Глава 126.0

Меч Одинокой Лазури Лу Чэньханя из Куньлуня был сломлен учеником из безвестного клана — эта новость мгновенно разнеслась по всему миру совершенствующихся. Кто не знал, что Лу Чэньхань некогда сразил этим мечом Небесного демона и по праву считался первым среди молодых заклинателей?

И вот кто-то сумел сломать его клинок. Насколько же нужно быть сильным, чтобы совершить подобное?

Поскольку Великое состязание кланов и так было в центре внимания всего мира совершенствующихся, эта новость вызвала повсеместные споры и пересуды.

— Ученик какого клана настолько силен?

— Врат Тысячи Искусностей.

— Тот самый, что создал артефакт Баци Бянь?

— Нет, кажется, другой. Как его… Ю… Ю Фуши.

— Куньлунь окончательно опозорился, позволив какому-то неизвестному клану так себя унизить.

— Врата Тысячи Искусностей — неизвестны? Да, сейчас они почти в упадке, но когда-то это был величайший клан по Созданию артефактов, стоявший в одном ряду с Двумя школами и пятью кланами. До Эпохи падения богов это был единственный клан, где можно было достичь божественности, полагаясь лишь на Создание артефактов. Подумать только, в те времена даже Куньлунь должен был выказывать им уважение.

— Правда? Врата Тысячи Искусностей были так могущественны?

— А ты как думал? К упадку пришло множество кланов, так почему же именно Врата Тысячи Искусностей у всех на слуху?

— Разве не потому, что они постоянно клянчат подаяния?

— …

— Я слышал, что двое из тройки финалистов — ученики Врат Тысячи Искусностей, а в первой десятке их четверо. Это почти половина!

— Ровно половина. Есть еще один вольный совершенствующийся из Клана Безымянных, который на самом деле тоже их ученик.

— На прошлых состязаниях половину первой десятки занимал Куньлунь, а на этот раз от них прошел только один. И еще неизвестно, сможет ли он занять третье место, ведь его меч сломан. Воистину, судьба изменчива.

Кто бы мог подумать, что Куньлунь, на который возлагали столько надежд, в итоге не сможет занять даже второе место, а их так называемый «первый ученик» останется со сломанным мечом.

— А по-моему, хорошо, что меч этого Лу Чэньханя сломался. Это называется небесной справедливостью, воздаянием за содеянное.

— Это почему?

— А вы не считали, сколько мечей сломал сам Лу Чэньхань? За все эти годы всякий, кто выходил против него и не сдавался сразу, в итоге оставался со сломанным клинком и тяжелыми ранами.

Остальные задумались и поняли, что в этих словах есть доля истины.

В это же самое время на арене Куньлуня Лу Чэньхань сжимал в руке обломок Меча Одинокой Лазури, молча стоя в тени. Казалось, все звуки вокруг слились в тихий шепот, обсуждавший его, обсуждавший его сломанный меч.

Нин Цяньяо, держа в руках второй обломок, нашла его и остановилась напротив, с тревогой на лице:

— Братец Лу, я помогу тебе починить меч, и ты сможешь пойти на следующий поединок.

Лу Чэньхань долго смотрел на нее, прежде чем ответить:

— У тебя у самой еще есть бои. Не трать на меня время.

— Мне все равно, буду я девятой или десятой. Но для тебя, братец Лу, разница между третьим и четвертым местом огромна, — Нин Цяньяо шагнула вперед, и половина ее лица тоже скрылась в тени. Она взяла его за руку, в которой он держал меч. — Поверь мне, я очень быстро починю Меч Одинокой Лазури.

После долгой паузы Лу Чэньхань вытащил из ее ладони обломок клинка и вместе с тем, что держал сам, бросил на землю.

— Меч, способный на страх, не стоит того, чтобы его чинить.

В этот момент с Пика Сюаньцзи на мече прилетела женщина в белых одеждах с холодным, отстраненным видом. Она приземлилась перед Лу Чэньханем и, даже не взглянув на стоявшую рядом Нин Цяньяо, устремила свой взор лишь на него.

— …Учитель, — увидев ее, Лу Чэньхань опустил глаза и поклонился.

Женщина легким движением кончиков пальцев остановила его поклон с помощью духовной силы.

— Тот поединок ты проиграл не из-за недостатка сил, просто Меч Одинокой Лазури уступал тому клинку.

Лу Чэньхань не стал отрицать.

Неожиданно женщина в белом достала меч и сказала Лу Чэньханю:

— Вытащи его.

Взгляд Лу Чэньханя упал на ножны из желтовато-коричневой акульей кожи с узором, напоминающим личи. В его глазах промелькнуло удивление, и он посмотрел на свою наставницу.

