Трапеза

Банкетный зал, где ужинала императорская семья, находился в самом центре Императорского дворца.

Пройдя длинный коридор, ведущий к залу, я остановился перед белой дверью с барельефом золотого дракона.

— Верхнюю одежду можете оставить мне.

— Да.

Императорский камергер, осмотрев мои вещи, забрал плащ и повесил его в шкаф сбоку.

Форма шкафа показалась мне подозрительно знакомой.

Словно то, что я знаю, просто вытянули вверх…

Это же «горячий ящик».

Зима, наверное. Император хранил верхнюю одежду в «горячем ящике».

После «гардероба из магического холодильника» я уже понял: фантазии у Его Величества хватает с избытком, если не сказать больше.

— Фух…

Стоя у входа, я глубоко вдохнул.

В голове всплыли слова Второй принцессы, сказанные накануне.

*Не упоминай пустые места. Это были места моих погибших братьев.*

Погибшие братья.

Братья Второй принцессы — значит, Первый принц и Второй принц.

Я слышал, что это были близнецы с врождёнными болезнями, прожившие недолго.

Императрица, родившая близнецов, тоже умерла вскоре после рождения Второй принцессы.

Вот почему Леон, Третий принц, рождённый от наложницы, не назывался Первым принцем.

— «Юри Грайиот из Магической башни Белой магии входит».

Собравшись, я вошёл.

Широкий стол, занимавший почти весь зал, был уставлен «быстрой едой», которую в Империи считали символом новой культуры.

Гамбургеры, курица, пицца. И всё, что к ним подходило…

На дальнем конце сидели Император Юлий II и нынешняя Императрица Марианна.

Справа от них — Первая принцесса Люсиэла, Вторая принцесса Кристина и Третий принц Леон.

Места напротив них были полностью пустыми.

— Я приветствую Его Величество, солнце Империи.

Я прежде всего поклонился Императору, который изо всех сил пытался разрезать гамбургер.

Затем поклонился Императрице и императорским детям.

И — чуть склонил голову в сторону двух пустых мест слева.

На прежде равнодушном лице Второй принцессы появилась улыбка.

Первая принцесса, Третий принц и даже Императрица тоже явно удивились.

Значит, я всё-таки не забыл, что нужно.

— Добро пожаловать, Юри Грайиот.

Император, выглядевший довольным, кивнул мне.

— Садись.

— Благодарю.

Я осторожно отодвинул подготовленный у края стола стул и сел.

Отсюда Император с Императрицей казались слишком далеко.

Да это же ужасно далеко.

Стол был нелепо огромным для пяти человек.

И всё же вся императорская семья смотрела на меня с другого конца.

Ощущение было такое, будто я сел не ужинать, а проходить «давящий собеседовательный экзамен».

— Не нужно так напрягаться. Ешь спокойно.

— Да.

Передо мной лежали знакомые вещи: гамбургер, курица, пицца.

Проблема заключалась в том, что рядом лежали ещё и вилка с ножом.

*…*

Я секунду внутренне боролся — и всё-таки взял приборы.

А затем, подражая Императору, проколол гамбургер вилкой и начал резать ножом.

На лице Императора расцвела яркая улыбка.

Я выбрал «правильно».

— Видишь? Даже тот, кто придумал гамбургер, ест его ножом.

— Ваше Величество, гамбургер обычно едят руками. Маг Юри просто использует приборы, потому что так делаете вы.

Редкий случай, когда Первая принцесса сказала что-то абсолютно верное.

Император повернулся ко мне.

— То, что сказала Люсиэла, правда?

— Нет. Верного способа нет.

Ответ в этом случае вроде бы очевиден, но «верность» зависит от места и ситуации.

— Если Его Величеству удобнее вилка и нож, значит, для вас это и есть правильный способ.

— О, какая мудрость!

— Я лишь констатировал факт.

Император был явно доволен моим ответом, который звучал как лесть, но выглядел «разумным».

— Тогда, значит, и тебе удобнее есть так же, как и мне?

— Я привык так есть с самого начала.

— Вот и правильно.

— …

Его взгляд становился всё более тяжёлым.

Кажется, он ощутил некую «внутреннюю связь» со мной.

*Может, надо было сразу есть руками?*

Я слишком остро почувствовал, что застегнул пуговицы не с того места, но теперь уже поздно.

Если я внезапно перейду на руки, будет ещё страннее.

— Ха-ха, чувствуй себя как дома и наслаждайся.

— Да, Ваше Величество.

Пока я резал ножом и ел сырный бургер, Император вдруг сказал:

— Хм? Кристина, это ожерелье я раньше не видел.

На его любопытный голос я повернулся к Второй принцессе — и у меня внутри всё ухнуло вниз.

На шее Второй принцессы висел тот самый сувенир, который я ей подарил.

— Мне понравилось, вот и надела.

— Понимаю.

— Да.

Император не проявил к ожерелью больше интереса и продолжил есть.

*Фух…*

Я уже собирался выдохнуть, но в этот момент наши взгляды с Второй принцессой встретились.

Её красные глаза чуть сузились.

