Пальцы в переплёт
Пьесу переиначили до неприличия.
По сценарию выходило, что я создал аэрофритюрницу, получив «откровение» от Гестии — богини очага. Император же якобы распознал в аэрофритюрнице «силу Гестии» и осознал, что это — «Очаг Богини».
Когда легендарный Очаг Богини (аэрофритюрница) добрался до Севера, жители Свальбарда встретили его так, словно ждали всю жизнь.
Драматизацию накрутили настолько, что я уже сомневался, осталось ли там хоть что-то от реальных событий.
— Неплохо они насочиняли, — усмехнулась Вторая Принцесса, криво изогнув губы.
Разумеется, для неё это выглядело как абсурдная комедия, ведь она знала все факты.
— Зато играют хорошо, разве нет?
Содержание было комичным, но актёры отрабатывали на совесть.
Вторая Принцесса это признала.
— Я не люблю, когда уж слишком давят на драму, но Труппа «Ореол» и правда знаменита.
Император бы и не доверил премьеру кому попало.
Труппа «Ореол», которая играла богиню аэрофритюрницы, была одной из самых известных в Империи.
Да, они любили приукрасить — но зрелищность у них получалась.
Мы смотрели пьесу не ради точности, а ради развлечения.
Благодаря страстной игре и бодрому сюжету оказалось даже весело.
— О, это же Очаг Богини, описанный в древних текстах!
— Верно. Однажды богиня даровала мне откровение. Она велела создать её очаг. И в тот миг чертёж возник в моём разуме, словно его уже кто-то нарисовал!
От таких реплик, произнесённых с каменно-серьёзными лицами, я едва не рассмеялся в голос.
Косо глянув на Вторую Принцессу, я увидел, что она полностью погружена в постановку.
Чтобы не сбивать ей внимание, я и сам продолжил смотреть молча.
Я аккуратно ел попкорн, стараясь не задеть её ладонь, и следил за действием.
— Богиня… неужели это правда ваш очаг?
В какой-то момент я почувствовал, что проголодался, и потянулся за попкорном, не отрываясь от сцены.
Половину мы уже съели, так что стакан стал заметно глубже.
Я сунул руку ниже… и нащупал нечто, что было слишком мягким для попкорна и слишком нежным, чтобы быть едой.
…
Я застыл с неловким выражением.
И, разумеется:
— Я, вообще-то, не попкорн.
Рубиновые глаза, изогнутые полумесяцами, повернулись ко мне. На губах — озорная улыбка.
На фоне этой улыбки я не смог выдавить ни слова.
В голове вертелось только одно: «Мне конец».
Я нагло схватил руку Второй Принцессы. И не просто коснулся — я полностью накрыл её ладонь своей.
— Или ты просто хотел подержать меня за руку?
— …Прошу прощения. Это ошибка.
Я попытался неловко отдёрнуть руку, но не смог.
Потому что теперь Вторая Принцесса держала меня.
— Так смело схватить, а потом назвать это ошибкой… Какое трусливое оправдание.
…
Это вот так себя чувствует добыча, попавшая в паутину?
Вторая Принцесса явно наслаждалась моим дискомфортом.
— Раз уж ты уже взял принцессу за руку, воспользуйся шансом до конца.
Её губы изогнулись ещё сильнее.
«Мне точно конец».
С таким выражением она никогда не останавливалась, пока противник не сдастся.
Это был тот же азартный взгляд, что появлялся у неё, когда она играла в шахматы или в «военные игры».
И беда в том, что этот «переключатель» включил я сам.
Она просто сидела. А руку первым схватил я.
Значит, и отвечать за это — мне. Раз уж начал, просто отступить уже нельзя.
— Тогда… так и сделаю.
С горькой улыбкой мне оставалось только продолжать держать руку Второй Принцессы до конца спектакля.
— Ваше Святейшество! Верующие ждут ответа!
Актёры уже вышли на кульминацию и выкладывались на полную, но я не мог сосредоточиться.
Всё внимание ушло в тепло наших сцепленных рук.
Тонкие суставы, мягкая ладонь, тыльная сторона кисти — и даже то, как её указательный палец лениво выводил узоры… я ощущал всё до мельчайшей детали.
Глаза смотрели на сцену, а нервы — были полностью заняты нашей ладонью.
«Вот тебе и театр».
Я криво усмехнулся.
Я не запомнил ни единого эпизода.
Зато Вторая Принцесса спокойно смотрела постановку с невозмутимым лицом.
Спроси её — перескажет всё от начала и до конца.
Её аура, утончённая и властная, не изменилась ни на волос.
До или после — разницы в поведении не было.
