Глава 177.0

Лу Чэньхань невесть каким образом выследил Гу Лянтяня, но самое главное — он умудрился подавить свой истинный уровень развития.

— Великое восхождение? — Гу Лянтянь с недоверием уставился на Лу Чэньханя. — Прошло всего два месяца, что ты сделал?

Гу Лянтянь встречал совершенствующихся и на этапе Слияния с телом, и на этапе Великого восхождения, поэтому без труда определил, от какого уровня развития исходит это сокрушительное давление. Всего два месяца прошло с тех пор, как он сбежал в Пэнлай, а Лу Чэньхань уже незаметно достиг Великого восхождения. Стоит напомнить, что даже Е Су, съев Плод бодхи, смогла подняться лишь до Слияния с телом. Учитывая, с какой показушностью Лу Чэньхань встречал каждое своё возвышение, о прорыве на этап Великого восхождения он бы точно раструбил на весь Мир совершенствующихся.

— Ты тоже принял пилюлю? — разочарованно произнес Гу Лянтянь. — Не ожидал, что ты из таких.

— И не думай тянуть время, — холодно бросил Лу Чэньхань. — Предок-учитель из Куньлуня обладает невообразимой силой и, разумеется, помог мне повысить уровень. Жаль только, что тебе так не повезло.

Не успел он договорить, как обнажил клинок. Намерение меча, выпущенное мастером Великого восхождения, ударило с молниеносной скоростью. Гу Лянтянь не смог увернуться. Удар пришелся точно в грудь. Хлынула горячая кровь, и его отбросило на вековое дерево, которое тут же с треском переломилось. Гу Лянтянь рухнул на землю, крепко сжимая в руке посох. Он попытался подняться, но смог лишь беспомощно задрожать.

— В одну ловушку дважды не попадают, — Лу Чэньхань беззвучно возник перед Гу Лянтянем и наступил ему на кисть другой руки. — Твой магический массив слишком примитивен.

Во рту Гу Лянтяня скопилась кровь. Тот удар Намерения меча сломал ему грудину. Губы его едва шевелились, он не мог вымолвить ни слова и лишь мысленно сыпал проклятиями.

Он не понимал почему. Все это — от обнаружения гибели трех Предков-учителей до яростного желания Лу Чэньханя убить его — казалось совершенно необъяснимым.

«Разве он не должен был нацелиться на Е Су и остальных?»

Гу Лянтянь уже не чувствовал боли в раздавленной руке. Удар мастера Великого восхождения был не тем, что мог выдержать совершенствующийся на этапе Преобразования духа. Перед глазами все плыло, но в сердце еще теплилось негодование.

«Первое место на Великом состязании кланов заняла Е Су. Из Башни Перерождения Лу Чэньханя вышвырнул Ю Фуши. Так почему же он жаждет убить именно меня? Или же у него есть веская причина для моей смерти?»

— Сила Великого восхождения и впрямь невероятна, — Лу Чэньхань, нахмурившись, стоял посреди леса. Сжимая меч, он запрокинул голову и глубоко вздохнул. — Интересно, насколько же пленительна тогда сила богов.

Гу Лянтянь смутно расслышал слова Лу Чэньханя и мысленно усмехнулся: «Богов? Раньше Лу Чэньхань считался главным претендентом на Вознесение, но почему-то у меня предчувствие, что ему это не удастся. А вот если бы речь шла о Е Су — это было бы куда вероятнее. На Великом состязании кланов он сражался с ними обоими. Лу Чэньхань был силен, его Намерение меча — холодным и острым. На первый взгляд, он и впрямь казался идеальным кандидатом на Вознесение с непоколебимым Дао-сердцем. Но Е Су была бездонной. Он не мог нащупать пределов ее силы. Даже между гениями пролегает пропасть, как между облаками и грязью. И Лу Чэньхань, очевидно, был грязью».

— Чему смеешься? — спросил Лу Чэньхань, заметив улыбку на лице умирающего Гу Лянтяня.

Гу Лянтянь, разумеется, не мог ответить. Лу Чэньхань убрал ногу с его руки, но в следующее мгновение пинком перевернул его на спину:

— Умереть от Меча Семи Смертей — честь для такого Сына Будды, как ты.

Гу Лянтянь прошептал что-то почти неслышно. Лу Чэньхань замер, пытаясь расслышать. Со своим уровнем развития Великого восхождения он отчетливо разобрал слова, когда Гу Лянтянь повторил их во второй раз.

— Чтоб твой род сгнил! — прохрипел он.

Услышав это, Лу Чэньхань помрачнел. Он схватил рукоять Меча Семи Смертей обеими руками и вонзил его прямо в грудь Гу Лянтяня, и даже провернул его.

Гу Лянтянь: «…»

Сквозь мучительную боль он вдруг ощутил, как в конечностях собирается сила. Рука, которую он не мог поднять, внезапно шевельнулась.

«Это и есть предсмертный всплеск сил?»

