Медвежий марш
— Сеньор! «Фейский виски» в Юнионе уже перевалил за 50 000 бутылок!
— …Уже?
Я и правда удивился словам Арии.
Население Юниона — почти 200 000. Пятьдесят тысяч бутылок — значит, почти половина жителей уже успела попробовать «Фейский виски».
Одна бутылка 750 мл — это чтобы двоим спокойно посидеть.
И всё это — всего за месяц после релиза.
— Высокая крепость сыграла нам на руку. В Юнионе любят напитки покрепче.
— Риа, он так хорошо продаётся, потому что ты делаешь отличный алкоголь.
— Ну, это само собой.
На лице Арии расползлась уверенная улыбка, будто она говорила: «А как иначе?»
Я мог дать ей идею виски, но «Фейский виски» — это её работа, собранная на этих знаниях.
И сейчас шум в Юнионе поднимал именно виски Арии, в её родном городе.
На старте она нервничала из-за продаж, а теперь откровенно гордилась результатом.
— А я? — подала голос Аила, словно тоже хотела свою долю похвалы.
— Вы тоже молодец, госпожа Аила. Благодаря вам качество виски получилось отличным.
Аила тут же расплылась в яркой улыбке.
Её уши… нет, в смысле она вся словно ожила от одной фразы.
Я невольно улыбнулся.
«Ну какая же она понятная и милая».
В любом случае…
«50 000 бутылок — это серьёзно».
Я удовлетворённо кивнул.
Ставка на крепкий виски для холодного севера была верной.
Люди предпочитали высокий градус, чтобы согреваться.
Это касалось и магов — неудивительно, что в Юнионе «Фейский виски» уже вышел на первое место по продажам среди алкоголя.
И это цифры только по одному Юниону — если брать весь север, выйдет вдвое больше.
Виски, которому всего месяц, уже теснил монополию вина.
«Слишком быстро, даже быстрее, чем я думал».
И дело было не только в крепости и вкусе.
Сработали «особые обстоятельства»: виноградный неурожай и дефицит вина заставили людей искать замену, и «Фейский виски» стал этой заменой.
Мы ещё и активно подчёркивали, что в производстве используется «святая вода», — многим стало любопытно, и они покупали хотя бы «попробовать».
В продажах был заметный ажиотаж.
Настоящие показатели станут понятны только когда этот пузырь схлынет.
Но даже так — результат меня устраивал.
Виски Арии был настолько хорош, что его полюбили даже двегры…
— И сколько мы ещё будем это терпеть?
— Хм. Пожалуй, даже не знаю.
— В смысле «не знаешь»? Они уже третьи сутки такие!
Ария нахмурилась и посмотрела в сторону склада, где рядами стояли дубовые бочки.
Там двегры, которые пришли «на экскурсию» в цех производства святой воды, уже прикручивали краники к большим горизонтальным бочкам, наполняли пивные кружки и залпом пили виски.
Для справки: никаких краников там не было до того, как пришли двегры.
— Ух!.. Та-ает, та-ает. Во рту исчезает.
— Если набрал — отойди! Моя очередь.
— Эй… о чём ты? Я ещё и стакана не выпил.
— Да ты, уважаемый, уже шестую кружку тянешь! Дай другим.
— Убери кружку, пока я её топором не укоротил!
Лица двегров, облепивших краник, были красные, как у людей после хорошей посиделки, и они толкали кружки вперёд.
Вокруг валялись пустые бочки.
«Фейский виски», оправдывая своё имя, таял и исчезал во рту.
А когда он встретился с двеграми, он исчезал буквально.
Ария проворчала:
— Какая это экскурсия? Они сюда просто пить пришли.
Я понимал её недовольство: двегры, заявившиеся якобы на «осмотр производства», опустошали бочки.
Но я мог только криво улыбнуться.
Двегры — раса, с которой выгодно дружить.
«И если честно, даже это выходит нам в плюс».
Пусть они почти каждый день заходили «на экскурсию» и «дегустацию без ограничений», мы не несли убытка.
Зерно для виски двегры давали нам по себестоимости.
А их зерно славилось качеством — считай, почти даром.
Плюс «викинги» по пути завозили всё на север — то есть никаких расходов на доставку.
Процедура теперь выглядела так: «осмотр цеха святой воды» и «неограниченная дегустация виски».
Говорят, то, что испаряется при выдержке, — «доля ангелов».
«У нас вместо доли ангелов теперь доля двегров».
Иронично, но двегры не только пили.
Они ещё и делились мнениями.
— Бочки не пора менять? Вкус всё равно хороший, но цвет уже светлее стал.
— Можно попробовать крутить напиток через несколько бочек по очереди.
— Сладость приятная, но нет ли варианта, где в конце есть хороший “удар”?
Двегры выдавали замечания после каждого глотка.
