Глава 83.0

В ту ночь.

Я тайком выбрался из дома.

Нужно было сдержать обещание, данное дяде Бену сегодня днем.

[Идешь отдать дань уважения, да?]

«Ага. Завтра планирую заскочить в поместье лорда и сразу же уехать, так что нужно сделать это сегодня».

Если подумать, мне действительно стоило прийти сюда, как только я вошел на эти земли, но я был беспечен.

[Впрочем, время было неподходящее.]

«Спасибо за утешение, Бион Кунзе».

[…]

«Может, мне стоит называть тебя так с этого момента?»

[Нет. Зови меня просто Трейл. Я бы предпочел, чтобы ты называл меня так.]

Я слабо усмехнулся.

«Так ты и вправду первый Герой, да?»

[Ха-а-а-а-а... да. А Идрия была первым Королем Демонов.]

«Это потому что ты первый, у кого есть такие силы, как Всевидящее Око или управление Временем?»

[Не совсем. Скорее, Идрия была настолько сильна, что и я должен был быть исключительным. Небесный Бог всегда посылает Героя, достаточно сильного, чтобы победить Короля Демонов той эпохи.]

Хм.

[До регрессии я погиб от рук Каэлда. И, по идее, я должен был немедленно воскреснуть.]

«…»

[Но каким-то образом, когда я пришел в себя, я оказался в твоем теле. Это было во время финальной битвы с Идрией.]

«Той, что была после предательства Каэлда, так».

[Да. Ты раскрыл его тайну и нанес тяжелый удар Идрии. Хоть мы в итоге и проиграли… я начал думать, что, может быть, у тебя есть лучший шанс, чем был у меня когда-либо.]

Шанс?

Трейл продолжил.

[Шанс убить Идрию.]

«Даже если я убью ее, мир в конце концов снова погрузится в ложь. Разве она просто не воскреснет снова?»

[Нет. Если это будешь ты, думаю, ты сможешь сделать так, чтобы она никогда не вернулась.]

«Почему ты так веришь в меня?»

[Хм. Дай подумать… если говорить твоими словами, то, полагаю, это геройская интуиция?]

Я снова усмехнулся.

«Значит, просто выдаешь желаемое за действительное».

[Хе. Может быть. Я так долго вел бесконечную битву… наверное, я устал. Мне нужно было что-то — или кто-то, — на кого можно было бы опереться.]

Я почесал голову и ответил:

«Тогда опирайся сколько хочешь».

[А?]

«Опирайся на меня».

[…]

«Только чтобы все было ясно, я не имею в виду физически. Попробуешь — убью».

Трейл на мгновение замолчал.

Но затем он расхохотался.

[Ну ты и фрукт. Даже я — первый Герой — испытываю чувства, которых никогда не ожидал.]

«Например?»

[Надежду.]

«…?»

[Надежду, что этот парень как-нибудь да справится. Я всегда был тем, на кого другие возлагали свои надежды… странно, впервые возлагать эту надежду на кого-то другого.]

Он тихо добавил:

[Но это неплохое чувство.]

Нелепый разговор.

Я ускорил шаг.

Топ—

Наконец я добрался до могилы отца.

Благодаря хорошему уходу дяди Бена, она выглядела чистой, несмотря на прошедшее время.

— …я пришел.

Естественно, ответа от могилы не последовало.

— Даже не знаю, сколько лет прошло. У тебя там все хорошо, да?

На самом деле в этом не было необходимости, но я все равно протер надгробие и выдернул несколько сорняков.

— Кажется, будто только вчера ты учил меня стрелять из лука, а теперь я пытаюсь стать Героем. У тебя был потрясающий сын, знаешь. Можешь гордиться.

Я положил руку на холм.

— Так что давай, хвастайся сколько хочешь. Ты и так всегда был немного хвастуном.

Затем мой взгляд переместился на вершину могильного холма.

— Когда-нибудь, когда мы снова встретимся в загробной жизни, может, выпьем вместе…

Внезапно...

Моя рука, занятая прополкой, застыла.

Я несколько раз моргнул.

Но оно не исчезло.

Наоборот, оно лишь отчетливее проступило, словно говоря мне присмотреться.

[Что не так?]

Кровавая надпись.

Там была кровавая надпись.

Парящая над могилой моего отца — кровавая надпись!

Я сознательно успокоил дыхание.

«Если так подумать… у меня прошлой ночью был странный сон».

В том сне над головой моего отца тоже была кровавая надпись.

Эта моя способность проявилась только после его смерти, так что, по идее, я не должен был этого видеть.

И все же, я видел это во сне.

А теперь видел снова.

— …дерьмо.

