Игрушки

Быть Сантой — работа адски тяжёлая.

В канун Рождества всего за один день он должен разнести подарки 3 миллиардам детей по всему миру, да ещё и отличать послушных от хулиганов.

Я однажды слышал историю про детсадовца: тот, услышав колядку «Только не плачь», врезал ребёнку, которого не любил, прямо в лицо — чтобы тот наверняка не получил подарок от Санты.

Наверное, из-за таких условий в субкультуре Санта часто появляется как сверхчеловек: с силой на уровне Супермена, летающий со сверхзвуковой скоростью и таскающий мешки с подарками.

Разумеется, мои требования к Санте были куда мягче.

Я считал, что подойдёт любой дедушка с тёплой внешностью, способный обнять каждого — вне зависимости от возраста и пола.

Лично я не думаю, что «Санта-сестричка» была бы плоха, но всё же считаю, что тёплый образ дедушки подходит лучше.

Нет ничего лучше дружелюбного «дедушки», если нужно быть одновременно близким детям и сохранять ощущение чуда.

В Санта-Клаусе есть эта магическая, таинственная аура, которая и делает его особенным.

Вот почему детская вера в Санту держится так долго.

Конечно, ему не обязательно быть настоящим святым, как святой Николай — прототип Санта-Клауса.

Разве Санта-Клаус не просто добрый дедушка, который любит детей и которого все могут уважать?

Звучит просто, но на деле это почти невыполнимое условие.

Как я уже говорил, Санта-Клаус — это тот, кто зимой в снегу ездит на санях и разносит детям подарки.

Если говорить современными словами — это как развозить заказы в лютый мороз. Так, наверное, легче представить.

Отнести то, что дети написали в письмах, по адресам и не перепутать — да это почти обычная доставка.

В каком-то смысле Санта-Клаус был первым курьером.

В любом случае, ждать от пожилого дедушки, что он потянет в холодную зиму работу, тяжёлую даже для здоровых взрослых мужчин, — нереально.

К тому же полёт в небе на санях зимой — идеальный способ простудиться.

Даже когда я попробовал совсем чуть-чуть, мне пришлось надеть три слоя одежды.

«И ещё эти дымоходы…»

Лазать вверх-вниз по дымоходам тоже не самая приятная часть.

Поэтому образ «дедушки» был непрактичен, но это не означало, что нужно отказаться от образа Санты.

Санта ведь всё-таки фея.

Да, Санта вдохновлён святым Николаем, но он ведь не обязательно сам епископ.

На самом деле Санта-Клаус — это собирательный образ: северный «ниссе» и верховный бог «Один».

И если подумать, у Одина и Санта-Клауса действительно много общего.

У Одина есть привычка заходить в дома не через дверь, а через дымоход — прямо как Санта, что спускается по трубе с подарками.

Оба также изображаются как величественные старики.

В общем, если расширить круг кандидатов дальше людей, то одна раса сразу приходит в голову в качестве Санты.

«Дварфы».

Фейные, бородатые, физически сильные — способны без проблем лазать по дымоходам в мороз и разносить подарки.

Если учесть, что подарки детям — это ремесленные штуки, то дварфы удивительно хорошо подходят под все условия.

«Проблема — характер».

Дварфы как народ — грубые, вспыльчивые, зачастую чересчур агрессивные.

По характеру они совсем не похожи на «добродушного весельчака», каким должен быть Санта.

Можно спросить: «А разве нет где-нибудь тихих, мягких дварфов?» — но нет.

Как ни ищи, мягкий дварф — существо невозможное.

Почему-то все дварфы вспыльчивые.

И было бы ещё удачей, если бы они не пили, сидя в санях.

«На кораблях же пьют — почему на санях не будут?»

Вот почему дварфы не годились.

Ничто так не рушит детскую веру в чудо, как Санта, который пьяным ведёт сани.

Но если исключить дварфов, остаются и другие «фейные» кандидаты.

Более того — есть существо куда подходящее.

«Двергры».

Вечные чужаки, в чьих жилах течёт и дварфская, и человеческая кровь, — но не принадлежащие ни тем, ни другим.

Полудварфы. Полулюди. Двергры.

Вот кто, по-моему, должен быть Санта-Клаусом.

---

Двергр — это слово, которым называют «полудварфов» со смешанной дварфско-человеческой кровью.

Однако двергров не любили ни дварфы, ни люди.

По характеру они отличались от дварфов, а по внешности — от людей.

Люди воспринимали их как низких людей, но слишком высоких, чтобы быть дварфами.

А дварфы отказывались признавать спокойных, непьющих двергров за своих.

При этом и отдельной «расой» редких двергров никто не считал.

Вечные чужаки без места и имени.

Таковы были двергры.

— Ха-ха, всё готово.

— Спасибо, господин Брумдаль.

— Это мне спасибо, что так часто заглядываете.

Брумдаль улыбнулся, протягивая грабли.

