Глава 39.0

Эдвин продолжил.

— Вчера душу моей матери терзали тоска и печаль по отцу. Я никогда раньше не видел, чтобы ее душа так сильно содрогалась.

— ……

— Так я и заметил. Хотя это была, очевидно, одна душа, я видел в ней два разных чувства.

— А?

— Как бы это сказать… было ощущение, будто душа смешалась с другой? Выглядело так, словно душа моей матери слилась с чьей-то еще.

Сперва это показалось бессмыслицей.

Однако Ксения, которая, будучи паладином, возможно, была более знакома с понятием души, чем кто-либо, кроме некромантов, кивнула.

— Значит, в Мариану поместили еще одну душу.

— Разве такое возможно?

— Это крайне редко, но не неслыханно. Обычно случается, когда некромантия идет не по плану.

Она на мгновение замолчала, словно роясь в памяти.

— Когда неумелый некромант призывает в свое тело сильную душу, его захлестывает. «Поглощает» — вот верное слово.

Эдвин покачал головой.

— Нет, Ксения. Это не захлестывание или поглощение. Это слияние. Две души стали единым целым.

— А? Это невозможно.

— Но это именно то, что я почувствовал. Просто… судя по тому, что память и личность матери остались неизменными… похоже, слившаяся душа опустилась под поверхность.

Ксения все еще выглядела скептически, будто это не сходилось с общепринятыми знаниями. Но Нерил и мне, кто меньше разбирался в душах, его объяснение показалось более легким для восприятия.

Хлоп—

Нерил легко хлопнула в ладоши и сказала.

— О. Поняла.

— А?

— Даже если мы разденем каждого жителя этих земель, мы не найдем никакого заклинания, открывающего Врата в преисподнюю.

Я с интересом спросил.

— Объясни подробнее.

— Дело не в том, что кто-то открыл врата и призвал души. Скорее, они почувствовали душу, что слилась с Марианой, и их притянуло к ней.

— Такое возможно?

— Есть место, которое некроманты называют преисподней, паладины и клирики — лоном богов, а маги — царством небытия.

— ……

— Открыть врата в это место непросто. Так что, вместо этого, логичнее предположить, что блуждающие духи, еще не перешедшие в иной мир, были привлечены ароматом старой души и устремились к землям Рейнус.

Хм-м?

Значит ли это, что душа, слившаяся с Марианой… была кем-то вроде знаменитости среди духов?

Кто бы это мог быть?

Судя по ситуации, тот, кто вживил душу в Мариану, должен быть Идрией.

И если это душа, с которой имела дело Идрия…

Глоть—

Тут, уже более спокойный, Эдвин сделал глоток чая и сказал мне.

— Есть еще кое-что, что я хотел сказать еще со вчерашнего дня.

— Да?

— Твоя душа тоже очень необычна.

— Что ты имеешь в виду?

— Она не слита с другой, как у матери. Ощущение скорее, будто… что-то поддерживает тебя сзади.

— ……

— И эта душа за твоей спиной кажется очень особенной. Да, это похоже на нечеловеческую сущность. Черное пламя, поднимающееся из самых глубин мира.

Внезапно Эдвин снова начал биться в припадке.

Пока Ксения успокаивала его своим обычным методом, я «повернулся» к Трейлу.

«Он говорит, что ты особенный».

[Умный пацан.]

«Раз уж мы об этом заговорили, почему бы тебе не рассказать свою историю? Мы знакомы уже давно, но ты ни разу не сказал ни слова о своем прошлом».

[…]

«Или мне сначала угадать?»

По правде говоря, у меня давно было предчувствие — из тех интуитивных догадок типа «а что, если?..».

Но как только я собирался сказать больше, Трейл наконец заговорил.

[Я просто Трейл.]

«Ты просто уходишь от ответа».

[Трейл, я сказал. Сопляк.]

То, как он уклонился от вопроса, сказало мне, что время еще не пришло.

Поэтому я решил пока отложить эту тему.

Тут раздался голос Нерил.

