Шапка Санты
— 25 декабря Санта-Клаус придёт к тебе!
Неожиданная новость потрясла Империю.
И дело было не просто в том, что Санта-Клаус тайком оставляет подарки ночью.
— Санта-Клаус появится на главной площади столицы!
— Вау… значит, мы сможем увидеть настоящего Санту?
И взрослые, и дети одинаково взбудоражились: фигура, до сих пор существовавшая лишь в слухах, обещала явиться лично.
Санта-Клаус стал самым обсуждаемым человеком в Империи.
— Санта-Клаус — это гном.
— Ерунда. У этой вспыльчивой расы не может быть Санты.
— Я видел его вместе с сыном. Санта — высокий, крепкий дед. Он голыми руками вылез по дымоходу.
— Хватит рассказывать сны. Как старик может карабкаться по трубе руками?
— Я говорю: видел своими глазами! Санта — сверхчеловек, который одним прыжком перескакивает на несколько метров!
— Ты хочешь сказать, что у архимага такая физическая сила? Тогда уж зови Санту ассасином.
— Ха-ха-ха!
Поздними вечерами в тавернах люди спорили, строили догадки и веселились — кем же на самом деле является Санта-Клаус.
Все ждали 25 декабря.
Никто не мог не любить Санту, который ничего не просит взамен и оставляет подарки, особенно детям.
Дети, верившие, что Санта спускается по дымоходу и оставляет подарки, вывешивали у камина носки и загадывали желания; взрослые же иногда надевали костюм Санты ради этих сияющих глаз.
И пока весь народ ждал 25 декабря с надеждой и волнением, в нашей Магической башне происходило настоящее чудо.
— Это и правда происходит.
— Боже мой…
— Я никогда не видел, чтобы дворяне добровольно жертвовали деньги…
Так отреагировали Ария, Ланья и Сион — каждый по-своему.
На столе перед ними лежал лист с общей суммой средств, собранных в Фонд Санта-Клауса. И цифра заставила удивиться даже меня.
【22.5 миллиона золотых】
22.5 миллиона золотых.
В Фонд Санта-Клауса собрали больше 20 миллионов.
«Гораздо больше, чем я ожидал».
Из них 10 миллионов поступили от Церкви и имперской казны, но даже если вычесть это — всё равно оставалось 12.5 миллиона, собранных пожертвованиями.
Если бы это назвали просто «благотворительностью», такие деньги никогда бы не набрались.
Люди этого мира были не так уж охочи до пожертвований.
Но стоило добавить имя «Санта-Клаус», как всё изменилось.
Желающих стало тянуть один за другим: каждый хотел, чтобы его имя оказалось рядом с подарками, которые раздаёт самый популярный человек Империи.
Самые крупные суммы внесли торговые гильдии.
Для купцов подарки Санты были идеальным рекламным инструментом.
И пока мы стояли, поражённые цифрой, пожертвования продолжали поступать.
— Мы, кажется, правда сможем раздать подарки по всей Империи.
Ария сказала это — и по сумме действительно выходило, что задача не выглядит невозможной.
Оставался вопрос доставки, но…
«Если подключатся Церковь и Империя — справимся».
У обеих организаций по всей Империи есть административные люди и сети.
А самое важное — сами подарки — благодаря активному участию купцов готовить было несложно.
Пока я утопал в предрождественских хлопотах, время шло, и 25 декабря приближалось.
А потом…
— М-мама! С-санта приходил!
— Куда?! Ой… правда!
— П-подарок от Санты!
Дети, проснувшиеся утром, с восторгом находили подарки у подушки.
В полночь 24 декабря, в канун Рождества, Санта уже успел «навестить» их, пока они спали.
Разумеется, он не мог обойти все регионы лично, поэтому помогали и Церковь, и Империя.
Но для ребёнка, который получил подарок, это всё равно было магией — тайной и чудом.
— Санта к нам приходил!
— Вау!
Империя расцвела смехом: день начался с сюрприза от Санты.
