Мижон

Однажды по всей столице Империи пополз слух.

О волшебном порошке, который делает вкусным всё, стоит лишь посыпать им еду.

Сначала никто в это не верил.

— Делает вкусно, просто посыпал? Как такое возможно?

— Если хочешь зарабатывать на шутках, придумай что-нибудь правдоподобнее.

Откуда в этом мире взяться такому порошку?

Порошок из рамёна был чем-то похож, но сам по себе он был слишком острым и обычно использовался только для рамёна.

Между ним и волшебным порошком из слухов была существенная разница.

Поэтому истории о волшебном порошке воспринимались как «кулинарные страшилки», которые ходят в тёмных переулках столицы.

Говорили, что это просто городская легенда, родившаяся из выросшего интереса к еде после появления рамёна.

Но, как ни странно, рассказы о волшебном порошке не прекращались.

Копились свидетельства людей, которые якобы видели волшебный порошок, и тех, кто говорил, что даже пробовал его.

— Ах, этот волшебный порошок… он и правда был чудесным. Стоило мне посыпать — и посредственный суп превратился в небесное блюдо.

— Волшебный порошок? Это штука, которая превращает мусор в еду.

— Если хочешь встретить алхимика, который продаёт волшебный порошок, броди по столице ночью. Кто знает? Если повезёт, наткнёшься.

Большинство людей отмахивалось, решив, что рассказчики просто под чем-то, но не все.

Некоторые любопытные стали бродить по ночным улицам, пытаясь найти алхимика, который продаёт этот волшебный порошок, чтобы проверить, правда ли он существует.

И чем больше они искали, тем больше становилось свидетельств тех, кто «попробовал волшебный порошок».

Столичная стража, сперва не придавшая этому значения, поздно осознала серьёзность.

— Похоже, по столице распространяются наркотики.

Капитан стражи решил, что по столице расползаются наркотики.

Тайность сделок и то, что продавцом был алхимик, усиливали подозрения.

Вещества!

Зло, разъедающее Империю.

Стража начала масштабные поиски «волшебного порошка», потому что наркотики нельзя было терпеть.

И вскоре им удалось схватить алхимика, который тайком распространял волшебный порошок.

— Отпустите! Это не наркотик!

— Разберёмся, наркотик это или нет, после расследования. Пойдёшь с нами!

— Это ингредиент приправы для рамёна!

— …Приправы для рамёна?

— Да!

Так как торговля наркотиками в Империи каралась как минимум смертью, алхимик в панике выложил правду.

Он объяснил: исследуя приправу рамёна, он случайно сумел выделить белый порошок — глутамат натрия, ключевой ингредиент порошка рамёна.

Он рассказал это, чтобы избежать казни, но даже не представлял, к чему приведут его слова.

[Секрет вкуса рамёна — в глутамате натрия!]

Признание алхимика разнеслось по столице через стражу.

А затем…

— Значит, волшебный порошок и правда существует!

— Вот почему рамён такой вкусный!

Когда люди узнали, что волшебный порошок — реальное вещество и что это секрет вкуса рамёна, интерес к глутамату натрия среди жителей Империи взорвался.

Стоило собраться хотя бы двум — и они уже говорили о глутамате натрия, а некоторые даже пытались вытащить глутамат натрия из приправы рамёна.

В конце концов один маг сумел отделить глутамат натрия от приправы рамёна.

Глутамат натрия, выделенный магом, быстро попал в высшее общество, и один знаменитый кулинарный критик, попробовав его, объявил:

【Историю еды можно разделить на «до появления глутамата натрия» и «после». Всё, что я ел до сих пор, было мусором. — Карл Руген】

Он оставил знаменитую фразу: «Еда без глутамата натрия — мусор».

Фраза была чрезмерной, но он был самым авторитетным кулинарным критиком Империи, так что люди приняли это за чистую монету.

— Выходит, еда, которую я ел, была мусором…

— Какой вообще вкус у этого глутамата натрия?..

— Я слышал, что от глутамата натрия можно жить дольше.

— То есть он продлевает жизнь?

Фантазии жителей Империи о глутамате натрия не только раздувались, но и искажались.

— Я тоже хочу попробовать глутамат натрия. Как его достать?

— Он же должен быть в Башне Белой Магии, где делают рамён, верно?

— Точно! Пойду в Башню Белой Магии и попрошу!

В конце концов люди начали стекаться к Башне Белой Магии, чтобы получить глутамат натрия.