— Это безумие. Так у тебя тоже призрак — или, не совсем, но что-то — прицепилось?

— Кто знает. Сейчас не это важно.

— Мы говорим о душе так называемого героя, что может быть важнее этого?

— Найти способ вернуть Мариану в ее первоначальное состояние.

При этих словах Нерил замолчала.

Я продолжил.

— Если твоя теория верна, то если мы сможем отделить душу, слившуюся с Марианой, и отправить ее обратно в преисподнюю, все странные инциденты на землях разрешатся сами собой.

— Это логично, но… Эдвин сказал, что слияние уже завершено. Можно ли их действительно снова разделить?

— Это вопрос к нему.

Я посмотрел на Эдвина.

— Что думаешь? Это возможно?

— Фух. Спрашивать, возможно это или нет, бессмысленно. Важно то, смогу ли я это сделать или нет.

— Это одно и то же.

— Ну, эм. Верно.

Вернувшись в свое обычное состояние, Эдвин погрузился в глубокие раздумья.

— Я учился некромантии у матери от начала и до конца. Есть заклинание, разработанное некромантом из числа героев прошлого.

— Значит, это выполнимо.

— Но именно она научила меня ему. Ты действительно думаешь, что она бы не заметила изменений в собственном теле? И все же она не смогла ничего сделать.

— Значит, это не обычная душа. Вот почему это сложно.

— Именно.

Его лицо омрачилось.

Но я не был особо обеспокоен.

— Я думаю, ты гораздо способнее Марианы.

— А? Ха-ха…

— Я серьезно.

— ……

— Она, возможно, даже не осознала, что с ней слилась другая душа. Но ты заметил то, чего не заметила она.

Мариана не знала, что с ней случилось.

Но Эдвин знал.

Это огромная разница.

Мы на мгновение замолчали, чтобы дать ему время подумать.

А затем…

— Я сделаю это.

Его лицо было полно твердой решимости.

***

Мы сообщили о нашем выводе Мариане.

Как и ожидалось, ее первой реакцией было отрицание.

— Со мной слилась еще одна душа?

— Не просто слилась, а сплавилась. Так говорит Эдвин.

— Боже. Я некромант, вы знаете. Не может быть, чтобы я не заметила чего-то подобного.

Она попыталась отшутиться.

Эдвин, казалось, собирался что-то сказать, но я заговорил первым.

— Тогда могу я спросить вас об одном?

— Конечно. Спрашивайте.

— Вы ведь встретили женщину по имени Идрия по дороге из столицы, верно?

Идрия.

Едва услышав это имя, Нерил и Ксения быстро повернули головы ко мне.

Они помнили ее как ту, что дала Самоцвет Опустошения Королю Войны.

Тем временем глаза Марианы расширились от шока.

— О-откуда вы это знаете?

— Я с ней знаком. Вы ведь слышали, что произошло на землях Лиор?

— ……? Вы имеете в виду дуэль между вами и Королем Войны?

— В этой истории есть нечто большее.

Дзынь—

Я подбросил и поймал Самоцвет Опустошения.

Затем я показал его Мариане и кратко объяснил тогдашнюю ситуацию.

Что Король Войны использовал самоцвет, чтобы высасывать жизненную силу из людей.

И что человеком, давшим ему самоцвет, была женщина по имени Идрия.

Лицо Марианы побледнело.

— Т-так вот что случилось. Я знала, что она не обычная…

— Не могли бы вы рассказать мне подробнее о том, что произошло в тот день?

— Рассказывать особо нечего. Она сказала, что я — хороший сосуд или что-то в этом роде, а потом исчезла. А потом…

Она взглянула на Эдвина, и ее лицо омрачилось печалью.

— На следующий день мой муж исчез.

— ……

— Я оставалась в городе несколько дней, отчаянно ища его. Я даже пыталась призвать его душу, боясь, что он мертв. Но ответа не последовало.

— Понимаю.