Брумдаль был двергром и держал кузницу в небольшой деревушке в центральной части Империи.

Он делал для жителей простые бытовые вещи.

Кому нужно было что-то серьёзнее, к Брумдалю не ходили.

Не потому, что мастерство было плохим.

Просто к «полукровкам» без чёткой принадлежности относились настороженно и старались лишний раз не связываться.

Ещё и конкуренция со стороны человеческих и дварфских кузнецов не давала ему закрепиться в городе.

Брумдаль, сумевший открыть кузницу в такой глуши, считался одним из «везунчиков».

Но даже так его маленькая кузница видела посетителей лишь изредка.

Поэтому он искренне удивился, когда в мастерскую вошёл странный чужак.

«Маг?..»

Юноша в белых робах и правда выглядел как маг.

— Вы господин Брумдаль?

— Я. А вы кто будете?

— Хочу заказать у вас кое-что.

— У меня?

— Я слышал, что вы отлично работаете, и приехал лично.

Юноша протянул ему лист бумаги.

— Вот заказ.

— Игрушки, ха-ха. Я таких наделал достаточно.

Брумдаль улыбнулся, пробежав глазами по списку. А потом юноша задал странный вопрос:

— Вы любите колу?

— Конечно. Пью вместо воды.

— Отлично.

— Что в этом «отлично»?

— Ничего. Сколько займёт?

— Хм… приходите через четыре дня.

— Понял. Тогда до встречи через четыре дня.

Юноша оставил задаток и ушёл, а Брумдаль снова посмотрел в заказ и нахмурился.

«Странный заказ».

Белые медвежата, модели бутылок колы, тигрята Конфроста и прочее…

Список был набит куклами и игрушками, которые сейчас обожали дети.

Брумдаль, хоть и удивлялся, всё равно работал с удовольствием — давно к нему не приходили с нормальным заказом.

Через четыре дня, на закате, юноша снова появился.

Проверил готовые игрушки, доплатил остаток — и вдруг предложил неожиданное:

— Не хотите сами раздать это детям?

— Игрушки?

— Да. Это подарки.

Юноша объяснил, что собирается раздать подарки детям во время Периода покоя.

Огромный план — подарки детям по всей столице.

Брумдаль мог только хлопать глазами от масштаба.

Но затем…

— Я хочу, чтобы вы, господин Брумдаль, раздавали подготовленные подарки.

…?

— Разумеется, я заплачу вам достойно.

— Вы не понимаете… Я двергр.

— Я знаю.

— И всё равно предлагаете мне это?

— Да.

Юноша кивнул.

— Именно потому, что вы двергр.

Брумдаль не сразу понял смысл.

Двергры ведь изгои в Империи.

И вот ему предлагают быть лицом такого события.

— Что значит «потому что я двергр»?

— Санта-Клаус, которого я представляю, — это двергр.

— Санта-Клаус?

— Тот, кто раздаёт детям подарки.

Юноша посмотрел на него и спросил:

— Вы не хотите стать ближе к людям?

— Разве мне это возможно?

— Более чем возможно, господин Брумдаль.

Юноша говорил о физической стороне: только двергр потянет полёт на санях по зимнему небу и лазанье по дымоходам в мороз.

Он имел в виду возможности тела — но Брумдаль услышал другое.

Он услышал поддержку.

Слова, которые поднимают дух человеку, боящемуся показаться перед людьми.

«Потому что вы двергр» прозвучало так, будто юноша хочет изменить отношение людей к дверграм.

Если он будет разносить детям желания и подарки в Период покоя, отношение к дверграм действительно начнёт меняться.

Плюс обещали ежедневную плату.

Отказываться было незачем.

— Я не знаю, зачем вы хотите мне помочь, но… я согласен.

— …?

Юноша на секунду наклонил голову, а затем протянул руку.

— Буду рад работать с вами, Санта-Клаус.

— Взаимно. Эм…

— Юрий Грайот.

Юрий пожал руку Санта-Клауса.

— Тогда пойдём раздавать прямо сейчас?

— Сейчас? Уже вечер…

— Ничего. У нас есть сани.

…?

Брумдаль не понял, при чём тут вечер и сани, но вскоре уже переодевался в костюм Санта-Клауса, который дал Юрий, и выходил из кузницы.

А затем он замер, широко распахнув глаза.

— С-сани…!

Сгущающиеся сумерки разрезал силуэт, спускающийся с неба.

Летящие сани.

Фьюуух…

Огромные сани с большим мешком. Впереди — прозрачные, словно сделанные из ветра, северные олени.

— Ну что? — спросил Юрий.

Сердце Брумдаля забилось быстрее.

Ему заплатят, его начнут уважать — и он будет летать на настоящих небесных санях.

Для двергра, который ещё вчера ковал деревенские грабли за медяки, это ощущалось как шанс найти своё место в жизни.

— В дымоходах бывали?

— Я в молодости чистил трубы.

— Прекрасно.

Сани, несущие Санта-Клауса, взмыли в небо.