Просвещение

Наевшись досыта, Чжуан-Чжуан надулся, словно шарик. Сяого слегка забеспокоилась и заставила его походить по дому, чтобы помочь пищеварению.

Тем временем двое телят росли крепкими и здоровыми. В этот момент они жевали траву. Сяого и Чжуан-Чжуан немного поиграли с ними в комнате, а выйдя обратно, увидели, что дождь всё ещё идёт. Глядя на огород вдали, они порадовались, что семена были посажены глубоко в землю — иначе дождь уже смыл бы их.

После непродолжительной игры еда в животе Чжуан-Чжуана окончательно переварилась. От сытости его начало клонить в сон. Он уже почти дремал, прислонившись к Сяого, но изо всех сил боролся с дремотой — ему так хотелось дослушать мамину сказку. Однако чем дольше он слушал, тем сильнее смыкались его веки. В конце концов его глаза медленно закрылись, и он погрузился в сон.

Сяого замолкла и тихо отнесла Чжуан-Чжуана на кровать. Повернувшись на бок, она пристроилась рядом с ним и вскоре тоже уснула. Предыдущей ночью она отдыхала плохо, а с утра работала без остановки. Лежа в постели под звуки дождя, заснуть было проще простого.

За окном по-прежнему моросил дождь. В одном из домов рыбацкой деревни мужчина стоял у постели спящего человека. Внезапно раздался стук в дверь, и стоявший вздрогнул, настороженно глянув на вход.

— Брат Ли, это я. Пришла перевязать раны, — за дверью послышался девичий голос.

Ли Шоуцзи опустил нож и открыл дверь.

— Благодарю, мисс Юй.

Юй Чжичжи застенчиво улыбнулась и прошла в дом мимо Ли. Взглянув на лежавшего на кровати мужчины, её сердце вновь забилось чаще. Она не могла совладать с эмоциями. Страсть в её глазах была явной и нескрываемой, пока она жадно впивалась взглядом в лежавшего человека.

Ли Шоуцзи кашлянул:

— Кхм-кхм.

Юй Чжичжи опомнилась и крепче сжала в руках поднос. Подойдя к кровати, она аккуратно сняла старую повязку. Убрав пропитанный кровью бинт, она наложила новый, с лекарственной пропиткой, и туго закрепила повязку. Все эти действия Юй Чжичжи выполняла нарочито медленно, просто чтобы продлить время рядом с этим мужчиной.

Возможно, почувствовав на себе её пристальный взгляд, бессознательное тело дрогнуло, и человек что-то прошептал в бреду. Ли Шоуцзи, услышав бормотание, быстро подошёл ближе, стараясь разобрать слова.

— Мама... Сяого... Мама... — Мужчина не проснулся, казалось, ему снился кошмар. Пробормотав это, он снова погрузился в забытье.

Хотя Юй Чжичжи была рядом, она не поняла, что он говорил. Зато Ли Шоуцзи, стоявший рядом, расслышал всё. Он вздохнул. «Опять эти двое... что с тобой, старина Цзян?..» — промелькнуло у него в голове.

Сяого проспала с Чжуан-Чжуаном до самого вечера. Проснувшись, они потянулись абсолютно синхронно — с одинаковым выражением лиц и даже в одном направлении. Сяого зевнула и мысленно восхитилась этой праздной жизнью. Целыми днями они только и делали, что ели и спали.

Поднявшись с постели, Сяого собралась готовить ужин. Она ловила себя на мысли, что этот цикл «поел-поспал» действительно опьяняет.

На ужин она сварила лапшу на оставшемся с обеда курином бульоне. Каждому досталось по большой миске. Перед сном Чжуан-Чжуан снова пристал к Сяого с просьбой рассказать сказку. Подумав, она решила рассказать ему поучительную историю. Чжуан-Чжуану как раз исполнилось три года — в современном мире это был бы подходящий возраст для первого просвещения.

— Пусть мама расскажет тебе историю о трёх людях и пауке после дождя.

Чжуан-Чжуан тут же перекатился на Сяого и взглянул на неё своими большими глазами. Та улыбнулась и начала:

— После дождя паук с трудом пополз к своей порванной паутине на стене. Поскольку стена была влажной, он, достигнув определённой высоты, соскальзывал и падал. Паук пытался снова и снова. Первый человек, увидев это, вздохнул и сказал себе: «Разве моя жизнь не похожа на жизнь этого паука? Вечная суета без результата». И он впал в уныние. Второй человек увидел это и сказал: «Этот паук так глуп! Почему бы ему не обойти и не ползти по сухой части стены? Я не должен быть таким глупым в будущем». И он стал мудрее. Третий человек, увидев это, был тронут упорством паука. И он стал сильнее.

Сяого рассказала историю так живо, что Чжуан-Чжуан был в полном восторге. Она говорила то грубым голосом, то повышала его — слушать её было невероятно интересно.

Когда мальчик наигрался, Сяого спросила его:

— Понимаешь ли ты, что я хотела сказать этой историей?

Чжуан-Чжуан был в полном недоумении. Что тут можно понять? Ему лишь казалось, что мама забавно рассказывала. Но, немного подумав, он неуверенно произнёс:

— Не надо быть как первый человек — смотреть на всё так печально.

Чжуан-Чжуан никогда не ходил в школу, поэтому мог объяснить лишь простыми словами и не умел обобщать мысли.

Сяого обрадовалась, что он уловил суть. Она наклонилась и поощрительно поцеловала его в щёку.

— Очень хорошо сказано. У разных людей разные взгляды на одну и ту же вещь. Пессимисты видят только плохое, а оптимисты часто находят другой угол зрения.

Видя, что Чжуан-Чжуан всё ещё не до конца понимает, Сяого упростила объяснение:

— Эта история учит нас, что нужно стараться смотреть на жизнь позитивно и уметь справляться с трудностями. Так мы станем не только счастливее, но и успешнее...