— Я не могла вечно заставлять Эдвина ждать, поэтому вернулась в родной город, думая, что если буду ждать там, Сомел — мой муж — со временем вернется. Хотя прошло уже тринадцать лет.

Эдвин быстро взял ее за руку.

Мариана нежно погладила его руку и сказала:

— Сынок, во мне действительно есть еще одна душа?

— Мне так кажется.

— …понятно. Если ты так говоришь, значит, это правда.

Она тепло улыбнулась.

— Я ведь ни разу не сказала тебе, что ты превзошел меня, да?

— …!

— Некромантия опасна. Я боялась, что ты возомнишь о себе и попытаешься призвать душу, слишком сильную для тебя. Самонадеянность ведет к ошибкам, а в некромантии ошибки означают быть поглощенным призванной тобой душой.

— ……

— А ты был… ну, немного безрассуден несколько лет назад.

Она многого не договорила, но мы все одновременно кивнули.

Да, Эдвин мог быть таким.

— Но в итоге той, кого поглотили, оказалась я. Я недостойна, ни как мать, ни как учитель.

Эдвин крепко сжал руку Марианы.

— Матушка! Пожалуйста, не говорите так.

— Мой сын…

— Вы — та, кто вырастила этого презренного друга мертвых и некроманта тьмы, Эдвина Айна. Первородное пламя. Лучезарный свет по имени надежда. Туманные сумерки за…

Эдвин продолжал нагромождать похвалы, пытаясь утешить Мариану.

Выражение лица Марианы слегка побледнело.

Ксения прошептала мне.

— Офелия потом билась головой об пол от сожаления. Интересно, с ним все будет в порядке?

***

И так началось время ожидания.

Мы никак не могли вмешаться в некромантскую задачу по разделению душ.

Эдвин заперся с Марианой и не выходил из комнаты.

Так прошло два дня.

Мы же наслаждались весной в полном цвету.

Плюх—

Нерил подняла камень и рассеянно бросила его, а затем сказала.

— Это нормально, что мы так расслабленно себя ведем?

— На этот раз нам не во что вмешиваться.

— Мы всегда бегали и делали что-то напрямую. Это слишком расслабленно — и это бесит.

Трудоголик, да?

Иногда можно просто отдохнуть.

Так я подумал, но Ксения решительно согласилась с Нерил.

— Я чувствую то же самое. Более того, мне интересно, действительно ли это повысит нашу репутацию?

— …!

— У тебя сейчас было лицо человека, который совершенно забыл об этом. Господин Мид.

Точно! Я совсем забыл.

Ксения продолжила.

— Даже если догадка Нерил верна и переполох с призраками закончится из-за исчезновения души, слившейся с Марианой… никто не узнает, что это господин Мид разрешил проблему.

— Ну, технически, Мид ее и не решал.

— Тогда эти земли будут просто еще одним местом, которое мы прошли мимо. Кроме вербовки Эдвина, мы ничего не приобретем.

— И кто знает, последует ли он за нами вообще. В общем, это плохая сделка.

— По крайней мере, мы ничего не вложили, так что это не убыток.

Наблюдая, как они перешептываются, я почувствовал, как дергается уголок моего рта.

Эти ребята больше беспокоились о моей репутации, чем я сам, а ведь это я пытаюсь стать героем.

[Поистине образцовый отряд героя.]

«Да. До регрессии я и представить не мог, что они такие люди».

[Кстати, Ксения подметила очень верную вещь. Ты просто так это оставишь?]

«Ух. Мой первоначальный план был обвинить Мариану и заработать на этом славу».

Таким образом, я бы даже превзошел по очкам славы Каэлда, получившего поддельный Меч Героя.

Но Мариана не была виновной, и все запуталось и закончилось вот так.

Может, стоит сейчас пустить какие-нибудь слухи, пусть и притянутые за уши?

Нет, этого будет недостаточно.

Нужно что-то крупное, чтобы это имело вес…

И тут внезапно...

— А?

— Ах.

Нерил и Ксения, которые непринужденно болтали, внезапно замерли.

Я склонил голову и спросил.