— …

Я застыл, пойманный её озорной улыбкой, и не успел отвести взгляд, как заговорила Императрица.

— О вас много слышала. Вы знакомы с нашими детьми, верно?

Императрица, элегантно накручивая лапшу на вилку, смотрела на меня с интересом.

Я сперва подумал, что это паста… но, присмотревшись, понял: это рамен.

Стараясь не смотреть на приборы, я ответил:

— Сложно назвать это знакомством. Их Высочества просто уделяют мне больше внимания, чем я заслуживаю.

— Как красиво вы говорите.

Императрица мягко улыбнулась.

— Тогда с кем из троих вы ближе всего?

— …

Взгляды тут же собрались на мне.

Это был тест?

Взгляд Второй принцессы давил, но я намеренно его избегал и выбрал «безопасный вариант».

— С Первой принцессой…

— Кхм.

— Немного…

— КХМ-КХМ!

— Нет, со Второй принцессой…

— *кха-кха!*

— …

— Простите, это я внезапно закашлялся. Не обращайте внимания, продолжайте.

Император вытер рот платком и махнул рукой, словно ничего страшного.

— Если подумать, с Третьим принцем я в последнее время довольно сблизился из-за карт зверей.

— О, с Леоном!

Император широко ухмыльнулся.

— Да, когда я впервые выпустил колу, именно Третий принц пришёл ко мне.

— О, вот как?

На вопрос Императора Третий принц самодовольно усмехнулся.

— Так и есть, Ваше Величество. Маг Юри — мой весьма близкий друг. Мы много обсуждали мифологию Фиоре.

— Ха-ха! Вот как!

— Наш Леон завёл прекрасного друга.

Император и Императрица обменялись довольными улыбками.

Я мельком посмотрел на Вторую принцессу.

Она с равнодушным лицом резала ножом стейк.

По-прежнему непроницаемая.

— Что вы думаете о церкви?

— Я считаю, что религия лучше всего работает тогда, когда остаётся религией.

— О, понимаю.

После этого Император продолжил задавать вопросы, будто проводя «разведку».

Это было как решать задачи на собеседовании.

Похоже, мои ответы его устраивали.

— Пьёшь?

— Если мне предложат, буду благодарен.

На столе появились бокалы.

---

И выпивка не закончилась даже после того, как ужин формально завершился.

Императрица и императорские дети ушли, и мы остались вдвоём — Император и я.

— Держи.

— Да.

Прозрачный алкоголь заполнил мой бокал, который почему-то оказался гораздо ближе к Императору, чем должен был.

Это был крепкий виски с очень высоким градусом.

— Ха-ха. Обмануть королевство Карсель напитком, который ты уже разрабатывал раньше, — ловко.

— …

То, что я понял из разговора: Император был чрезвычайно умным человеком.

Он уже знал, что я «обманул» Карсель Milkiss.

Он улыбался дружелюбно, но в этой дружелюбности были и кнут, и пряник.

— Знаешь, что забавно? В Империи много тех, кто шепчет мне сладкие слова. Двенадцать башен магии — и лорды тоже.

Империя была феодальным государством с децентрализацией и автономией лордов.

Яркий пример — «сухой закон».

Его вводили местные лорды совместно с Двенадцатью башнями.

Император смог отменить сухой закон не одной императорской волей, а потому что лорды, ощутив проигрыш, согласились на отмену.

То есть у императорской власти были пределы.

Популярность «политики простолюдина» и противостояние церкви тоже были частью стратегии централизации.

— Большинство придворных магов — из Двенадцати башен. И порой я сам не понимаю, работают ли они на меня искренне.

Лицо Императора порозовело от виски. Он уставился прямо на меня.

— Скажу прямо. Я хочу, чтобы ты стал придворным магом.

Это была открытая попытка сделать меня «его человеком».

Не просто привязать к императорской семье — а поставить на мне замок.

И главное: у придворных магов всегда чудовищная нагрузка.

— …Ваше Величество.

— Говори.

— Я польщён вашей милостью, но боюсь, мои способности недостаточны для должности придворного мага.

— Ничего подобного. Я не видел никого более подходящего, чем ты. Доверься себе.

— …

У меня заболела голова.

И не только от крепкого алкоголя.

Этот же разговор повторялся по кругу уже несколько часов.

— Я позабочусь, чтобы ты сохранил должность придворного мага до конца жизни. Всё ещё тяжело?

— Простите, Ваше Величество.

— Ну, я не могу заставить.

Голос Императора звучал с сожалением.

— Тогда я не буду настаивать.

— Я благодарен.

— Но я всё равно хочу тебя наградить.

Император задумчиво погладил бороду, будто что-то придумал.

— Я специально включу твоё имя в ближайшую декларацию.

— В какую декларацию?

— Осуждение вмешательства церкви во внутренние дела. Раз ты тоже не одобряешь поведение церкви, это будет хорошая возможность.

Его ясные голубые глаза впились в меня.

— Помоги мне поставить Империю на правильные рельсы.

— …

Что мне делать?

Я слишком хорошо ему подыграл, и теперь меня могут сделать передовым знаменем конфликта с церковью.