— Учитель?

Женщина держала ножны так, чтобы рукоять была обращена к Лу Чэньханю.

— Если сможешь его вытащить, он твой.

Глава Клана Десяти Тысяч Будд, сидевший на высокой платформе, не смог сдержать волнения. Глядя на меч в руках наставницы Лу Чэньханя, он пробормотал:

— Неужели это… Не думал, что этот меч все еще существует. Я полагал, он исчез вместе со своим хозяином.

Едва взявшись за рукоять, Лу Чэньхань сразу почувствовал ее необычайную мощь. Его лицо мгновенно стало серьезным, он обеими руками взялся за рукоять и высвободил свою духовную силу. Вскоре его лоб покрылся испариной — меч поглощал его силу с невероятной скоростью. Лишь в последний миг, собрав все силы, он наконец сумел вытащить клинок из ножен.

В тот же миг темный угол озарился светом. На клинке в ряд располагались семь с половиной звезд.

Держа меч в руке, Лу Чэньхань ощущал его колоссальную мощь. Ему даже показалось, что клинок живой. Увидев семь с половиной звезд, он почувствовал, как сильно забилось его сердце, и посмотрел на женщину в белом.

— Учитель, это…

— Меч Семи Смертей, — голос женщины был спокоен и тих, как журчание ручья. — Он был у меня на хранении. Раз ты смог его вытащить, то бери и пользуйся.

Меч Семи Смертей!

Услышав это, окружающие заклинатели были потрясены.

Этот меч был столь же знаменит, как и Клинок Чжунмин, но слава его была еще ярче. Каждый мечник, владевший им, становился легендарной фигурой в мире совершенствующихся.

— Иди, — сказала женщина в белом Лу Чэньханю. — Заверши последний поединок.

Вот он, Куньлунь. Стоило сломаться Мечу Одинокой Лазури, как тут же появился Меч Семи Смертей.

…

Е Су и Ю Фуши предстояло сразиться за первое и второе места. Они вместе поднимались на арену, но, когда Ю Фуши ступал на последнюю ступеньку, он почему-то оступился. Если бы Е Су вовремя не подхватила его, он бы упал.

— Устал? — склонив голову, спросила она.

— Угу, — отозвался Ю Фуши. С тех пор как он вложил Плачущий Кровью в ножны, на него навалилась сонливость. А точнее, он был настолько истощен, что ему требовался отдых.

Не дойдя до центра арены, Е Су вдруг отпустила его руку и развернулась, чтобы сойти с помоста.

— Я сдаюсь.

Е Су изумленно обернулась и увидела, что Ю Фуши, стоя на арене, обращается к старцу с каштановыми волосами, ответственному за протокол.

Старец с удивлением посмотрел на них: один стоял на арене и сдавался, другая уже занесла ногу, чтобы сойти с нее. Никто из них не собирался драться. Тем не менее он кивнул и объявил:

— Е Су побеждает.

Ю Фуши повернулся к Е Су, подошел и потянул ее за рукав.

— Можем возвращаться.

Помолчав мгновение, Е Су ответила:

— Хорошо.

— Вы уже уходите? — спросила Янь Хао у Е Су. — Лу Чэньхань только что вышел на поединок с Мечом Семи Смертей. Не хотите остаться посмотреть?

Раньше Меч Семи Смертей, возможно, и вызвал бы у Е Су любопытство, но…

— Нет, мы пойдем отдохнем, — ответила Е Су и, попрощавшись с Мин Люша и остальными, повела Ю Фуши через толпу обратно в их дворик для отдыха.

Ю Фуши почти сразу же заснул, едва коснувшись кровати. Точнее будет сказать, что он словно отключился.

Е Су наклонилась, накрыла Ю Фуши тонким одеялом и сняла с его волос нефритовую шпильку. Чернильно-черные волосы тут же рассыпались по подушке, струясь меж ее пальцев, словно ледяной шелк. Она не удержалась и провела по ним рукой.

Плачущий Кровью смирно прислонился к изножью кровати, делая вид, что он просто невинный меч, который ничего не видел.

Длинные ресницы Ю Фуши были опущены, а на губах не было ни кровинки — явный признак чрезмерной траты духовной силы после использования Плачущего Кровью.

Е Су бросила взгляд на меч. Тот тут же ощутил леденящий холод и, метнувшись к двери, вылетел вон.

Она взмахом руки закрыла дверь, взяла младшего брата-ученика за руку и, закрыв глаза, начала извлекать из своей духовной обители скопившуюся там духовную энергию, направляя ее в его тело.

