Небесный вкус
Просьба из Папской канцелярии вызывала недоумение.
Готовая еда, воплощающая человеческую тягу к наслаждению, и ритуальная пища, символизирующая церковное воздержание, были полными противоположностями.
Закуски, подходящие для таинства?
Такое невозможно…
«Хотя, пожалуй, кое-что может сработать».
Глядя на список священных яств, перечисленных в церковных документах, я передумал.
Духовенство хотело лишь создать сладкие десерты, разжигающие аппетит.
Поскольку менять вековые традиции приготовления пищи таинства было нельзя, они решили добавить нечто новое, чтобы успокоить паству
Похоже, после инцидента на Дне благодарения святым отцам пришлось изрядно поломать голову.
Что ж, духовенство тоже люди — они не могут вечно жить в аскезе.
— Ты примешь запрос?
— Да.
Я кивнул на вопрос Ланьи.
— Думаю, это будет проще, чем кажется.
— …Иногда ты меня правда поражаешь, Юри. Ты не умеешь готовить, но как-то умудряешься создавать продукты из ничего.
— Поэтому я и использую воображение.
— И что ты придумал в этот раз?
— Мороженое.
Джелато.
Настоящее итальянское мороженое — поговаривают, его обожал сам папа Иоанн Павел II.
Легендарный десерт, спровоцировавший инцидент «Спасите джелато», когда люди и государства сражались за один-единственный рожок.
Именно оно станет моим третьим творением.
Джелато по-итальянски означает мороженое.
Отличие в том, что его текстура плотнее и мягче обычного.
В моей прошлой жизни даже Папа Римский не отказывал себе в таком удовольствии, так что это был идеальный вариант, тесно связанный с церковью.
Так называемое мороженое Папы.
Идеально подходит на роль священного десерта. А главное, его легко приготовить.
Молоко и сливки здесь в избытке, так что с ингредиентами проблем не возникнет.
Конечно, моё джелато будет отличаться от классического.
Если итальянские мастера трудятся над каждой порцией вручную, то я планирую фабричное производство.
«Если мороженое, то только Хааген-Даз».
Да, то самое джелато от престижного бренда «Хааген-Даз».
— Это… невероятно!
Стоило молодому кардиналу Бруно попробовать новый десерт, как он замер с широко распахнутыми глазами.
Эта текстура, мягко таявшая у него во рту, была самым загадочным ощущением в его жизни.
Мороженое, которое он ел до сих пор, теперь казалось примитивным: дроблёный лёд, подслащённый мёдом.
Иногда от резкого холода ломило зубы, превращая десерт в испытание.
Но угощение мага не оставляло и тени дискомфорта.
Гладкое, шелковистое, оно исчезало во рту, точно тающее облако, оставляя после себя приятное послевкусие без лишней приторности.
— М-м.
Кардинал молча орудовал ложкой, пока миска не опустела.
Очнулся он лишь тогда, когда металл жалобно звякнул, соскребая остатки лакомства со стенок.
— …Вот что значит наслаждаться едой.
Он посмотрел на Юри с нескрываемым восхищением.
— Это и есть настоящее мороженое?
— Да, если точнее, оно называется джелато.
— Джелато…
Бруно медленно произнёс слово, будто смаковал его, и сказал:
— Это был небесный вкус.
Самая высокая похвала, которую кардинал мог дать.
— Пожалуй, убедить Его Святейшество обратиться к вам — это лучшее решение в моей жизни.
— Даже лучше, чем стать клириком?
— Моя преданность Господу была решением, равносильным побегу.
Он искренне низко поклонился и слабо улыбнулся.
— От имени Церкви благодарю вас за создание пищи таинства, Юри Грайот.
— Возможно, наша святыня всё это время слишком небрежно относилась к еде. В конце концов, это тоже дар Божий.
Это были первые слова Папы после того, как он попробовал джелато.
— …Сладко. Разве такова еда нынешней эпохи?
Папа, который жил аскетично, неправильно понял, будто джелато отражает средний уровень еды этого мира.
Но даже если он оценил его высоко, то всё равно жестоко ошибся, подумав, что мир полон подобных блюд.
Кола и Принглс, которые он недавно нехотя отведал, произвели тот же эффект.
За те годы, что он провёл в строгом воздержании, кухня континента совершила невероятный прорыв.
И в такую эпоху гастрономического изобилия рекомендовать лишь крупяной чай и пресный хлеб…
— Похоже, наш Святой Престол всё это время заставлял молодых жрецов идти на слишком суровые жертвы.