[В чем дело?]

— Нет. Не ты. Ты не можешь этого делать.

[Эй, ты в порядке?]

— Ты не можешь этого делать!

Я закричал во весь голос.

И почему-то это помогло мне немного успокоиться.

Я выдохнул и сказал:

«Я вижу кровавую надпись».

[А разве ты не всегда ее видел?]

«Нет. До сих пор я видел ее только над головами живых. Никогда — над мертвыми».

[…]

«Но прямо сейчас я вижу ее над могилой своего отца».

Это потому что это его место захоронения?

Может, его останки все еще в могиле — поэтому?

Если так, то, может, для мертвых мне не нужно видеть их лицо, чтобы прочесть их кровавую надпись?

Шорох—

Я снова посмотрел на кровавую надпись.

Что-то в ней отличалось от обычной.

Обычно кровавая надпись красная — разумеется.

Но у моего отца она была черной.

Черная кровавая надпись.

Разница, очевидно, в том, жив или мертв объект.

Если так подумать… в том странном сне был голос.

[— Ты должен узнать больше грехов.]

Я стиснул зубы и продолжил.

«Среди людей, перед которыми отец согрешил… была и мать».

[…]

«В ее кровавой надписи было имя отца».

Я рухнул на землю и молча сидел.

Затем, словно исповедуясь никому конкретно, я заговорил.

«Когда я был маленьким, мне сказали, что его убил медведь на охоте. Так сказала моя мать».

[…]

«Но когда я впервые увидел кровавую надпись, имя отца появилось над ее головой. Даже ребенком я почувствовал, что что-то не так, и начал копать».

[Разве ты не покинул эти земли в восемь лет? Значит, ты был тогда еще младше. Довольно зрело.]

Я понял, что он пытается разрядить обстановку, и хмыкнул.

Я сказал:

«Короче говоря, моя мать ему изменяла».

[Хм.]

«Другим мужчиной был старый друг отца. Они все детально спланировали и убили его. Затем распустили слух, что его задрал медведь».

Мать использовала следы когтей на сумке отца как «доказательство».

Но я понял, что эти следы сильно отличались от настоящих медвежьих когтей.

Отец научил меня охотиться — и вместе с этим передал множество знаний о диких зверях.

«Я нашел и другие улики».

[Хм.]

«Дядя Бен мне очень помог. Он подал заявление от моего имени. После масштабного расследования они наконец нашли тело отца и похоронили его здесь».

А моя мать так бессовестно притворялась скорбящей вдовой после того, как убила его.

На самом деле она заботилась обо мне даже больше, чем раньше, с такой убедительной нежностью.

Позже я узнал, что это был продуманный ход. Снова выйти замуж сразу после потери мужа выглядело бы подозрительно.

И за свое преступление она до сих пор сидит в подземелье этого поместья.

У меня защипало в глазах, и я опустил голову.

«Что касается мужчины, с которым она была, — он умер от пневмонии в тюрьме примерно через полгода после того, как я уехал».

[А твоя мать?]

«Не знаю. Было все равно. Но…»

Я глубоко вздохнул и сказал:

«Думаю, теперь мне должно быть не все равно».

[…]

«Трейл. Я собираюсь использовать Всевидящее Око».

[Разве ты не говорил, что тебе не нужно видеть сцены с «родительскими тайнами», когда ты использовал свой «Удар с остановкой времени», раз ты и так все знаешь?]

«Тогда я думал, что тайна заключалась лишь в том, что моя мама сговорилась с любовником, чтобы убить моего отца. Но на этот раз я ищу не это».

Я еще раз взглянул на могилу.

Точнее, на кровавую надпись над ней.

«Покажи мне, какой грех отец совершил против матери».

[…хорошо.]

———

<Всевидящее Око активировано.>

<Текущий уровень Всевидящего Ока: 3. Ранг доступа к тайнам: B.>

<Критерий выбора: «Тайны между Аральдом Моханом и Дианой Мохан».>

<Соответствующая тайна имеет ранг D. Просмотр начат.>

———

Я смотрел на экран, широко раскрыв глаза, готовый ими кровь пустить.

Мгновение спустя…

Пш-ш-ш—

Из моих уст вырвался звук, который мог быть и вздохом, и горьким смешком.

— Ах. Мой отец…

Ты и вправду меня подвел.

[Держись.]

«Ага. Спасибо».

Шорох—

Я поднялся на ноги.

«Завтра я встречусь с лордом. А потом мне нужно будет заглянуть еще в одно место».

[…]

«Я думаю…»

Я тяжело вздохнул и продолжил.

«Мне нужно увидеться с матерью».

***

На следующий день.