Е Су была готова к тому, что его тело будет сопротивляться, но духовная обитель Ю Фуши была полностью открыта, и передаваемая ею энергия текла беспрепятственно.

«Когда младший брат-ученик очнётся, нужно будет научить его ставить барьер на своей духовной обители, чтобы никто не мог так просто туда проникнуть. Иначе в будущем, если кто-то со злым умыслом захочет навредить, сделать это будет слишком легко».

Духовная обитель Ю Фуши казалась еще более глубокой и непостижимой, чем ее собственная. Сколько бы духовной энергии она ни вливала, заполнить ее было невозможно.

Впрочем, Е Су это не слишком удивило.

Если он был реинкарнацией какого-то великого мастера, то в этом не было ничего странного.

Передав всю непреобразованную духовную энергию из своей духовной обители в обитель Ю Фуши, Е Су открыла глаза и отпустила его руку. Она повернулась и села на край кровати, чувствуя опустошение.

Наконец-то долгое Великое состязание кланов подходило к концу.

Возможность попасть в так называемую Башню Перерождения стала приятным сюрпризом. Изначально Е Су планировала лишь прославить здесь Врата Тысячи Искусностей.

Теперь… кажется, результат превзошел все ожидания.

Позади раздался тихий шорох. Подумав, что Ю Фуши проснулся, Е Су обернулась.

За короткое время его волосы на лбу и за ушами насквозь промокли от пота, а на запястье, видневшемся из-под рукава…

Е Су прищурилась, чтобы убедиться, что ей не показалось, и протянула руку к его запястью. Знакомая черная чешуйка, холодная на ощупь, с глянцевым блеском нефрита.

От легкого прикосновения чешуйка на запястье внезапно отвалилась, обнажив под собой новую, более светлую.

Е Су достала из сумки цянькунь черный осколок, который нашла ранее в комнате, и сравнила их. Они отличались только размером.

В тот миг Е Су думала не о чешуе Ю Фуши, а инстинктивно посмотрела на его лицо, полностью мокрое от пота.

«Он что, превращается обратно в демона?»

В следующую секунду Е Су отправила сообщение Хуан Эрцяню, прося его явиться со свитком.

Хуан Эрцянь прибыл быстро, почти сразу после получения сообщения.

Услышав стук в дверь, Е Су прикрыла руку Ю Фуши одеялом и пошла открывать.

— Вы уже закончили состязание? — спросил Хуан Эрцянь. Он только что обсуждал дела с несколькими мечниками, собираясь закупить материалы.

— Я закончила, — ответила Е Су, глядя на него. — Свиток Прохода Сквозь Мириады Царств может перенести нас во Врата Тысячи Искусностей?

— Прямо сейчас? — удивился Хуан Эрцянь.

— Прямо сейчас, — подсознательно Е Су не хотела, чтобы кто-либо здесь узнал о сущности Ю Фуши.

— Конечно, можно. Обычно его используют для перемещения в тайные царства и пещеры-обители, но мой свиток может работать и как телепортационная формация, — тут же согласился Хуан Эрцянь.

Е Су сперва проверила своим божественным сознанием комнату и, убедившись, что с Ю Фуши не произошло серьезных изменений, впустила Хуан Эрцяня внутрь.

— Это… Господин Ю ранен? — увидев плотно закутанного Ю Фуши, невольно спросил Хуан Эрцянь.

Е Су не ответила на его вопрос, а лишь помогла Ю Фуши подняться.

— Прошу прощения за беспокойство.

К счастью, Хуан Эрцянь не стал задавать лишних вопросов, достал свиток и отправил их в путь.

— Возвращаются во Врата Тысячи Искусностей в такое время? — почесал в затылке Хуан Эрцянь и, повернувшись, чтобы уйти, столкнулся с влетевшим в комнату Плачущим Кровью. — Откуда здесь еще и меч? — подпрыгнул он от испуга.

Брошенный Плачущий Кровью: «…»

Перед глазами Е Су все поплыло, и в следующее мгновение она очутилась в своей прежней комнате во Вратах Тысячи Искусностей. Здесь почти ничего не изменилось.

У нее не было времени искать главу ордена, своего учителя, поэтому она первым делом уложила Ю Фуши на кровать. В этот момент на его щеке уже виднелись мелкие черные чешуйки.

Не уродливо, а наоборот — в этом была какая-то жуткая, завораживающая красота.

Е Су не впервые видела превращение демона. Когда Цзянь Ху на глазах у всех обернулся девятихвостым лисом, она не испытала особого волнения.

Но на этот раз все было иначе. Казалось, с младшим братом-учеником происходило нечто большее, чем просто превращение.