— Что случилось?

— Сломалось.

— Сломалось.

— Вы двое знаете, что в последнее время ведете себя все больше и больше похоже?

Они обе бросили на меня острый взгляд.

Вот! Я об этом и говорю.

— Что сломалось?

— Моя магия, которая скрывала Тивра.

— А?

— Ксения, у тебя, должно быть, сломалась тюремная защита, верно?

Ксения кивнула.

Я скрестил руки на груди и небрежно сказал.

— Может, Святые Рыцари прислали подкрепление? Они могли почувствовать след маны Нерил и доложить об этом.

— Капитан оставил все, что касается Нерил, на меня. Если вы правы, господин Мид, кто-то превысил полномочия.

Нерил пожала плечами.

— И что теперь?

— Пойдем проверим. Мне все равно надоело ждать.

— Да. Ксения, ты говорила, он заперт под тем замком, да?

Ксения кивнула.

Мы потянулись и встали.

В тот момент мы не придали этому особого значения — просто небольшая прогулка после еды.

Но скоро мы поймем…

Тот самый важный момент, которого мы так ждали, был прямо здесь.

***

Десны Тивра болели. Очень.

Больше, чем гнев на Мида и Ксению, или недоумение по поводу того, почему он заточен под землей — его сознанием владела боль в деснах.

Ему казалось, что он продаст душу Королю Демонов, лишь бы забыть эту боль.

Мысль, недостойная святого рыцаря, возможно, но настолько сильной была боль.

И его желание сбылось.

Хотя и не благодаря Королю Демонов.

— Ух…

В какой-то момент сознание Тивра угасло.

И другая душа завладела его телом.

— Где это я?

Голос был Тивра, но тон — явно другой.

Он медленно встал.

Затем почувствовал поток маны, скрывавший его тело.

— Магия невидимости, да. Похоже, работа искусного мага.

Подумать только, в эту эпоху были маги такого уровня.

Он на мгновение впечатлился, но быстро отбросил это и сложил ручные печати.

Словно это было ложью, магия Нерил развеялась, и фигура Тивра стала видна.

Мстительный дух того, кто когда-то бродил по континенту.

Большинство душ совершенно безумны — без помощи некроманта даже базовый разговор был бы невозможен.

Но его глаза были спокойны и тверды.

Он мыслил рационально.

«Я чувствую что-то ностальгическое. Это она. Верно — это ее родина».

В его ранее спокойных глазах мелькнул блеск.

— Они даже запечатали это тюремным заклинанием. Похоже, владелец этого тела совершил немало преступлений.

Это тоже была мощная защита.

Он мог снять ее с помощью магии, но был и более простой способ.

Бум—

Он легко топнул ногой.

Под его ногами автоматически возник странный магический круг.

Он коснулся его кончиком ноги.

А затем…

Грохот! Бам—!

Здание рухнуло.

Человек находился в подземной тюрьме замка.

Одним магическим кругом он обрушил все здание.

Хаос от рушащихся стен и потолков разрушил и тюремное заклинание.

Вокруг раздались крики.

— Гя-а-а-ах!

— Ч-что происходит?!

— Всем эвакуироваться! Убирайтесь отсюда!

Среди криков стражников мужчина начал тихонько напевать.

«Сначала мне нужно найти ее… постой, черт».

Шать—

Его ноги внезапно подкосились.

Тело, которым он завладел, было не ахти — в лучшем случае, посредственный святой рыцарь.

В нем была некоторая божественная сила, которую он преобразовал в ману, но одно это заклинание истощило ее всю.

Ему действительно достался паршивый сосуд.

Его уже раздражало, что у тела отсутствовали зубы — он даже произносить слова толком не мог.

— Сначала нужно поесть. Я не могу предстать перед ней в таком слабом состоянии.

Свист—

Он взмахнул рукой и отбросил упавшие на него камни.

Показалось голубое небо.

Он медленно поднялся в воздух.

— Я скоро прибуду, чтобы поприветствовать тебя… мой герой.