Но это было только начало.
Вечером 25 декабря Санта-Клаус должен был появиться на столичной площади.
На главной площади кипела подготовка.
Символы Санты — сани, красная одежда, носки, посох и колокольчики — развесили на большом церемониальном дереве.
Служители Церкви карабкались на дерево и крыши, закрепляли большие звёзды и готовили свечи, а торговцы выставляли палатки.
Всё шло гладко.
Подарки накануне доставили как надо, и площадь, ожидающая Санту, дышала Рождеством.
Кроме одного.
— С-старший! Его Величество Император едет сюда!
— Кто?
— Император, Император!
«…?»
Неожиданный визит Императора в Магическую башню.
Сам факт визита удивлял, но это ещё не было бедой.
…До тех пор, пока…
— …Ваше Величество.
— Ха-ха, мне идёт?
«…»
Проблема заключалась в другом: Император явился в шапке Санты, которая ему абсолютно не шла.
За его спиной сопровождавший чиновник обливался потом.
— …Вам очень идёт.
Я, не зная, что сказать, начал с комплимента.
— Значит, и ты считаешь, что идёт.
— Да, Ваше Величество.
Чиновник посмотрел на меня так, будто хотел убить, но я сделал вид, что не замечаю, и почтительно склонил голову.
Когда верховный человек Империи смотрит с ожиданием — спорить бессмысленно.
К тому же ход Императора был, как ни странно, очень умным.
Санта-Клаус стал любимцем по всей стране, и Император в шапке Санты гарантированно вызвал бы у людей тёплую реакцию.
Кто-то скажет: «Подумаешь, шапка». Но для императора этой эпохи это было довольно радикально.
И это укладывалось в стратегию Юлия II — вернуть доверие к императорской семье, подорванное тиранией прошлого императора.
Порой он умудрялся ставить людей в тупик, но в целом был человеком хорошим.
— Тогда увидимся вечером.
— …?
У меня есть какие-то дела с Императором вечером?
— Ваше Величество, вы собираетесь прийти на площадь в этой шапке?
— Я загляну ненадолго.
Император улыбнулся тепло.
— Слышал, в Империи сейчас стало популярно надевать костюмы Санты и обмениваться подарками.
«…»
Похлопав меня по плечу, он ушёл, пообещав «увидимся позже».
Уход был не менее загадочным, чем приход, но если подумать спокойно — для меня это даже выгодно.
Нет.
— …Это очень выгодно.
— Ты правда спятил?
Ария посмотрела на меня так, будто я потерял рассудок, услышав моё бормотание.
Но я был совершенно трезв.
— Если Его Величество появится в шапке Санты, Санта-Клаус станет ещё более знаменитым.
Возможно, его даже официально признают на государственном уровне.
Что 25 декабря — день Санта-Клауса.
И, как ты знаешь, Санта-Клаус — наш маскот.
То есть у Империи появится «день Белой магической башни».
И тут меня осенила блестящая мысль.
— Если Император надел шапку Санты, разве подданным не приличествует надеть такую же?
— Что?
— Подумай. Если Его Величество выйдет в шапке Санты, а, скажем, премьер-министр — нет, разве это не будет выглядеть как неуважение? По-своему, конечно.
— Ты серьёзно?
— Рия, зови как можно больше людей.
Я пригласил на площадь высоких чиновников Империи — включая маркиза Хьюза и святую.
Мой план был простой.
Как только Император выйдет в шапке Санты — я воспользуюсь моментом и продам шапки всем почётным гостям.
Покупка добровольная… но разве у них будет выбор?
Если Император в шапке, а ты — нет, это словно проситься «в список».
«Вот оно».
Идеальный шанс закрепить Санта-Клауса в этом мире.
Поздним вечером, после заката, площадь Империи гудела людьми.
Большинство — родители с детьми.
Все пришли увидеть Санта-Клауса.
— Не думал, что Кристина заинтересуется таким.
— Я вложилась в этот план. Должна же я прийти и посмотреть, как всё идёт.