Тем, кто с детства привык к такой еде, безвкусный хлеб, должно быть, казался невыносимым.
Баол XIII принял решение:
— Чтить традиции хорошо, но только сегодня я понял: они должны гармонировать с реальностью.
Голос Папы разнёсся по собору.
— Мы улучшим то, что более не отвечает духу времени, включая пищу таинства.
Это был исторический момент: церковь, так долго боявшаяся перемен, открыла своё сердце новой эпохе.
Указ о реформах Папы дошёл до всех храмов континента менее чем за неделю.
Церковники не могли скрыть удивления: Баол XIII, известный своей бережливостью и уважением к традициям, провозгласил начало преобразований.
— Не могу поверить, что тот консервативный Папа решил что-то менять.
— Похоже, он пересмотрел свои взгляды после инцидента на Дне благодарения.
— Ну… там было довольно шумно…
Объявленный план нововведений включал масштабный пересмотр практик, ставших обузой, доктрин, которые было трудно понять, и традиций, не подходящих времени.
— Наши рясы с короткими рукавами…!
— Это значит, летом мы можем надевать под них что-то короткое?
— Пункт об обязательном посещении ранней службы отменён!
— Хм, меня тревожит, не слишком ли это резкие перемены. Такая вольность в святом облачении?
Некоторые пожилые жрецы выражали беспокойство, но большинство с энтузиазмом приняло изменения.
Пока в рядах духовенства не стихали споры, представили обновлённое меню таинства.
Взглянув на список блюд, священнослужители не поверили собственным глазам.
— Мясо в таинстве, невероятно!
— Папа благословил вкушение мяса ради здоровья паствы.
Мясо стало частью священного ритуала, раньше об этом нельзя было и помыслить. Кроме того, улучшили некоторые старые способы приготовления обрядовой пищи.
— А! Наконец-то свобода от того отвратительного зернового чая.
— И правда, пресный хлеб был ужасен.
Поскольку церковная еда славилась полным отсутствием вкуса, в этот раз никто и не думал возражать.
Но у всех возник вопрос к десерту, выбранному в конце.
— Джелато? Это что такое?
— Говорят, десерт.
— …Что? В таинство добавили сладость?
Жрецы недоумевали, почему лакомство включили в обряд, но их реакция после дегустации мороженого вызвала бурю эмоций.
— К-какая нежная текстура…
— А? Оно исчезло у меня во рту!
— …Это мороженое?
— М-м, как сладко.
Духовенство было в восторге, и вскоре их похвала разнеслась среди простых прихожан.
— На этом сегодняшняя служба завершена. Прежде чем уйти, пожалуйста, насладитесь угощением.
Добросердечные священнослужители с радостью раздавали прихожанам джелато.
— Ты опять идёшь в церковь?
— Да, нужно вознести молитвы Господу.
— Подожди, ты же ни разу в жизни не молился. С чего вдруг?
— Если съешь джелато, захочешь стать истинно верующим.
— Джелато? Что это?
— Джелато — небесная пища.
Вскоре мороженое стало невероятно популярным.
— Боже мой, как может существовать еда, которая тает во рту?
— И правда, этот вкус достоин называться небесным!
— Джелато — истинное таинство.
Люди начали ходить в храм каждые выходные, чтобы есть мороженое, которое раздавала церковь.
— Ты же был атеистом?
— С сегодняшнего дня я решил верить в Бога.
Некоторые даже становились прихожанами только ради десерта.
Поговаривали даже, что именно джелато стало истинной причиной, побудившей Папу пойти на перемены.
— Папа хотел включить джелато в таинство.
— Я слышал, Господь дал ему откровение.
— А-а, вот оно что! Теперь ясно, зачем были нужны эти реформы. Я-то думал, к чему такая внезапная спешка.
Несмотря на свою беспочвенность, сплетня была недалека от истины и в конце концов достигла дворян.
— Это то самое знаменитое мороженое, из-за которого Его Святейшество решился на реформы?
— Ах, и правда словно сон.
— Если макать в него Принглс, вкус раскроется ярче.
— А я предпочитаю смешивать с колой.
Среди гурманов с необычными вкусами рождались весьма сомнительные сочетания, но само джелато произвело настоящий фурор.
Пожалуй, даже слишком оглушительный.
— Церковь должна прекратить монополию на этот десерт!
— Джелато принадлежит всем!