Глава 239.0

— Что это? — спросила Тамася, разглядывая флакон, наполненный яркой, вихрящейся и сверкающей прозрачной жидкостью. Она казалась чем-то неземным и переливалась небесным светом.

— Эссенция Элефтерии, она поможет тебе снять оставшиеся печати, — ответил Уильям. Он посмотрел на сосуд; этот предмет стоил ему права на ежемесячную бесплатную покупку в магазине.

И хотя сейчас это был рискованный выбор, он гарантировал Тамасе абсолютную безопасность. Уильям был уверен: если она вернёт свою культивацию, то до тех пор, пока боги не решат спуститься на Арис, она будет неприкосновенна.

До того как её запечатали, Тамася находилась на ступени божества. Её рангом было Истинное Божество, и она стояла на самом пороге достижения Абсолютного Божества — уровня, на котором существо возносится в царство богов.

Достижение ступени Абсолютного Божества означало получение статуса бога; такому существу давали место среди небожителей, и оно начинало властвовать над стихиями или законами.

Разумеется, существовал ещё ряд условий, которые необходимо было выполнить, чтобы стать полноценным богом; это было не так просто, как обычный прорыв ранга.

Уильям вспомнил, насколько сильна она была на самом деле, и его губы тронула улыбка радости и гордости. Его будущая жена тоже была в шаге от того, чтобы стать божеством.

Он стоял рядом и наблюдал, как осторожно и с каким любопытством она изучает флакон.

— Создай вокруг себя защитный барьер, а потом просто выпей это, — сказал он.

— Где ты её взял? — Тамася широко раскрыла глаза от любопытства.

— Не спрашивай, — бесстрастно ответил Уильям. — Просто пей, тебе это пойдёт на пользу.

— Я знаю, что пойдёт, — она пристально посмотрела на него, — но я должна знать, что именно употребляю. Это какое-то зелье? Я не хочу пить всякую гадость вроде сока насекомых или вытяжки из каких-нибудь тварей.

Уильям посмотрел на неё, опешив от того, какой бред она несёт. Он пару секунд недоумённо глядел на неё, а затем кивнул:

— Это просто зелье, сваренное на травах.

Тамася окинула его подозрительным взглядом, но всё же кивнула.

— Отойди на несколько шагов.

Уильям повиновался и отошёл на пару метров. Заложив руки за спину, он наблюдал за ней издалека. Тамася бросила на него последний взгляд и возвела вокруг себя барьер из элемента тени.

Уильям с улыбкой смотрел на её исчезающий силуэт.

[Хозяин, она тебя убьёт!] — раздалось предупреждение Системы.

————⁜⁜⁜————

Эссенция Элефтерии (древний ранг)

Эссенция крови богини Элефтерии, богини свободы и вольности, которую та извлекла из своей крови в последние мгновения жизни для своей дочери, запечатанной богом-демоном за пределами Бездны.

Если эссенция не была использована, значит, её дочь всё ещё запечатана.

Эффекты: Употребление дарует освобождение от любого типа печатей, проклятий или ограничений, наложенных на цель несправедливо.

————⁜⁜⁜————

— Кто убьёт меня первым: Элефтерия или Тамася? — спросил Уильям с улыбкой, которая говорила о том, что он только что рискнул собственной жизнью.

[Возможно, обе.]

— Эх... — Уильям покачал головой и посмотрел вперёд. Тёмный барьер задрожал. Он понял: процесс распечатывания начался.

Внутри теневого барьера Тамася ещё несколько секунд разглядывала флакон.

«Он был прав, это просто зелье», — прозвучал голос Тени в её сознании.

Тамасе было немного странно слышать слова Тени; она всё ещё чувствовала подвох, но потом просто тряхнула головой, решив, что слишком много накручивает.

Не медля больше, Тамася выпила жидкость, проглотив всё содержимое разом.

Жидкость попала в рот; она была холодной и густой, с металлическим привкусом, который Тамася списала на горечь трав.

Осушив флакон одним глотком, она сначала не почувствовала ничего необычного, но спустя пару минут ощутила жжение в желудке, затем в груди, после чего это чувство распространилось на её ядро.

— Уф-ф! — невольно вырвался у неё вздох. Ощущение внутри усиливалось с каждым мгновением. Это не было болью, но вызывало крайний дискомфорт.

Она почувствовала, как онемели уши, а в носу появилась тяжесть и заложенность, будто у неё вот-вот начнётся сильный насморк.

«Сядь», — скомандовала Тень.

Тамася не заставила себя ждать и приняла ту же позу, которую обычно использовала при разрушении печатей или культивации.

Несколько клочьев тени внезапно метнулись к ней, словно пытаясь что-то предотвратить, но, увы, было слишком поздно.