— Это верно.
С террасы, откуда площадь была видна как на ладони, я наблюдал праздник вместе с Кристиной.
Площадь, залитая свечами.
Люди смеялись, переговаривались, покупали в палатках.
Живой, радостный фестиваль, который всем пришёлся по душе.
Но сама Кристина смешаться с толпой не могла.
Члену императорской семьи опасно легкомысленно входить в густую массу людей.
Ей оставалось смотреть издалека и не иметь возможности по-настоящему участвовать.
Наверное, такова печаль тех, кто сидит высоко.
Глядя на профиль Кристины, я вдруг сказал:
— Хочешь примерить?
Кристина посмотрела на шапку Санты, которую я протянул, и спросила:
— Ты предлагаешь мне стать клоуном?
— Клоуном? Вовсе нет.
Кристина тихо усмехнулась, увидев мою растерянность.
— Шучу.
Взяв шапку, она надела её и с озорством произнесла:
— Если мой возлюбленный просит — как я могу отказать в такой простой шапке?
— Кхм.
Я прочистил горло и оглянулся.
К счастью, Мориан, караульный у входа на террасу, похоже, ничего не услышал.
Кристина цокнула языком, заметив мою реакцию.
— Трус.
— Осторожность полезнее.
Стоило представить, что Император услышит, как его незамужнюю дочь кто-то называет «возлюбленной», — и голова начинала болеть заранее.
— Пойдём. Пора.
Я вышел с Кристиной на площадь.
В VIP-секторе сбоку уже сидели дворяне, пришедшие раньше остальных.
Я заметил среди них приглашённых: маркиза Саммонота и графа Андерссона.
— Похоже, Его Величество ещё не пришёл.
— Ты слышал, что он собирается?
— Он не из тех, кто пропустит такой праздник. Придёт.
Кристина посмотрела на дворян и криво улыбнулась.
— Сейчас будет весело.
Она улыбнулась так, будто уже знала, что вскоре произойдёт с этими людьми.
Дворяне, заметив Кристину, поднялись и подошли.
Пока она обменивалась приветствиями, я тихо ускользнул.
— Где тебя носило?
— Я сопровождал принцессу.
Я, вернувшись к группе нашей башни, наклонил голову.
— А где Мастер Башни?
— Сказала, что пойдёт осмотреться вместе с Оркой. На, поешь.
— А, спасибо.
Взяв у Арии куриный шашлычок, я посмотрел в сторону.
— Аун, аун.
Иберкина с энтузиазмом уплетала шашлычки у одной из палаток.
Пока меня не было, перед ней уже выросла гора пустых шпажек.
— Ты можешь перестать есть?! Ты же мучаешь торговца!
Рядом Лилисс отчитывала Иберкину, держа белое молоко.
Эффективно ли — неизвестно…
Мы втроём прошлись по площади, продолжая жевать шашлычки.
«Хорошо».
Вокруг — взрослые в костюмах Санты и дети с сияющими глазами.
Полная атмосфера праздника.
Но одной вещи не хватало.
«Снега нет».
На Рождество должен идти снег — а на площади ни единой снежинки.
Что ж. Если снега нет — сделаем его.
Я купил у торговца большой яблочный пирог.
— Госпожа Иберкина, можешь устроить снег?
— …Ун.
Иберкина, с яблочным пирогом во рту, кивнула.
И вскоре с неба начали падать снежинки — одна за другой.
— Ой, снег!
— Уааа!
Дети закричали от восторга, когда снег посыпался внезапно.
Снег усилился, и в мгновение площадь накрыло белым покрывалом.
Похолодало, но лица людей расплылись в широких улыбках.
И как раз когда рождественская атмосфера достигла пика…
— А?
— С-смотрите туда!
Кто-то ткнул пальцем и закричал.
Люди повернули головы — и по площади прокатился шёпот.
— Э-это Санта!
Полная луна висела в небе.
В тёмном мире, где густо падал снег, к площади спускались сани, запряжённые оленями.