Рыбацкая деревушка
Сяого наконец разобрала, что он говорит. Чжуан-Чжуан чувствовал себя незащищённым. Сяого возненавидела себя за то, что забыла о времени, едва увидев кокосы.
Она была уже не одна, дома её ждал маленький ребёнок. Как она могла так поступить?
Сяого прижала к себе Чжуан-Чжуана и усадила его к себе на колени. Глядя на его распухшие глаза, она искренне сказала:
— Чжуан-Чжуан, прости меня. Я впервые стала матерью, и мне многому нужно учиться. Ты можешь меня простить?
К этому моменту Чжуан-Чжуан уже полностью успокоился. Тронутый её словами, он закивал:
— Я прощаю тебя, мама. Но чтобы ты ни делала, ты больше не должна оставлять меня одного. Мы должны всегда быть вместе.
Сяого пришлось несколько раз пообещать ему это, прежде чем он наконец улыбнулся. В этот момент его живот громко заурчал. Сяого потрепала его по щёчке:
— Ладно, сейчас я приготовлю нам поесть.
Чжуан-Чжуан радостно последовал за матерью на кухню.
Сяого внесла корзину на кухню и, решив, что света недостаточно, зажгла ещё три свечи. Комната мгновенно наполнилась ярким светом. Не увидев телят, Сяого спросила Чжуан-Чжуана, где они. Тот, беспокоясь, что им холодно, увёл их в комнату покойной бабушки. Сяого кивнула и попросила его накормить их травой, пообещав показать кое-что интересное по возвращении. С этими словами она протянула ему корзину с травой. Не в силах сдержать нетерпение, Чжуан-Чжуан бросился из кухни к телятам.
Когда он вернулся, Сяого достала со дна корзины кокосы и фазана. Чжуан-Чжуан никогда не видел ничего подобного, поэтому он присел на корточки и указал на круглые плоды:
— Мама, что это?
Сяого присела рядом с ним и радостно объяснила:
— Это кокосы. Они растут на особых деревьях, которые обычно встречаются у моря. Эти деревья называются кокосовыми пальмами, а их плоды — кокосами.
Чжуан-Чжуан не понимал, чему мама так рада — плоды были такими твёрдыми. Сяого пояснила:
— Вода внутри этих плодов ароматная и сладкая. Только скорлупу есть нельзя. Завтра я приготовлю для тебя суп с кокосом и фазаном.
Услышав, что это съедобно, Чжуан-Чжуан обрадовался. Всё, что готовила мама, было невероятно вкусным.
Поскольку уже было поздно, Сяого приготовила на ужин несколько простых блюд: картофель соломкой и кашу, а также испекла лепёшек. После ужина Чжуан-Чжуан едва мог держать глаза открытыми от усталости и даже не смог помочь помыть посуду. Сама Сяого тоже чувствовала необычную для себя усталость — день выдался крайне насыщенным. Она помогла Чжуан-Чжуану умыться и уложила его спать. Вскоре и сама погрузилась в сон.
Сливовое заречье постепенно погрузилось во тьму, гася огни. Жители деревни спали, однако в соседней рыбацкой деревне по-прежнему ярко светились окна.
Солдат в доспехах нервно расхаживал перед одним из домов, то и дело заглядывая внутрь. Наконец, под его пристальным взглядом, из-за двери вышел седой старец. Воин бросился вперёд:
— Как он?
Старик спокойно кивнул:
— Всё в порядке. Кровотечение остановлено. Если сегодня ночью не поднимется температура, опасность минует.
С этими словами старик повернулся к вышедшей с ним девушке и велел ей приготовить отвар. Румяная девушка, держа в руках пакет с травами, развернулась и ушла. Поблагодарив старика, мужчина поспешно вошёл в дом. Он приподнял полог и с облегчением вздохнул, увидев спящего в постели человека. «Хорошо, что остался жив».
Раненый спал глубоким сном. Его тело было покрыто ранами разного размера, разбросанными по мускулистой груди. Зрелище было пугающим — становилось ясно, сколько крови тот потерял, оказавшись в таком состоянии.
Посреди ночи Сяого вдруг почувствовала необъяснимую тревогу и беспокойство. Оглушительный удар грома заставил её проснуться. Она села на кровати и, увидев, как за окном бушует ветер, быстро поднялась проверить, закрыты ли ставни.
Осмотрев дом, она только присела на кровать, как небо пронзили вспышки молний, на мгновение озарившие ночное небо. Вскоре началась буря. Сяого слушала оглушительный стук ливня о землю, и её охватило неприятнок предчувствие.
Ей было не по себе. Во времена апокалипсиса дожди бывали и сильнее, но это чувство было другим. Не успев как следует поразмыслить, она заметила, как Чжуан-Чжуан заворочался во сне, вздрагивая при каждом раскате грома. Увидев это, Сяого поспешила успокоить его, и он снова погрузился в глубокий сон. Хотя тревога не отпускала её, вскоре и она смогла уснуть.