Проведя бессонную ночь, я разбудил остальных.

К слову, мой дом был настолько крошечным, что мы просто немного расчистили гостиную и отключились все вместе, словно в походе.

— Пора вставать, все. Нужно поесть и отправиться в поместье лорда.

Последовал ряд уникальных ответов.

— Доброе утро, братик, сестренки, дяденька.

— Почему только меня называют «дяденькой»?

— Мои золотые монеты. Куда делось мое золото?

— Ох! Как долго я спала?

— Э-э-э… ну… целые сутки.

— Я не ела целый день? Я?

— Мид? Почему у тебя такие красные глаза?

Я ответил на последний вопрос Нерил:

— Мне приснился кошмар.

— Не верю.

— Нет, правда. Это было ужасно. И самое худшее — это был не сон. Это была реальность.

— …ты в порядке?

— Мм. Теперь в порядке. В общем, что будем делать с завтраком?

При этих словах Лизель вскочила.

Затем слегка пошатнулась и схватилась за лоб.

— Ай… головокружение…

— Неужели Королева Духов может почувствовать головокружение, просто слишком быстро встав?

— В общем, я приготовлю завтрак. Я ждала этого момента.

Полная мотивации, Лизель собрала ингредиенты.

Пока несколько человек ей помогали, Серейн потерла глаза и спросила:

— Уа-а-а… кстати, что это за история с Лизель, Королевой Духов?

Сколько же всего мне нужно тебе объяснить…

***

Еда Лизель была невероятной — точно как до регрессии.

Тогда, даже когда мы не жили в походных условиях, все всегда хотели есть ее еду.

Проголодав целые сутки, Ксения, откусив один раз, выдала такой отзыв:

— О, Небесный, только сегодня я буду восхвалять Лизель вместо тебя.

За едой мы обменивались информацией.

Лизель и Серейн, присоединившиеся к нам позже, не знали многих деталей, а они, в свою очередь, знали то, чего не знали мы.

Когда все были в курсе дела, мы отправились в поместье лорда.

Прежний лорд, который когда-то сурово сидел в суде на месте казни, где я впервые увидел кровавую надпись, давно скончался.

Его место занял сын.

Теперь уже мужчина в возрасте за сорок, барон Жавей де Отеман, приветствовал нас.

— Герой Мид и уважаемые соратники. Для меня большая честь встретиться с вами.

— Пожалуйста, честь моя. Это очень волнующее возвращение.

Молодой человек, которого когда-то хвалили за его потенциал, превратился в достойного мужчину с подходящими усами.

— Ха-ха. Кто бы мог подумать, что родина Героя — здесь, в Хасфиле? Я вне себя от радости.

— Вовсе нет. Важнее другое…

— Да, вы, должно быть, имеете в виду вчерашние события? Я готов все выслушать.

Я спокойно объяснил ему ситуацию.

Главным злодеем был Каэлд Уэйк.

Он использовал какую-то странную, зловещую силу, чтобы попытаться истребить жителей этих земель, и я сразился с ним в битве не на жизнь, а на смерть и остановил его.

За моей спиной Ксения шепнула Нерил:

— Почему он не называет гору Бахарма «Самоцветом Разрушения»?

— Если этот слух распространится слишком широко, захотят ли люди по-прежнему путешествовать туда, даже если он запечатан?

— А, так он думает и об экономике земель.

— Он по натуре такой… а это его родина, так что он особенно осторожен.

Затем вмешалась Лизель.

— И я уверена, он также пытается защитить имя лорда Грейда.

— А?

— В учебниках истории говорится, что именно он разбил Самоцвет Разрушения. Если выяснится, что это ложь, разве это не запятнает его наследие?

— У тебя сейчас улыбка до ушей.

— Ч-что? …Правда?

Их догадки были настолько точны, что я покраснел.

В общем, когда разговор подходил к концу, барон Жавей серьезно заговорил:

— Каэлд Уэйк… я слышал, в некоторых частях земель его все еще называют Героем.

— У вас острый слух.

— Как бы далеко мы ни были, информация драгоценна. Так что, если то, что вы говорите, правда, то… это означает, что он обманывал Империю. Верно?

Наконец-то.

Пришло время кивнуть на этот вопрос.

Скажи я это, когда был просто безымянным регрессором, люди бы забросали меня камнями.

Но сейчас моя слава приближалась к ста тысячам.

По сравнению с Каэлдом, разница была смехотворно велика.

Я твердо ответил:

— Верно. Обычно я бы сам такого не сказал, но на этот раз я должен.

Я тихо вздохнул и объявил:

— Я — истинный Герой. Каэлд Уэйк — самозванец.