекла, был печальным, но полным чувства.

Я слышал трубы только на военных маршах или парадах, но не думал, что из них можно извлечь такой тоскливый звук.

Мы позволили музыке Лизель сопровождать нашу беседу, словно закуска к основному блюду.

Эдвин спросил:

— Думаешь, Каэлд действительно придет?

— Придет. Без сомнений.

— Потому что его слава тает в реальном времени из-за твоей речи? С этим я согласен, но...

Он почесал затылок.

— Даже для такого идиота, как Каэлд, это было слишком очевидно. Тот факт, что это ловушка.

— Да. Мы даже не пытались это скрыть. Мы даже сказали ему, где именно будем ждать.

— Даже если он полон уверенности после получения силы Велозиана, он уже был бит тобой несколько раз. Неужели он ничему не научился?

Я ухмыльнулся.

— Хотелось бы сказать «нет»... но это не совсем так. Каэлд не настолько туп. Он бы, вероятно, не пришел... при нормальных обстоятельствах.

— А?

— Но он увидит проблеск надежды.

Его слава падала с каждой секундой.

Может, он не видит точных цифр, но, просто идя по любому городу, он почувствует это.

Он будет знать, что безнадежно отстает от меня.

Загнанный в угол, он уцепится за одну отчаянную мысль.

— Убить меня — вот надежда Каэлда.

— Что? О!

— Ага. Велозиан передал жалкие остатки славы Адина Каэлду, убив его. Нельзя передать славу того, кто жив.

— ...

— Чем больше падает его слава, тем отчаяннее он будет становиться. В конце концов, он придет за мной, чтобы убить и украсть мою славу. Это его последний шанс.

Надежда — страшная штука.

Разумом понимаешь, что не стоит лезть в столь очевидную ловушку. Но надежда притупляет этот разум.

Вмешался Атакующий:

— Впрочем, он охотится не только за тобой.

— А?

— У нас тоже есть своя доля славы, разве нет? Кстати, как там наши цифры поживают?

Ксения сказала с поддевкой:

— Наш надежный «первый герой», подтвердите, пожалуйста.

[О, ради всего святого. Первым героем был Импелиум, начнем с этого.]

— Что говорит Трейл?

— Он говорит, что звучит приятно, так что продолжай звать его так.

— Пфф.

[Когда я такое говорил?!]

Трейл запротестовал, но вскоре вывел экран.

< Мид Мохан / Общая слава: 1 220 900 >

< Нерил Слейн / Общая слава: 727 160 >

< Ксения Сейд / Общая слава: 714 390 >

< Эдвин Айн / Общая слава: 708 500 >

< Атакующий Дейк / Общая слава: 690 970 >

< Лизель Винт / Общая слава: 689 400 >

< Серейн Магнус / Общая слава: 676 880 >

Когда я зачитал цифры, Атакующий кивнул.

— Видишь?

— Вижу что?

— Если бы приманкой в нашей ловушке был только ты, Мид Мохан, Каэлд мог бы заколебаться. Но здесь нас еще шестеро, и у каждого около семисот тысяч славы.

Мое лицо окаменело.

Атакующий ухмыльнулся.

— Только не говори, что не подумал об этом?

— Кхм, ну...

— Он захочет убить не только тебя, Мид. Он захочет убить всех нас и забрать всю нашу славу себе. Дайте-ка подумать... сколько это будет? Ха, я даже подсчитать не могу.

Пока я размышлял, Серейн быстро пересчитала на пальцах и сказала:

— Больше 5,4 миллиона. Если быть точной: 5 428 200.

Ошеломляющее, почти непостижимое число.