Глава 62.0

Я спросил:

— Потомок того мальчишки?

— У меня есть кое-какая связь с родом Патрика.

— О чем ты говоришь? Ты же даже не в Святых Рыцарях Света. Какая у тебя может быть связь с кем-то из «Алькахада»... а.

Заметив на моем лице проблеск понимания, она кивнула.

— Когда мы только встретились, ты ведь выложил всё мое прошлое, будто это пустяк, не так ли?

— Хм. Ты точно говорила, что тридцать лет назад заключила с Деймом закулисную сделку...

А еще упомянула, что пятьдесят лет назад сражалась с Кротцем Бенджамином, вице-капитаном «Алькахада».

Эту историю я слышал непосредственно от Нерил еще до регрессии, но никогда бы не подумал, что всё так сложится.

Нерил продолжила.

— Может быть, его сын... нет, судя по возрасту, скорее всего, внук. Мне даже любопытно, как он выглядит.

— Хочешь пойти посмотреть? Эдвин тоже хочет взглянуть.

— А у нас есть на это время?

— На церемонию вступления в должность нового капитана «Алькахада» обязательно явится вся столичная знать, включая императора. Это будет хорошее место для сбора информации.

Нерил кивнула.

Мы оставили повозку кучеру и направились к месту событий пешком.

Пока мы шли, Нерил травила байки из прошлого.

— Кротц отличался от того парня, Дейма. Он, по крайней мере, знал свое место. После нескольких стычек поднял обе руки и сдался.

— Хм.

— И все равно, для вице-капитана «Алькахада», забавно было видеть, как он распластался на земле. Поэтому я оставила его в живых.

Кажется, я впервые вижу, чтобы она так рассказывала о своем прошлом.

Если подумать, она прожила долгую жизнь. Должно быть, у нее полно воспоминаний, о которых я и не догадываюсь.

Странное чувство.

[Знаешь, а Нерил, возможно, думает о том же.]

«А?»

[У тебя ведь тоже куча воспоминаний, о которых она не знает. То же самое касается и остальных членов отряда.]

«…»

[Они — твои драгоценные товарищи. Постарайся узнать их получше. Не отгораживайся от них, как до регрессии.]

Я был немного озадачен.

«На удивление зрелая мысль для тебя».

[Это еще что значит?]

«Ровно то, что я сказал. Что это на удивление зрелая мысль для тебя».

[Ты просто повторил то же самое, гаденыш.]

«У тебя, случайно, тоже были товарищи или соратники?»

Трейл ответил твердо:

[Нет. У меня никогда не было товарищей. И сомневаюсь, что когда-либо будут.]

Я тихо усмехнулся.

Что за бред — у него уже есть мы.

***

Церемония вступления в должность была грандиозной.

Мы прибыли поздно и заняли не самое лучшее место, так что оттуда сцена казалась не больше точки. Но мое острое зрение позволяло видеть всё довольно четко.

— Это император.

Услышав мое бормотание, остальные проследили за моим взглядом.

— Вон тот муравей с короной — это император?

— Адски смелое заявление о правителе империи.

— Я не в плохом смысле. Он и правда похож на муравья.

— Ты же понимаешь, что это все равно звучит оскорбительно?

Тут подал голос Эдвин.

Сидя на плечах у Атакующего, он прищурился, глядя на сцену.

— Моя мама говорила, что он был довольно красивым мужчиной, когда взошел на трон. Но я что-то не замечаю.

— Твоя мама — та самая знаменитая Мариана Айн, верно? — Откликнулся Атакующий.

— Да, господин.

— Нерил ты называешь «сестренкой», а меня — «господином»? Это как-то нечестно.

— Хм-м... простите, господин.

— А ну-ка слезай с моих плеч.

Я едва заметно улыбнулся и снова посмотрел на сцену.

Даже с такого расстояния я отчетливо видел кровавую надпись.

«Да уж. Император тоже тот еще чудовищный преступник».

Его кровавая надпись показывала шокирующее число — 581 жертва.

Не считая таких уникумов, как Каэлд, он был одним из худших, кого я когда-либо видел.

До регрессии император удостоил частной аудиенции только Каэлда, так что его кровавую надпись я видел впервые.

Знай я это тогда, то, возможно, усомнился бы, что обещанные им награды вообще будут выплачены.

«Впрочем, сейчас это неважно».

Я слегка сместил взгляд.

Император вручал кому-то капитанскую печать.

Должно быть, это и есть Патрик Бенджамин.

Говорили, он красавец, но... что-то не впечатляет.

[Весьма субъективное суждение.]

«…»

[А? Что не так?]

Спросил Трейл, заметив, как изменилось выражение моего лица.

Я тихо выдохнул через нос и изучил кровавую надпись Патрика.

