Четыре письма
— …Здравствуйте.
— Да, здравствуйте.
Сразу после разговора с Первой принцессой по хрустальному шару я оказался лицом к лицу с Иберкиной, которая явилась в Башню.
Иберкина, которую я видел сейчас, была бесстрастной красавицей — по её лицу невозможно было понять, о чём она думает.
«Она правда дракон?»
Моя уверенность, что Иберкина — дракон, была чистой догадкой.
На самом деле шанс, что это не так, был довольно высоким.
Драконы редко выходят в человеческий мир иначе как «ради развлечения», а даже тогда почти никогда не раскрывают свою личность.
Гораздо реалистичнее было предположить, что это либо тёзка, либо архимаг, выдающий себя за дракона.
Как бы ни чесалось выяснить правду, я не посмел лезть в её личность.
Я слышал, что драконы, чьё «развлечение» рушат, не оставляют в живых тех, кто испортил им игру.
В любом случае.
— По какой причине вы искали меня?
Мне было любопытно, зачем Иберкина пришла именно ко мне.
Во время связи с Первой принцессой я услышал только то, что она прибудет, но не узнал — с какой целью.
Но Иберкина ответила сразу.
— …Не ответили, поэтому пришла.
— О каком ответе идёт речь?
— …О правке энциклопедии. Я отправила 4 просьбы, но ответа не получила.
— Понимаю. Прошу прощения, что не ответил, хотя вы отправили 4 запроса.
Я понимал её недовольство, однако у нас были свои обстоятельства.
— Нам приходит столько злонамеренных писем, что ваше, похоже, просто затерялось.
Письма о моей переработанной «Энциклопедии зверей» валились десятками каждый день.
От проклятий в адрес Белой Магической Башни до споров о том, что ежемесячные обложки «слишком вызывающие», и угроз о том, что мы «подкручиваем шанс» на коллекционные стикеры.
В такой куче хлама найти письмо Иберкины было почти невозможно.
— Если вы скажете, я обязательно исправлю информацию в следующем выпуске.
Кивок, кивок.
Иберкина кивнула с выражением удовлетворения.
А я тем временем изо всех сил держал лицо.
Наш разговор только что поднял вероятность того, что она действительно дракон, почти до 100%.
Знать о переезде логова и о возрасте могла либо сама Иберкина, либо кто-то очень близкий к ней.
А с таким же именем… тут и говорить нечего.
Я хотел притвориться, что ничего не понял, и аккуратно свернуть тему, но…
— …У Иберкины 4 рога.
«Сделаем вид, что я не понял».
— 6 000 — это возраст моей сестры.
— …
Притворяться дальше было бессмысленно.
Только у драконов бывают родственники, которым 6 000 лет.
«Она даже не пытается скрываться».
Проблема была в том, что рядом стояла не только я, но и наш мастер Башни.
И, конечно, Ланя уставилась на Иберкину с потрясённым выражением.
— Дракон…!
— …Не нужно настораживаться. Я пришла только ради правки энциклопедии.
Иберкина успокаивала, но напряжение Лани это не снимало.
Я спросил с внутренней осторожностью:
— Вам нормально говорить так открыто?
— …Неважно. Я не занимаюсь развлечением.
Драконы крайне не любят, когда их личность раскрывают во время «развлечений».
Причина проста: это ломает им погружение.
Но если дракон не «развлекается», то раскрывать себя ему, похоже, не принципиально.
— Верховная форма жизни на земле.
Одной этой фразой можно описать дракона.
— Всё равно лучше скрывать личность, пока вы в Империи. Иначе будет шум.
— …Да, поняла.
Эмоции Иберкины казались приглушёнными.
Говорят, характер дракона следует за его стихией — может, поэтому? Всё-таки ледяной дракон.
Из-за этого она была куда проще в общении, чем тот «высокомерный дракон», которого я себе представлял.
Словно смотришь на хорошо воспитанного ребёнка.
«Ну, по меркам драконов она и есть ребёнок».
3 000 лет звучит впечатляюще, но в драконьем обществе это возраст «молодой».
Драконы с почти вечной жизнью живут и по 20 000 лет.
Если перевести на человеческий срок в 100 лет, ей примерно 14…
«Цифры вообще не укладываются в голове».
Усмехнувшись, я спросил то, что действительно было странно.
— Как вы вообще узнали об энциклопедии и нашли нас?
Вот это меня и смущало.
Иберкина жила в Пермафросте — в экстремальной полярной зоне даже по меркам Севера.
До Королевства Фиоре, где сходили с ума по «Хлебу Зверя», расстояние было чудовищным.
Но Иберкина сказала:
— …Ящеролюды принесли.
— Ящеролюды?
— …Да.
Иберкина кивнула.
— …Искали моё логово по энциклопедии.
— …
Я указывал в энциклопедии примерные места обитания — очень общие.
Я и представить не мог, что найдутся безумцы, которые попрутся в Пермафрост, опираясь на такую наводку.
Этот мир был полон людей, которые не ценят жизнь.
Внутренне качая головой, я спросил:
— Так вы купили «Синеглазого Ледяного Дракона»?
Кивок, кивок.
— …Абсолютная Иберкина.
— ?
— …Хочу.
Глаза Иберкины засияли, как звёзды.
Почему-то Иберкине отчаянно хотелось именно «трёхголовую Абсолютную Иберкину».
«…Рисунок, конечно, шикарный».
«Абсолютный Синеглазый Ледяной Дракон» был шедевром, который вылизал до идеала Дориан — двергр, знаменитый «золотыми руками».
Короче говоря, выглядело невероятно круто.
И Иберкина полностью влюбилась в этот величественный образ.
Но «Абсолютный Синеглазый Ледяной Дракон» — это коллекционный стикер, который выдаётся лишь при сборе 3 карт Иберкины.