Однако магическая башня — не место, куда посторонние могут свободно входить и выходить.

Чтобы предотвратить утечку магии, вход в башню требовал соблюдения процедур.

Но горожане, которым отказали во входе, поняли это иначе.

— Башня Белой Магии прячет глутамат натрия!

— Башня Белой Магии, немедленно покажите глутамат натрия!

Решив, что Башня Белой Магии пытается скрыть глутамат натрия, горожане день за днём собирались перед ней, протестуя и требуя выдачи.

Пока жители Империи шумели из-за глутамата натрия, пищевая отрасль трясло не меньше.

[«Синий Кочоп», первое заведение Империи, которое использует глутамат натрия.]

Начали появляться лавки, заявляющие, что добыли глутамат натрия, и рекламирующие блюда с глутаматом натрия.

Естественно, удар пришёлся по обычным заведениям, где глутамат натрия не использовали.

— Повар, в этом блюде есть глутамат натрия?

— Эм… ну…

— Почему вы не можете ответить? Я слышал, что в «Синем Кочопе» по соседству он уже есть. Я очень разочарован.

— …

Заведения, которые теряли постоянных клиентов, чтобы выжить, начинали рекламировать, что и у них подают блюда с глутаматом натрия.

А через несколько месяцев…

[Наше заведение использует только глутамат натрия.]

[Изначальный ресторан глутамата натрия.]

[Если это не глутамат натрия — вернём деньги.]

В итоге в столице стало невозможно найти заведение, которое бы не заявляло, что использует глутамат натрия.

Используют они его на самом деле или нет — никто уже не мог понять.

— Вот это беспорядок.

— П-простите, Юри. Это из-за моей недостаточной способности…

— Нет, госпожа Союль, это не ваша вина.

Союль растерялась и не знала, что делать, но я её не винил.

Это было не из-за каких-то её недостатков.

Союль успешно превратила глутамат натрия в заготовку — на этом её роль и заканчивалась.

А предотвратить отделение глутамата натрия от приправы рамёна не смогла бы ни Союль, ни любой другой алхимик.

— Повелитель башни, это трудно, да?

— Да. Я наложила на глутамат натрия замок, но это не мешает отделять его из приправы рамёна.

— Полагаю, так и есть.

В конце концов, у защиты от утечек рецептов есть предел.

По мере роста интереса к рамёну было естественно, что кто-то попытается его проанализировать.

— Старший, что мы теперь будем делать?

— Ничего не поделаешь. Будем продавать.

— Что?

— Старший, вы о чём… «продавать»…

— А что ещё? Глутамат натрия, конечно.

— Что?

У всех округлились глаза от моих слов.

Эта встреча ведь была про то, как остановить утечку глутамата натрия.

— Юри, ты серьёзно хочешь продавать глутамат натрия?

— Именно это я и имею в виду. Раз уж не можем остановить утечку — давайте выпустим сами.

Глутамат натрия, который мы воссоздали в этом мире, и так был в виде «заготовки». Как и заготовка колы раньше, заготовка глутамата натрия была защищена замком Ланьи.

Её содержимое анализом не вскроют, так что переживать было не о чем.

Горожане протестовали у Башни Белой Магии, потому что не могли сделать глутамат натрия сами.

— Но и игнорировать это нельзя.

Даже если Башня Белой Магии не выпустит глутамат натрия, маги продолжат отделять его из приправы рамёна.

И не только это — торговцы уже продавали непонятные порошки, называя их глутаматом натрия.

Естественно, из-за этого люди страдали.

Сейчас отношение к глутамату натрия было хорошим, но кто знает, что будет, если таких случаев накопится?

Вместо того чтобы разбираться с такими неприятными вещами, я предпочитал просто выпустить глутамат натрия.

Если глутамат натрия улучшит пищевую культуру этого мира — разве это плохо?

Выслушав меня, члены башни согласно кивнули.

— Если так подумать, это имеет смысл.

— Но безопасно ли есть глутамат натрия напрямую?

— Если не есть слишком много — нормально.

Я вспомнил, что в прошлой жизни существовали продукты, которые продавали глутамат натрия отдельно, чтобы убрать такие неудобства.

Начиная с японского «Аджиномото», в разных странах расцвели продукты, копирующие его.

Я хотел сделать нечто похожее.

И потому…

— Назовём это «Мижон».

Так родилась приправа, в которую упаковали глутамат натрия, — «Мижон».