Приготовления к ужину

Из-за пасмурной погоды все жители деревни оставались в домах и не выходили на улицу. Это сыграло на руку Сяого.

Следуя сделанным утром пометкам, она добралась до своих ловушек. Издалека она заметила, что в одной из них что-то шевелится. Обрадовавшись, Сяого побежала туда.

В ловушку попался крупный фазан. Птица тяжело дышала, а разбросанные по земле перья говорили о том, что она бьётся здесь уже довольно давно.

Сяого почтила её минутой молчания. «Счастливого пути, милый фазанчик. Я приготовлю из тебя прекрасное блюдо. Покойся с миром». После этого она прикончила его одним ударом ножа.

Положив мёртвого фазана в корзину, она направилась к следующей ловушке. Та оказалась нетронутой. Отсутствие добычи её не разочаровало — поймать фазана уже было большой удачей.

Восстановив ловушки, Сяого направилась вниз с горы. По пути она то останавливалась, то шла дальше, срезая траву и одновременно знакомясь с окрестностями. Так она сама не заметила, как оказалась у противоположного подножия.

Остановившись, она оглядела высокие стройные деревья. Они показались ей до боли знакомыми. Наблюдая за ними, она убедилась — это были кокосовые пальмы. Её охватило изумление.

Неужели Сливовое заречье находится у моря?

За такой обширной рощей кокосовых пальм определённо должно было находиться море.

Сяого подняла голову, проверяя, есть ли на деревьях плоды. Осмотрев несколько пальм подряд, она наконец обнаружила одну с двумя небольшими кокосами. «Как же достать их?» Теперь, когда у неё был фазан, она могла бы сварить суп с кокосом и птицей.

Сяого принялась искать крепкую ветку, чтобы сбить кокосы, но ничего подходящего не нашла. Пройдя немного дальше, она увидела молодое деревце толщиной примерно в запястье.

Не долго думая, она срубила его и вернулась к пальме. К счастью, срубленное деревце оказалось достаточно длинным, а кокосовая пальма была невысокой. Она поставила корзину у основания дерева и принялась сбивать кокосы. После долгих попыток ей наконец удалось сбить оба плода.

Довольная, Сяого понесла всю добычу домой, не забывая оставлять по пути метки. «В другой раз вернусь за новыми кокосами».

Хотя на добычу кокосов ушло много времени, Сяого не чувствовала усталости. Домой она вернулась уже в сумерках. Подходя к калитке, она увидела у входа маленькую фигурку. В окнах всех соседних домов уже горели свечи, и только её дом оставался тёмным. Свет из чужих окон падал на сидевшего у двери малыша, отчего тот казался особенно одиноким.

Чжуан-Чжуан, уставившийся в даль, не моргая, наконец увидел приближающуюся фигуру. Он тут же бросился к ней и крепко обнял Сяого, прижавшись к ней, словно брошенный зверёк.

Сяого не ожидала такой эмоциональной реакции. Глаза мальчика покраснели. Она сама была виновата — если бы не её попытки достать кокосы, она не опоздала бы так сильно. Она присела и подняла Чжуан-Чжуана. Трёхлетний ребёнок был всё ещё лёгким и маленьким, поднять его не составляло труда.

Чжуан-Чжуан, оказавшись на руках, уткнулся лицом в её шею и обвил её руками, не давая ей увидеть свои распухшие от слёз глаза.

Сяого занесла Чжуан-Чжуана в дом и, едва переступив порог, зажгла свечи. Тёплый жёлтый свет мгновенно озарил всю комнату.

Под утешениями Сяого Чжуан-Чжуан постепенно успокоился. Всхлипывая, он с перерывами объяснил, почему так сильно плакал.

Оказалось, он расплакался, когда начало темнеть. Он помнил, что Сяого обещала вернуться скоро, но время шло, а её всё не было.

Когда стемнело окончательно, Чжуан-Чжуан испугался, не случилось ли с матерью чего-то плохого. Он сел ждать у двери, но она всё не возвращалась, и он снова заплакал. «Ты же обещала не оставлять меня одного! Мама… у-у-у...»