Стикер, существующий в единственном экземпляре на всём континенте.
Я не мог просто взять и отдать его, потому что «попросили».
Я нормально это объяснил, и Иберкина расстроилась, но истерик не устроила.
Какое бы у неё ни было воспитание, дракон она оказалась очень послушный.
Смотришь — и даже гордость берёт.
Однако у неё был 1 минус.
— Аун, аун.
Она сначала пыталась сунуть в рот всё, что видела.
«Она кости от курицы ест, вместе со всем остальным».
Она открывала рот с «аун» — и предмет исчезал за 1 укус.
Неудивительно, что Первая принцесса смогла выманить и… утащить её едой.
Когда Иберкина вошла в столовую, она непрерывно искала, что бы съесть.
А затем, увидев Болитура, который зашёл после работы, Иберкина радостно загорелась.
— …Медведь.
Но Болитур, поймав её взгляд, застыл, будто увидел чудовище.
Потом попятился, тихо развернулся — и убежал.
Главное: убежал он на 4 лапах.
«У них инстинктивный страх перед драконами?»
Ну, ледяные драконы — тираны Пермафроста.
Для племени Белых Медведей, живущего там же, ледяной дракон — объект ужаса.
Страх, когда перед тобой вершина пищевой цепи, естественен.
— …Медведю я не нравлюсь.
Иберкина поникла, глядя, как Болитур сбегает при каждой встрече.
А Болитур потом ещё долго страдал стрессовой линькой.
Я впервые узнал, что медведи могут линять от стресса.
Хотя Иберкина выполнила изначальную цель — добиться правок энциклопедии, из Белой Магической Башни она не ушла.
Причина была проста.
— …Вкусно.
Белая Магическая Башня, родина переработанной еды, могла предложить Иберкине столько вкусного, что она не хотела уходить.
И это ровно то, чего я добивался.
Дракон с бесконечной маной — сама суть «нечестности».
Если заполучить поддержку такого дракона, возможности станут безграничными.
«Можно даже заставить её делать карты».
Я хотел сделать не просто «карты».
Моя цель — вставить в них что-то вроде «голограммы»: маленькую иллюзию, которая будет парить над поверхностью.
Конечно, иллюзионная магия дорога и сложна настолько, что без инвестиций Первой принцессы это не потянуть.
Поэтому иллюзии будут фишкой только у определённых карт.
«Начнём хотя бы с эпика».
Но именно эта редкость сделает «Карты Зверей» по-настоящему особенными.
Люди обожают «уникальное».
Я прекрасно помнил коллекционный безумный ажиотаж из прошлой жизни.
Присутствие Иберкины резко сокращало сроки производства.
Драконы — существа, которые делают то, что обычному магу нужно просчитывать неделями, просто «интуицией».
Не зря их называют мастерами магии.
Кстати.
— Маленьким детям кофе ещё нельзя.
Лилис забрала у Иберкины кружку с «Максимом».
— Пей молоко.
— …
Лилис оставалась в Белой Магической Башне — помогала с производством карт.
Как Истинная кровь, она знала о магии очень многое.
Это было хорошо, но Лилис обращалась с Иберкиной как с «ребёнком».
С Первой принцессой и Бьянкой она не могла показать характер, зато встретила Иберкину, которая выглядела младше, — и начала подчёркивать собственную «взрослость».
— …Я вообще-то очень старая.
— Ты ниже меня.
При разнице роста из разряда «желудь против желудя» Лилис победно улыбнулась.
И это при том, что она знала: Иберкина — дракон.
Удивительно было другое: Иберкина слушалась.
— …Лилис, а как сделать вот это?
— Ты даже с этим не можешь? Дай сюда.
Перед карточкой с надписью «Убийца цепей» Лилис повела маной.
Над картой вспыхнул магический круг, и мана начала принимать форму.
И затем…
— У-уф…
Над картой возник маленький силуэт в цепях.
— …О.
— Хмф, это ерунда.
Лилис потёрла нос, глядя на Иберкину, у которой глаза сияли, как звёзды.
«Это впечатляет».
Лилис говорила «ерунда», но на деле это было невероятно.
Она сделала за 10 минут то, что обычному магу заняло бы полдня.
Значит, шла к этому очень долго.
Возраст вампиров по внешности не читается.
— Если будешь учиться, станешь как я.
Сцена была бесстыдной: как будто маг высокого уровня красуется перед ребёнком.
Однако…
— …Вот так?
— Да, вот…
Иберкина наклонила голову, махнула рукой — и сделала то же самое, что Лилис.
— …А?
Лилис моргнула, сравнивая своё и Иберкинино.
Потом взвилась.
— Эй! Без магического круга — это жульничество!
Она замахала руками, ломая Иберкинину конструкцию.
«Так мы закончим раньше, чем я думал».
Похоже, сроки производства «Карт Зверей» станут куда короче, чем я рассчитывал.
И так прошло ещё 2 месяца.
【…Мифология Фиоре выходит в формате карточной игры!】
【Предъявите коллекционные стикеры в ближайшей гильдии торговцев и получите Карты Зверей!】
Новость о том, что коллекционные стикеры превратились в карты, прогремела по континенту.
Тем временем, в комнате некоего анонима, купившего «Синеглазого Ледяного Дракона» на аукционе за 5 000 000 золотых…
— Явись, Синеглазый Ледяной Дракон!
Над картой поднялась маленькая мана-формация.
Это была «Синеглазая Ледяная Дракониха Иберкина».
— Хе… хе-хахаха!
Аноним, вернее…
Третий принц Леон расхохотался.
— Хахахаха!
Служанка, ставившая чашку чая, посмотрела на Леона с тревогой.