Настоящий кола-медведь
В этом мире люди — не единственная раса.
Да, людей больше всего, но они лишь одна из множества рас.
Дверги, эльфы, зверолюди, друиды, драконы… и ещё уйма тех, чья природа до конца не изучена или почти никому не известна.
Белые медведи — полярные — как раз относились к таким «малоизвестным».
Их называли Стражами Вечной Мерзлоты, но большинство считало это сказками. Если ты не с Севера, встретить их вживую почти невозможно.
Даже я, когда впервые услышал слухи про белых медведей, воспринял их как шутку.
Это было логично: большинство «таинственных гуманоидных рас» в итоге оказывалось… ограми.
Как легендарные йети и «мифические создания» в моей прошлой жизни на деле были просто гориллами, так здесь их нишу занимали огры.
Поэтому я и решил, что белые медведи — это, наверное, белые огры или что-то в этом духе…
«Но… полярные медведи и правда существуют?»
Удивительно было уже то, что они реальны.
Но ещё сильнее — что они достаточно разумны, чтобы разговаривать.
И всё же… белый медведь остаётся медведем.
А медведи рвут людей на части.
Этого факта я забыть не мог.
Я стоял напротив белого медведя по имени Болитур и, прикинув, зачем он пришёл, осторожно сказал:
— Эм… прошу прощения. Я снял ролик, где мы изображали белых медведей, не спросив разрешения.
Если он пришёл из-за «прав на образ»…
— Если это было оскорбительно, я извинюсь.
— …Кр-р, нет. Было забавно.
Подождите.
Он… сейчас смеялся?
«Он правда сейчас смеялся?»
Ария, стоявшая рядом, посмотрела на меня так, будто думала о том же.
«Кажется… да?»
И правда: Болитур глядел на меня с явным интересом.
— Кр-р-р… ты видел Силу? — спросил он.
— Силу?
— …Кр-р. Сияние, что было в вашем ролике. Огни в небе.
— А-а…
Он говорил про северное сияние.
Я никогда не видел его вживую.
Только через сети и экран.
Я не мог своими глазами наблюдать явление, которое бывает лишь у полюсов.
Но…
«Если “видел” — это хоть как-то… тогда да.»
Иначе было бы странно объяснять, откуда я вообще знаю, что такое сияние.
— Да, видел.
Когда я ответил так…
— …Кр-р. Тогда ты — воин.
— Прошу прощения?
— …Кр-р. Сила — знак Авроры. Видеть Силу — значит быть избранным.
— …
Я знал, что сияние — это небесное явление, когда частицы сталкиваются с силовыми линиями в небе и рождают свет.
«Но если я начну это объяснять, меня, наверное, просто растерзают.»
Похоже, для племени белых медведей сияние было священным.
И это тоже понятно: человеку без научных знаний оно покажется чем-то божественным — будто свет с небес опускается на землю.
К тому же, даже в этом мире говорили, что белые медведи на Севере видят сияние не так уж часто.
Неудивительно, что они называли это «избранием Авророй».
И из-за этого Болитур сделал крупное недоразумение.
— …Кр-р. Ты показал, как нас выбирает Аврора. Мне было очень радостно.
— Рад, что вам понравилось.
Значит, он пришёл не из-за каких-то претензий.
Я ощутимо выдохнул: я уже прикидывал, как выкручиваться, если дело упрётся в «право на образ».
Но всё равно…
— Болитур, а как вы вообще увидели этот ролик?
И почему он держит колу?
Как медведь из Вечной Мерзлоты посмотрел рекламу, которая крутится только в Империи, а потом пришёл ко мне — да ещё и с колой?
Ответ был… впечатляющий.
— …Люди, кр-р, показали.
— …Люди?
— …Кр-р. Да. Сначала они уронили колу и убежали.
Если коротко пересказать то, что рассказал Болитур:
Когда имперские стражники впервые столкнулись с Болитуром, они, спасаясь, швырнули в него колу — и дали дёру.
Это была глупая выходка под впечатлением от «кола-медведей».
Проблема в том, что Болитуру действительно понравилась кола, которую в него бросили.
— …Очень вкусно. Никогда не пил такой шипучей медовой воды.
Болитур встряхнул бутылку и осушил её одним глотком.
«Так значит, это правда: медведи любят колу.»
Я и раньше слышал подобное.
Полярным медведям нужно очень много калорий, чтобы поддерживать свой огромный организм. А сладкое — прямой сигнал «здесь много энергии».
И потому они тянутся к сладкому.
Отсюда — любовь к мёду…
— Кр-р-р.
И, разумеется, к коле тоже.
В моей прошлой жизни даже шутили: встретишь медведя — отдай ему колу и беги.
Оказалось, в этом мире это тоже работает.
И когда один из стражников понял, что Болитуру нравится кола, он набрался смелости и показал ему рекламу.
«Ну и бесстрашный человек…»
История звучала нелепо, но именно так Болитур и увидел ролик.