[Грешен перед Деймом Сейдом и еще 231 душами.]

Дейм Сейд.

Глава Святых Рыцарей Света и отец Ксении. Нынешний соперник «Алькахада».

Патрик был грешен перед ним.

И, судя по тому, что Дейм был указан как основная жертва, это, вероятно, был тот самый грех, который Патрик хотел бы скрыть больше всего.

«Трейл. Покажи мне тайну между Деймом и Патриком».

[Что? Деймом?]

«Объясню позже. Сначала проверь тайну».

[Л-ладно.]

Вскоре появился экран.

***

Я первым делом проверил дату в правом верхнем углу.

«Прошлой ночью?»

Тайна, случившаяся меньше суток назад.

В видении Патрик стоял лицом к лицу с Деймом.

Дейм отхлебнул чаю и заговорил:

— Прежде всего, мои поздравления, вице-капитан Патрик Бенджамин.

— Теперь вам следует называть меня капитаном.

— Вступление в должность только завтра.

— Какой вы педант. Осталось меньше суток.

Дейм нахмурился, услышав его скользкий тон.

Щёлк—

Он нарочито громко поставил чашку и продолжил.

— Здесь никого нет, так что давайте говорить начистоту, вице-капитан.

— …

— Многим любопытно, как вы так быстро поднялись в такой гигантской организации, как «Алькахад».

— Наверное, дело в таланте, нет?

— Нет. Откровенно говоря, вы не годитесь на роль капитана. Если точнее, даже на роль вице-капитана.

Лицо Патрика исказилось от недовольства.

Но Дейм продолжал говорить тем же резким тоном:

— Я говорю это не потому, что возглавляю конкурирующую организацию. Что вы сделали с бывшим капитаном «Алькахада», чтобы зайти так далеко?

— Что вы имеете в виду? Он просто передал мне должность и ушел в отставку.

— Тот человек был в добром здравии. Он всегда говорил, что уйдет в отставку только в день, когда ляжет в гроб.

— Что ж, люди меняют свои решения.

— Вы так и собираетесь уклоняться от ответа?

Дейм повысил голос.

— И дело не только в бывшем капитане. Я слышал, что многие в «Алькахаде» возмущены вашим стремительным взлетом или завидуют ему.

— …

— Те же слухи ходят и среди знати. Что вы слишком ничтожны, чтобы быть внуком легендарного вице-капитана Кротца.

— Следите за языком!

БАМ—!

Патрик внезапно ударил по столу.

Но Дейм даже не вздрогнул.

Я имел дело только с членами отряда геройского ранга и совсем забыл — но Дейм все еще был третьим по силе человеком в Империи.

Такого, как он, не напугать яростью какого-то юнца.

И, честно говоря, от Патрика не исходило ни капли достоинства.

Кипя от злости, он выпалил:

— Дед, дед! Меня тошнит от сравнений с его именем!

— Такова судьба рожденных в великом роду. Вице-капитан Кротц был достойным человеком.

— Этот достойный человек не смог даже пальцем тронуть Ведьму Резни и был вынужден отступить!

Бровь Дейма дернулась.

— Это вы мне сейчас намекаете?

— О, раз уж вы упомянули, с вами ведь то же самое случилось, сэр Дейм? Воистину, Ведьма Резни доставляет нашим организациям немало хлопот. В самых разных смыслах.

— …

— Ладно. Ху-у. Давайте перейдем к настоящей причине нашей встречи.

Патрик успокоился и снова сел.

Затем, с довольно мерзкой улыбкой, продолжил.

— Ранее вы наговорили немало — лишь потому, что мы были вдвоем. Что ж, прекрасно. Я тоже позволю себе нечто весьма чрезмерное, раз уж мы одни.

— О чем вы?

— Вот о чем, старик.

— Ч-что?

— Смотрите мне в глаза. Прямо сейчас.

А?

Внезапно правый глаз Патрика засветился красным.

Даже наблюдая за этим через экран, я почувствовал, как по телу пробежали мурашки.

Этот свет излучал ужасающе зловещую ауру. Он медленно угас... а затем исчез.

Дейм ошеломленно стоял на месте, прежде чем спросить:

— Что, черт возьми, ты только что сделал?..

— А я-то думал, вы быстро сломаетесь, несмотря на вашу громкую репутацию. Все-таки третий человек в Империи, да? Я собирался осквернить тебя посильнее, но ты удержался.

— О-осквернить?..

— Почему бы вам не закатать штанину и не взглянуть?

Хотя тон Патрика внезапно и неестественно изменился, Дейм послушно закатал штанину.

Сам факт, что он подчинился приказу... означал, что он тоже это почувствовал.

С его ногой случилось что-то очень плохое.

— …!

Его глаза расширились от ужаса.

Ого.