Сердце Гу Лянтяня сжалось от тоски, но даже на пороге смерти он хотел ранить Лу Чэньханя, не дать ему уйти безнаказанным.

И тогда Гу Лянтянь протянул руку, схватился за лезвие Меча Семи Смертей, выдернул его из своей груди и, взмахнув посохом, ударил Лу Чэньханя по спине.

Ему самому показалось, что прошла целая вечность, но для Лу Чэньханя все случилось в одно мгновение — настолько быстро, что даже дух меча застыл в изумлении. Мастер Великого восхождения не увернулся от атаки совершенствующегося на этапе Преобразования духа. В это было трудно поверить. Он ведь не Нин Цяньяо, у которой была лишь заимствованная духовная сила, а Намерение меча застряло на уровне Зарождающейся души.

— Я… не умер? — Поднявшись на ноги, Гу Лянтянь почувствовал, как его наполняет сила. Рана на груди медленно затягивалась, и он даже ощутил знакомое предвестие прорыва.

«Плод бодхи, также известный как Плод Небесного Дао. Кому суждено, тот достигнет прорыва».

Слова Бумажного манекена с горы Пэнлай внезапно вспыхнули в его сознании. Неужели он прорывается прямо сейчас? Да еще и с такой мощью!

Лу Чэньхань напротив был явно ошеломлен странным состоянием Гу Лянтяня. Он опустил взгляд на свой меч, но не нашел в нем ничего необычного и нахмурился.

Гу Лянтянь воспользовался моментом и бросился бежать в другую сторону. Лу Чэньхань тут же ринулся в погоню. Однако сила, бурлившая в теле Гу Лянтяня, вкупе с его инстинктом самосохранения, позволяла ему раз за разом увеличивать отрыв. Ветер оставался позади, и лишь две тени — преследователь и беглец — неслись вперед.

Лу Чэньхань сбавил скорость. Он должен был вернуться до рассвета, иначе это вызовет ненужные подозрения.

В глазах Лу Чэньханя сверкнула жажда убийства. Он вложил всю свою мощь во взмах Меча Семи Смертей, и Намерение меча, исполненное силы Великого восхождения, ударило издалека, сбросив Гу Лянтяня с обрыва.

Удар Намерения меча пришелся Гу Лянтяню в спину, раздробив позвоночник. Но на его лице играла улыбка. Он прорывался! Чем тяжелее раны, тем лучше его тело впитывало и преобразовывало силу. Небеса не оставили его!

Падая в ущелье, Гу Лянтянь последней мыслью успел отметить: «Все-таки, если держаться Е Су, всегда перепадет что-нибудь хорошее!»

Лу Чэньхань бросил долгий взгляд на край обрыва и лишь затем стремительно помчался назад. Нельзя, чтобы Е Су и остальные заметили что-то неладное. По мере приближения к их временному жилищу он все сильнее подавлял свой уровень развития, пока наконец не опустил его до начального этапа Преобразования духа.

Едва он перемахнул через стену двора и еще не успел подойти к своей комнате, как что-то почувствовал. Он мгновенно применил Очищающее заклинание и, развернувшись, сделал вид, будто только что вышел.

— Собрат Лу, вы рано встали, — произнесла стоявшая напротив Е Су. Ее голос звучал ровно и спокойно.

— Тренировался с мечом, — Лу Чэньхань бросил на нее взгляд. — Мир Демонов — не то место, где стоит задерживаться. Прошу Повелителя демонов поскорее открыть врата. Он намеренно сделал ударение на словах «Повелитель демонов», словно был недоволен тем, что этот титул достался Ю Фуши.

— С вратами Мира Демонов можно и не торопиться, кланы духов-зверей еще не закончили собирать Армию демонов-яо, — Е Су вдруг смерила Лу Чэньханя придирчивым взглядом и с легкой насмешкой добавила: — Собрату Лу и впрямь стоит больше тренироваться. Как так вышло, что вы все еще на начальном этапе Преобразования духа? Я-то уже на позднем этапе Слияния с телом.

— Не твоего ума дело, — мрачно ответил Лу Чэньхань.

Е Су слегка пожала плечами: — Это лишь дружеская забота о собрате из Мира совершенствующихся.

— Мы не настолько близки, — ледяным тоном отрезал Лу Чэньхань, не сводя с Е Су глаз и на палец выдвигая Меч Семи Смертей из ножен.

Е Су подняла руки в примирительном жесте и улыбнулась: — Что ж, не буду мешать собрату Лу упражняться с мечом.

Но стоило ей отвернуться, как улыбка сошла с ее лица.

«Слишком спокоен».

Лу Чэньхань по натуре своей был человеком властным и самолюбивым, двадцать лет он считался первым среди всех. Она до сих пор помнила его взгляд в тот день, когда Ю Фуши сбросил его с пьедестала. Такой человек просто не потерпит, чтобы кто-то был сильнее него. Однако Е Су расспрашивала Сюй Чэнъюя и остальных — всю дорогу Лу Чэньхань хранил молчание и вел себя тише воды, ниже травы.