Бам!

Оказалось, что Тамася возвела недостаточно прочный барьер и сильно недооценила мощь эссенции.

В конце концов, Уильям просто преподнёс это как зелье, помогающее вернуть культивацию, но не объяснил, насколько на самом деле сильна эта жидкость.

Тамася преуменьшила её эффект, и теперь Уильяму предстояло это осознать.

Шестая печать была разрушена.

Когда божественная печать рассеялась, вырвалась волна энергии. Тамася почувствовала колющую боль, но она была гораздо слабее той, что она испытывала, когда пыталась сделать это самостоятельно.

Её культивация подскочила с псевдобожественности до полной божественности.

— Гр-р! — она сжала кулаки.

Волна энергии ударила в теневой барьер, заставив его содрогнуться. Но Тамася даже не могла поднять головы, чтобы посмотреть; её мутило, всё внутри скручивало.

Прошло несколько секунд, и седьмая печать тоже рухнула.

На этот раз произошёл скачок на целую ступень; её культивация перешла от полной божественности к псевдобожеству.

Высвободившаяся энергетическая волна была колоссальной, словно произошёл взрыв; эпицентром была сама Тамася.

У барьера не было шансов. Он разлетелся вдребезги, и удар пришёлся по ближайшим целям — в основном по порождениям тени и ничего не подозревающему Уильяму, который как раз гадал, не прикончат ли его две дамы, перед которыми он провинился.

[Хозяин! Осторожно!]

Энергия ударила по Уильяму подобно цунами, отбросив его к стене в противоположном конце зала.

Мебель и прочий декор разлетелись на куски, но, как ни странно, само здание осталось невредимым, будто оно изначально строилось с расчётом на такие нагрузки.

Уильям глубоко вздохнул и посмотрел на Тамасю. Она сидела на полу, обхватив руками живот и грудь, совершенно не осознавая, какие волны разрушения только что выпустила.

[Хозяин, советую тебе войти в Домен Бесконечности.]

Уильям выбрался из-под обломков и сказал:

— Нет, я хочу остаться и убедиться, что с ней всё в порядке.

[Тень с ней, она позаботится о ней. А тебе лучше сначала взглянуть на себя в зеркало.]

Уильям достал зеркало и лишился дара речи: его лоб и нос были в крови.

[Ты не чувствуешь боли, потому что за годы гораздо более тяжких страданий стал невосприимчив к такой мелочи. Но это не значит, что травмы пройдут бесследно. Советую зайти в домен всего на пять минут; я сообщу, когда она закончит.]

Уильям посмотрел на Тамасю, закусил губу и кивнул.

С этими словами он исчез в домене. Эти пять минут снаружи превратились для него в шесть часов внутри, где он местами не находил себе покоя и каждую минуту спрашивал Систему о новостях.

Наконец пятиминутный срок истёк, и Система дала добро на выход.

Появившись в комнате, Уильям заметил, что обломки мебели, посуды, картин и украшений превратились в мелкую пыль.

Тамася молча стояла на коленях на полу, глядя на свои ладони, то сжимая, то разжимая их.

Ей было трудно поверить, что четыре самые мощные божественные печати, остававшиеся на ней, были сняты в одно мгновение.

Она чувствовала, что её ядро пылает подобно звезде. Она снова ощущала силу. Она чувствовала, что может покорить весь мир.

— Тамася, — услышала она своё имя. Эмоции переполнили её; она обернулась, встала и посмотрела на Уильяма.

Но прежде чем она успела броситься к нему и засыпать поцелуями...

«СТОЙ!» — раздался тревожный голос Тени.

«Помни, что стало с твоим суженым в прошлый раз, когда ты не смогла совладать со своей силой. Если не хочешь превратить его в кашу, лучше возьми себя в руки и сначала привыкни к вернувшемуся могуществу».

«Чёрт! Ты права», — подумала Тамася.

Она посмотрела на Уильяма с нежной улыбкой. Ей хотелось выразить свою радость, но она не могла.

Тем временем Уильям гадал, почему она застыла перед ним как статуя.

[Она не контролирует свою силу. Видимо, не хочет нечаянно тебя покалечить], — сказала Система, и Уильям всё понял.

Он просто улыбнулся. Она не могла пошевелиться, но он — мог. Он подошёл и крепко обнял её.

— Поздравляю, моя дорогая, — с лёгким смешком произнёс Уильям и запечатлел поцелуй на её губах. Тамася лишь крепко сжала кулаки, сдерживая инстинкты и втайне проклиная Уильяма за то, что он едва не заставил её потерять бдительность.

*На Бусти залил остальные главы до онгоинга(247), ссылка в комментах