«По сути — дегустация».
Двегры, которые пьют и обсуждают алкоголь веками, — это опытные ценители. Их слова были ценнее многих отчётов.
— Сеньор, можно ручку?
Ария внезапно стала серьёзной и записывала каждую мелочь, что говорили двегры.
Упрямая, да. Но одна из сильных сторон Арии — она умела слушать любого, если тот говорил по делу.
— Сядь, так удобнее.
— Спасибо.
Я принёс ей стул, потому что она стояла и писала, положив бумагу прямо на бочку.
Она уселась, не отрываясь от записей.
Вот почему дружить с двеграми полезно.
Но…
«Вечно рассчитывать на них нельзя».
Нельзя бесконечно зависеть от двегров в вопросе ячменя.
Способ добывать ячмень своими силами у нас есть.
На севере есть зерновые районы, где его выращивают.
Проблема в другом: участившиеся появления белых медведей начали мешать уборке.
Когда я услышал об этом, я просто предложил… дать белым медведям колу.
Раз уж белые медведи умеют общаться, можно поговорить, пока угощаешь.
Да и Болитур: выглядит грозно, но вежливее многих людей.
Болитур говорил, что все белые медведи такие же спокойные и никого не тронут, если их не провоцировать.
И вообще нигде не было случаев, чтобы белые медведи вредили людям.
Северяне просто бросали поля, потому что приняли любопытство медведей за угрозу.
«Интересно, чем это закончилось».
Прошло уже две недели с тех пор, как я дал этот совет — результат должен был появиться.
— Хакун, пей давай!
— …Гр-р-р… с…пасибо.
— Ха-ха! Этот уже привык к общему языку!
В северном трактире огромный белый медведь, присев на корточки, пил кола-виски.
Посетители смотрели на это с тёплыми улыбками.
Медведь довольно урчал после каждого глотка виски, смешанного с колой.
Трактирщик, полируя стакан, спросил дружелюбно:
— Такое вкусное?
— …Гр-р-р… лучшее.
— Ха-ха, у нас ещё полно, пей сколько хочешь.
— Хакун! Держи мою колу!
— И виски!
— …Гр-р-р…
Посетители щедро подсовывали Хакуну то виски, то колу.
Редкая картина: медведь и люди пьют вместе.
Впервые Хакун пришёл в деревню две недели назад.
— …Хочу пить. В этой бутылке… что?
Он показал пустую бутылку виски и попросил ещё.
Люди, впервые увидев белого медведя, сначала разбежались.
Но Хакун не ушёл.
Бродя по деревне, он заглянул в трактир, где посетители как раз смотрели рекламу колы, — и там его встретили иначе.
— Это… кола-медведь!
— Невероятно… он настоящий!
Так Хакун подружился с деревней и стал пить с людьми.
В обмен на кола-виски он таскал дрова, переносил тяжёлые камни и вообще здорово помогал.
Труд десяти крепких мужчин за один стакан — сложно такого не полюбить.
Но даже если он прижился…
— Возвращайся, Хакун!
— Мы будем ждать!
Где встреча — там и расставание.
В день, когда прошёл ровно месяц с тех пор, как Хакун поселился в деревне, он отправился домой — обратно в Арктику.
На прощание жители дали ему огромный ящик, набитый виски и колой, в благодарность за помощь.
— Гр-р-р… с…пасибо.
Хакун радостно закинул ящик за спину и ушёл на север.
— …Вернусь. Дом навещу — и вернусь.
Пообещав скоро прийти снова.
…А потом случилось то, чего я никак не ожидал.
Примерно через два месяца после того, как я начал жить в Синей башне.
На рассвете.
Дзынь! Дзынь! Дзынь! Дзынь!
— Тревога! Тревога!
— Всем наружу!
Под грохот колокола и крики магов дверь моей комнаты распахнулась.
— Сеньор! Случилось ужасное! Быстро, идём!
— Что? Что происходит?
— Некогда объяснять! Одевайтесь и выходите!
Я, ничего не понимая, поднялся.
В холле маги Синей башни стояли с мрачными лицами, сжимая посохи.
Перед ними — маленькая девочка с рогами дракона, Мастер Синей башни Мириэн, и её лицо было каменным.
Они выглядели так, словно готовы к бою.
«Да что там происходит?..»
Остатки сна улетучились.
И Мириэн произнесла тяжёлым голосом:
— К нашей Синей башне приближаются враги. Они собираются напасть.
Враги, нападающие на Синюю башню Империи?
Такое вообще бывает?
Я нахмурился — и тут лица магов у окна побледнели.
— …А?
— О-они здесь!
— Всё… нам конец.
Я повернулся к окну, куда они смотрели, и… онемел.
Из-за горизонта к Синей башне шли огромные белые медведи.
— …Что это вообще такое?