— …Кр-рк. Благодаря тебе отношение к белым медведям в Империи стало лучше.
До этого Империя относилась к белым медведям односторонне враждебно.
Северяне ещё как-то контактировали с племенем белых медведей, но для остальных они были «монстрами Вечной Мерзлоты».
А после моей рекламы этот «образ монстра» начал таять.
Белых медведей стали воспринимать не как чудовищ, а как разумных зверолюдей.
— …Я выражаю… благодарность.
— Да не за что. Рад, если это помогло.
— Кр-ррук.
При своей гигантской туше Болитур был удивительно мягким и спокойным.
Он говорил на человеческом языке — коряво, но старался.
— Болитур, все белые медведи такие, как вы?
— …Кр-рук. Другие… другие. Я просто интересуюсь людьми.
Похоже, ему было жаль, что люди его боятся.
И при этом он ни на секунду не убирал колу от пасти — будто именно она помогала ему держаться в «разумном» состоянии.
— Хотите ещё?
— …Спасибо.
Болитур с удовольствием принял колу, которую принесла Ария.
И, глядя на него — настолько спокойного и понятного, — я предложил:
— Болитур, вы бы хотели стать ближе к людям?
— …?
В его глазах появился вопрос.
В Империи сейчас был настоящий бум рекламы через хрустальные сферы.
Другие торговые гильдии начали копировать то, что запустила Белая магическая башня.
И среди всего этого последние недели особенно обсуждали именно «рекламу колы».
— Вау… полярные медведи под колой. Как им вообще такое в голову приходит?
— Вечная Мерзлота… и правда красивая земля.
Белый медведь, северное сияние, загадочная северная страна — всё это давало ощущение путешествия в далёкий, почти сказочный мир.
И главное — то, что картинка была создана «магией», казалось имперцам новым и свежим. Такого раньше не делали.
И, конечно…
— Бр-р, холодно… но, пожалуй, выпью колы.
— Ха-ха! Я тоже хочу как медведь: кола под сияние!
Сама мысль о медведе, пьющем колу зимой, заставляла людей тянуться к бутылке даже в мороз.
Кола переставала быть «только летним» напитком и начинала становиться «зимней» тоже.
И вот в один снежный день…
— Вааа! Это кола-медведь!
— Кр-р-р…
На заснеженной улице появился «кола-медведь» — с красным шарфом на шее и колой в лапе.
Глаза детей загорелись, а взрослые, наоборот, дёрнулись.
— Медведь?!
— Что?!
Дети ещё верили в чудо, а взрослые знали: «кола-медведь» — это же выдумка из рекламы.
— Не подходите!
— Назад! Элин!
Взрослые попытались удержать детей, но уже было поздно.
— А-а!
— Н-нет…
Белокурая девочка выбежала прямо к медведю.
Медведь, будто и ждал этого, поднял её — легко, как пушинку.
Взрослые отвернулись, не в силах смотреть.
Но крика, которого они ждали, не прозвучало.
— Кья-ха-ха!
— …?
Взрослые обернулись на радостный смех — и остолбенели.
— Что… что происходит?
«Кола-медведь» посадил девочку себе на плечи.
— И меня прокати!
— Ух ты… шерсть такая мягкая!
Дети, примчавшиеся по снегу, обнимали белую пушистую шерсть.
Медведь гладил их большими мягкими лапами.
— Э-это правда кола-медведь?
— Боже мой… он существует?
— Вау!
— И я! Я тоже!
И взрослые, которые только что кричали «не подходи», рванули к медведю, забыв про приличия.
И взрослые, и дети — все в один миг стали детьми.
Они валялись в снегу рядом с медведем, смеялись, лепили огромные снежные фигуры.
— Кр-р-р…
Так Болитур, «кола-медведь», в один день стал знаменитостью столицы.
Снег валил густо, а он катался в сугробах вместе с людьми.
— Вау! Он огромный!
На площади вырос «снежный медведь» — размером почти с дом.
А потом…
— Хозяин! Одну колу сюда!
— И мне колу!
Люди начали втыкать бутылки колы в огромного снежного «медведя».
Десятки, сотни бутылок.
Это стало символом «зимы» и «колы».
И продажи колы, которые до этого просели, пошли вверх.
Прошёл месяц с тех пор, как реклама колы разлетелась по Империи через хрустальные сферы.
И две недели — с того дня, как на площади появился «снежный медведь».
Покупать колу и «кормить» ею снежного медведя стало столичной забавой, и популярность колы подскочила до уровня лета.
— Вот отчёт по продажам колы за этот месяц в столице, — Сион вошёл с бумагами.
Ария и Ланья МакДауэлл ахнули, увидев цифры.
Я тоже распахнул глаза.
— Продано 5 000 000 стаканов.
5 000 000.
При населении столицы в 200 000 это означало в среднем по 25 стаканов на человека за месяц.
То есть…
— Это в 2 раза больше, чем летом на пике.
Это был оглушительный успех.