Мама — фея?

— Папа, чему ты смеёшься?

Чжуан-Чжуан посмотрел на Цзян Даньхэ, который глупо улыбался. «У него что-то с головой?»

— Я думаю о твоей сестре…

Цзян Даньхэ выпалил. Чжуан-Чжуан был сбит с толку. 

— Какой сестре?

Цзян Даньхэ пришёл в себя. Он понял, что сказал что-то не то, поэтому перефразировал свои слова. 

— О девочке, которую мы сегодня пойдём смотреть.

— О…

Чжуан-Чжуан не усомнился в его словах и кивнул.

Цзян Даньхэ вздохнул с облегчением. У этого ребёнка острый слух.

Отец и сын стояли в дверях, ожидая Сяого.

Цзян Даньхэ время от времени стучал в дверь, боясь, что Сяого будет выглядеть слишком красивой. Он был по-настоящему обеспокоен.

Сначала Сяого терпеливо отвечала Цзян Даньхэ. Но в конце концов она так разозлилась, что закричала: — Просто жди!

Цзян Даньхэ подумал, что этот львиный рёв по сравнению с тем, что он только что слышал, был просто мяуканьем. Он мгновенно сник и, присев на корточки в углу вместе с Чжуан-Чжуаном, молча ждал Сяого.

— … Твоя мама всегда была такой?

Цзян Даньхэ не мог не спросить тихого Чжуан-Чжуана.

Чжуан-Чжуан взглянул на Цзян Даньхэ и слабо сказал: 

— Пока ты её не беспокоишь, она нормальная.

Он имел в виду, что Цзян Даньхэ был слишком назойливым только что.

— …

Цзян Даньхэ понял и замолчал.

У него затекли ноги от сидения на корточках, и он подумывал снова поторопить Сяого. Почему она так долго? Он направился к двери, поднял руку и уже собирался постучать, как замер. Цзян Даньхэ сглотнул и повернулся посмотреть на Чжуан-Чжуана.

— Чжуан-Чжуан, можешь попросить маму поторопиться?

Цзян Даньхэ был в ужасе. Он вспомнил рёв Сяого только что и решил позволить Чжуан-Чжуану сделать это.

Чжуан-Чжуан не согласился. Он понял мысли Цзян Даньхэ и покачал головой. 

— Я не тороплюсь. Если ты торопишься, сам с ней и поговори.

Цзян Даньхэ сердито посмотрел на хитрого мальчишку. Он был так зол, что у него лёгкие заболели. Если бы он осмелился это сделать, зачем бы он его спрашивал?

— Ладно. Давай подождём ещё немного. Никуда не спешим.

Цзян Даньхэ сделал вид, что ничего не произошло, и вернулся к Чжуан-Чжуану. Он присел на корточки и начал рисовать круги.

***

— Идём!

После долгого ожидания наконец послышалось движение у двери.

Цзян Даньхэ и Чжуан-Чжуан одновременно подняли глаза с ноткой радости. Наконец-то она закончила!

Они всё ещё сидели на корточках, когда увидели, как край светло-голубого платья появился перед ними. Они одновременно подняли глаза.

Когда Цзян Даньхэ увидел Сяого, он больше не мог сохранять спокойствие и резко встал. Его ноги больше не были затёкшими. В три шага он подскочил к ней и затолкал обратно в комнату, бормоча:

— Переоденься, переоденься.

Сяого оттолкнула Цзян Даньхэ. 

— Что ты делаешь? Я не буду переодеваться.

Она не просто так наряжалась. Почему она должна переодеваться?

— Мама, ты фея?

Сяого нетерпеливо стряхнула руку Цзян Даньхэ. Услышав слова Чжуан-Чжуана, она обрадовалась. 

— Правда?

Чжуан-Чжуан бешено закивал. Увидев это, Сяого счастливо покружилась. Потратив столько усилий на то, чтобы принарядиться, не было женщины, которая не хотела бы слышать комплименты.

В глазах Чжуан-Чжуана Сяого была похожа на фею из книжки, а в глазах Цзян Даньхэ это был другой вид пейзажа.

Сяого не зря провела так много времени в комнате, наряжаясь. Когда она только переселилась сюда, кожа хозяйки была сухой и жёлтой от переутомления и недоедания. Когда появилась Сяого, её диета и питание значительно улучшились. В результате её кожа становилась день ото дня белее и свежее.

В этот момент на ней было светло-голубое платье с розовой внутренней блузкой. Блузка была сделана из газа, так что белоснежная кожа Сяого едва угадывалась сквозь полупрозрачный материал. У Сяого были правильные изгибы в нужных местах, поэтому, даже если верхнее платье было плотно запахнуто, оно всё равно выявляло её красивые формы. Это также было причиной, по которой Цзян Даньхэ всё время толкал Сяого обратно в комнату переодеваться.

Что касается лица Сяого, у неё как раз был тот набор косметики, который подарил ей Цзян Даньхэ. Набор был полным, с румянами, пудрой и тушью для бровей, поэтому Сяого просто нанесла лёгкий макияж, чтобы выглядеть живее.

Сяого изначально планировала уложить волосы в пучок, что было самой популярной причёской здесь. Однако, попробовав, она поняла, что не может этого сделать. Это также было причиной того, что половина её времени, проведённого в комнате, была потрачена на попытки собрать волосы в пучок. В конце концов она решила сдаться.

В итоге она просто завязала волосы и пригладила выбившиеся прядки. После чего она нашла подходящую заколку из горы аксессуаров и приколола её к волосам. Получилось просто, но красиво.

В этот момент Сяого можно было описать как потрясающе красивую, с белой кожей, красивыми глазами и румяными губами. Хотя она не была сногсшибательной красавицей, она была достаточно красива.

— Иди в комнату и переоденься. Иди, иди.

Цзян Даньхэ пришёл в себя и схватил Сяого, которая пыталась вывести Чжуан-Чжуана.

Сяого долго терпела его, когда он постоянно торопил её вернуться в комнату и переодеться.