[На это почти невозможно смотреть.]

Всего мгновение назад правая нога Дейма была в полном порядке. Теперь же она была изуродована.

Она почернела, как давно застоявшаяся гнилая грязь, и сочилась жижей.

Эта черная, капающая плоть была похожа на лик демона прямиком из преисподней.

Обливаясь холодным потом, Дейм закричал.

— Что ты со мной сделал?!

— Думаю, у вас уже есть догадка.

— …

— Вы ведь слышали о Власти Короля Демонов Порчи? Я осквернил часть вашего тела. Изначально я целился до бедра, но остановился на колене. И все же, неплохо.

Дейм сильно прикусил губу.

Из его рта потекла кровь, но он даже не попытался ее вытереть и прорычал:

— Какого черта ты используешь Власть Короля Демонов?!

— Мне как-то раз улыбнулась удача. Но не спрашивайте — я все равно не отвечу, так что не тратьте зря силы.

— Т-ты, ублюдок!..

— Прекратите горячиться и хорошенько подумайте. Что, по-вашему, произойдет, если это частичное осквернение доберется до вашего костного мозга?

Дейм задрожал, а затем произнес голосом, который, казалось, выдавил из себя силой.

— Думаешь, тебе это сойдет с рук? Это аномальное явление! Каждый член Святых Рыцарей Света будет охотиться за твоей головой!

— Хех. Мой бывший капитан говорил то же самое.

О. Так вот оно что.

«Этот парень... он проделал то же самое с предыдущим капитаном «Алькахада».»

[Верно. Все сомневались в способностях Патрика. Он был слишком молод, чтобы командовать отрядом.]

«Именно. Вот как он захватил контроль над «Алькахадом» в столице — с помощью таких вот фокусов».

Логично. Кто сможет сохранять спокойствие, когда его собственное тело медленно превращается в монстра?

— Меня не сломить такими угрозами! Даже если все мое тело будет осквернено, я добьюсь твоего наказания!

Ого. Так у него есть стержень.

Даже когда Дейм кричал, сгорая от ярости, Патрик выглядел совершенно невозмутимым.

— Да. Бывший капитан говорил то же самое.

— Ч-что?

— Он тоже пытался арестовать меня, даже ценой своей жизни. Но потом я показал ему это, и он сдался.

Ш-ш-ших—

Патрик вытащил кинжал.

Затем без предупреждения легко порезал собственную ладонь.

Кап—

Когда на стол пролилось изрядное количество крови, Дейм внезапно отреагировал.

— Аргх!

Он схватился за ногу и застонал от боли.

Поспешно проверив, он обнаружил, что осквернение, ранее доходившее лишь до колена, теперь поднялось до бедра.

— Теперь понимаете? Если вы попытаетесь причинить мне вред, ваше тело автоматически трансформируется дальше.

— …

— Вы не можете меня арестовать. Не можете раскрыть мои преступления. «Причинить мне вред» — это не только физические атаки.

— …

— Если вы очерните мое имя или ложно обвините меня — любое действие, которое я расценю как «направленное против меня», вызовет дальнейшее осквернение. Отныне и до самой смерти вам придется сосредоточиться исключительно на восхвалении моего имени.

Скр-р-р—

Дейм заскрежетал зубами.

Патрик усмехнулся и продолжил:

— О, и кстати, это касается не только «Алькахада».

— ...что?

— В рядах Святых Рыцарей Света уже есть оскверненные. Некоторые наследники знати тоже. И, конечно, несколько глав гильдий и капитанов стражи.

— …

— Все, кто выступал — или мог выступить — против моего назначения на должность капитана, вероятно, уже ходят с какой-нибудь частью тела, замотанной в плотные бинты. Хех.

— …

— Ну что? Не думаете, что теперь все соберутся вместе... чтобы отпраздновать мое повышение до капитана?

Я мог лишь цокнуть языком от такой откровенной злодейской натуры.

Правый глаз Патрика.

Самоцвет Порчи может принимать множество форм: дерево, камень, человек, чудовище — даже Черное Солнце.

И да, он может стать человеческим глазом.

А это значит...

«Этот правый глаз Патрика и есть Черное Солнце, что появилось в столице до регрессии — сам Самоцвет Порчи».

Хм.

Самоцвет Опустошения, который я получил от Короля Войны, оказался невероятно полезен.

Полагаю, Самоцвет Порчи будет столь же универсальным.

Честно говоря, когда я впервые ехал в столицу, я думал лишь о том, как бы разобраться с Черным Солнцем.

Даже мне не приходила в голову идея заполучить это солнце в свои руки.

[Постой, ты хочешь сказать?..]

Я ухмыльнулся и ответил:

«Если это всего лишь глазное яблоко... его ведь можно носить с собой, правда?»