Испытав странное чувство поражения, я крепче сжал её руку.
Похоже, она это почувствовала: повернулась и улыбнулась хитро.
— Вот теперь ты честный.
И она бесцеремонно переплела наши пальцы.
После этого уровень попкорна больше не уменьшился — до самого конца спектакля.
Первая постановка «Богини аэрофритюрницы», на которую пришёл Император, завершилась успехом.
Имперцы одарили Труппу «Ореол» громовыми аплодисментами, критики рассыпались в похвалах.
Я, честно говоря, почти ничего не запомнил, но, судя по реакции, спектакль вышел великолепным.
Разумеется, успех обеспечили не только актёры.
Немалую роль сыграла новая «театральная еда» — попкорн.
Попкорн снимал скуку в течение двухчасового представления.
Он был вкусным, почти не пах, и жевали его тихо.
Для людей, которые страдали от соседей, таскавших в театр рамен, попкорн стал спасителем, снизошедшим с небес.
— Говорят, в театрах запретили приносить рамен.
— Наконец-то! Теперь можно смотреть спокойно!
Как только появился попкорн, театры начали запрещать рамен, и народ повалил толпами, едва услышав новость.
Люди возвращались домой после спектакля с попкорном — и довольными лицами.
— Продажи колы в столице взлетели за пару дней.
— Конечно. Попкорн сушит горло, вот и берут напитки.
Попкорн неизбежно вызывал жажду, и спрос на напитки вырос.
В результате всё чаще можно было увидеть связку «попкорн + кола» для похода в театр.
Кола и попкорн становились стандартным набором театральной культуры.
— Вкусно же, — сказала Ария, хрумкая карамельный попкорн и запивая колой.
— Кстати, сэмпай, ты ведь недавно ходил на «Богиню аэрофритюрницы» со Второй Принцессой?
— Да, ходил.
Я кивнул, и Ария заинтересовалась.
— Ну и как?
— Ну… было приятно.
По правде говоря, содержание я не помнил вообще.
Я помнил только Вторую Принцессу в чёрном платье — совсем не такую, как обычно — и то, что мы весь спектакль просидели, переплетя пальцы.
Стоило вспомнить, как мне стало неловко.
Ощущение того дня слишком отчётливо вернулось в правую руку.
Будто её пальцы до сих пор выводили на моей коже узоры.
— Ты сказал «приятно», так почему мнёшься?
Ария наклонила голову.
Ничего странного она, к счастью, не уловила — и не стала раздувать тему.
— В любом случае, когда у меня будет время, сходим. Думаю, скоро станет чуть полегче.
— Хорошо.
Я ответил и встряхнул правой рукой, отгоняя мысли.
Ария, как менеджер по переработанной еде в Башне, в последнее время была загружена до предела.
Позиции множились, пока это не стало почти неконтролируемым.
— Но почему тебя вдруг потянуло в театр?
— Чтобы продать аэрофритюрницы.
Я объяснил Арии план Второй Принцессы.
Идея была в том, чтобы распространить пьесу «Богиня очага» по Трём Северным Королевствам как «предрекламу», а затем — запустить там продажи аэрофритюрниц.
Через культурный обмен сделать северян «зависимыми» без единого удара мечом.
Ведь аэрофритюрница, Очаг Богини, для людей, живущих во льдах, будет вещью первой необходимости.
«Как минимум это лучше войны».
Запуск попкорна был частью подготовки.
Если пьеса станет успешной, аэрофритюрница разойдётся ещё проще.
— И когда ты успеешь всё это провернуть? — Ария посмотрела на меня так, будто план был бредом.
В теории звучало легко, на деле — совсем нет.
Главная проблема была в попкорне.
Потребуется время, чтобы попкорн, который только-только появился в столице, дошёл до севера.
За пределами столицы большинство ещё даже не знало, что это такое.
Проще говоря, узнаваемость была слишком низкой.
В мире, где удобная еда вроде рамена уже успела распространиться, попкорну, пришедшему позже, будет непросто закрепиться.
Но решение у меня было.
— Надо брать объёмом.
— Объёмом?
— Да.
В чём вообще преимущество попкорна?
Он «дешёвый» и его «безумно много» — достоинства, с которыми даже рамену трудно тягаться.
Если имперцы узнают о попкорне, дальше всё будет делом времени.
А канал, чтобы вбросить эту новость, у меня уже есть.
【Наполни любую ёмкость сколько душе угодно — Арена-попкорн!】
【С 1 по 4 октября! Четыре дня безлимита!】
План был прост: «перегрузить» Арену попкорном и задавить рынок чистым объёмом.