Глава 101.0

— Этот Ю Фуши, что отнял у твоего младшего брата-ученика его славу, поднялся сразу на три ступени, а Е Су — так и вовсе на шесть! А ты до сих пор даже на одну не продвинулся, — видя, что ученик молчит, Синь Шэньцзы попытался его подстегнуть.

И Сюань промолчал.

— Конечно, Е Су не в счёт, она вообще на обычного человека не похожа, — Синь Шэньцзы указал на далёкий пик Сюаньцзи. — Равняйся на Лу Чэньханя, ученик.

И Сюань, обхватив меч, молча развернулся и пошёл прочь.

— Эй, ученик, ты куда? — поспешно окликнул его Синь Шэньцзы. — Обиделся?

— Иду совершать прорыв, — донёсся издалека голос И Сюаня.

Закрыв за собой дверь, он, однако, не погрузился в медитацию, а сперва достал из сумки цянькунь ядра чудовищ. Те ядра, что он добыл в Зеркале Хаоса, он собирался отдать Е Су, чтобы хоть как-то помочь Вратам Тысячи Искусностей, но не ожидал, что она вместо этого всучит ему пять ядер чудовищ шестого ранга. И хотя Е Су небрежно бросила, что просто нашла их, в тот день у Янь Хао, что выходила вместе с ними, был такой отсутствующий взгляд, что становилось ясно: всё не так просто.

И Сюань сжал в руке ядро чудовища и, закрыв глаза, начал погружаться в медитацию. Он уже давно достиг пика поздней стадии Золотого ядра, и прорыв был лишь вопросом воли. Он намеревался достичь более высокого уровня.

…

Над вершиной пика Сюаньцзи сгустились чёрные тучи. Одна за другой с небес били молнии с силой, способной уничтожить небо и землю, — по мощи они не уступали той небесной каре, что обрушилась на Е Су.

Гу Лянтянь, пребывавший в медитации, словно что-то почувствовал. Он внезапно открыл глаза, будто бы мог видеть сквозь стены, и лишь спустя долгое время снова их закрыл.

В этот миг в центре ровной площадки на вершине пика стоял лишь один человек. Лу Чэньхань с Мечом Одинокой Лазури в руке встречал небесные молнии одну за другой. Он без устали взмахивал мечом, и даже когда разряды попадали в него, он не выглядел столь же жалко, как Е Су, а лишь немного замедлялся в движениях.

Молнии толщиной с руку били в Лу Чэньханя одна за другой, порой до пяти разрядов одновременно. Он взмыл в воздух и выставил меч перед собой, блокируя удар.

Сияние молний ударило в лезвие Меча Одинокой Лазури, рассыпая искры, что осветили лицо Лу Чэньханя. Взгляд его был ледяным, в нём не было ни страха, ни даже малейшего колебания. Резким движением он отвёл меч в сторону, и пять молний, лишившись цели, ударили в землю.

Лу Чэньхань повёл мечом, и Намерение меча обрушилось на пять разрядов, безжалостно их разрубив. Он использовал небесные молнии, чтобы закалить своё Намерение меча.

На краю вершины стояли две женщины в белых одеждах. Одна — взрослая и отстранённая, учитель Лу Чэньханя. Другая — юная и жизнерадостная, та самая Нин Цяньяо, которую Лу Чэньхань привёл на гору для исцеления. Они стояли на расстоянии друг от друга, но обе неотрывно смотрели на Лу Чэньханя в центре бури.

Прошёл почти день. Чёрные тучи в небе стали ещё более устрашающими, они клубились и наслаивались друг на друга. Внезапно небесные молнии прекратились, но не исчезли, а словно копили силы для новой, сокрушительной атаки.

Давление сверху нарастало, тучи сгущались, пока внезапная вспышка фиолетового света не озарила весь пик Сюаньцзи ярче белого дня. Два мощных разряда, словно драконы, ринулись вниз из плотных облаков.

— Сокровенная небесная молния! — воскликнула Нин Цяньяо, и на её лице отразилась нескрываемая тревога.

Лу Чэньхань поднял голову и посмотрел на две сокровенные небесные молнии. Крепко сжимая Меч Одинокой Лазури, он взмыл ввысь и взмахнул клинком. В его ледяных зрачках отражалось высокомерие того, кто всё держит под контролем.

Грандиозное Намерение меча столкнулось с сокрушительной мощью сокровенных небесных молний. После долгого противостояния два разряда всё же уступили и были разрублены Лу Чэньханем.

Его даосское облачение было артефактом высшего разряда, способным защитить от небесных молний. Даже сокровенная небесная молния не смогла причинить ему ни малейшего вреда. Лишь кисти рук, не прикрытые одеждой, пострадали от разрядов, но Лу Чэньхань тут же достал лучшие целебные пилюли и быстро восстановился.

Небесная кара бушевала целый день и целую ночь и прекратилась лишь к полудню следующего дня.

— Сколько уже молний было? — обернувшись, спросил глава клана Пяти Стихий у Лянь Лянь и Чэн Хуайаня, но не увидел их. — А они где?

— Кажется, пошли совершенствоваться, — ответил стоявший рядом старейшина.

— Какой смысл совершенствоваться сейчас? — рассердился глава клана. — До второго этапа осталось всего несколько дней. Окружающие молча опустили головы.

И в этот момент со стороны Клана Десяти Тысяч Будд тоже начали сгущаться тучи и грянул гром — очевидно, кто-то ещё готовился к прорыву.

— Клан Десяти Тысяч Будд тоже решил поучаствовать в веселье? — с неудовольствием подумал глава клана Пяти Стихий. Он считал, что Лянь Лянь, поднявшись на две ступени, уже может сравниться с Лу Чэньханем, а теперь казалось, что прорыв совершает каждый кому не лень.

— Глава клана, смотрите, со стороны Клана Радостного Единения! — воскликнул один из старейшин, указывая на другую сторону, где тоже собирались грозовые тучи. — Там тоже кто-то совершает прорыв!

Не успел он договорить, как над Орденом Единственного Меча тоже появились грозовые облака, причём сразу два!

Глава клана Пяти Стихий был в полном недоумении: — Неужели теперь при переходе на уровень Зарождающейся души всегда будет небесная кара?

…

Когда Е Су вернулась с младшим братом-учеником, она обнаружила, что над территориями крупных кланов в Куньлуне сгустились тёмные тучи и сверкают молнии.

— Они что, похитили Лэй-гуна и Дянь-му? — произнесла Е Су, стоя у ворот двора и глядя в небо.

— Кто такие Лэй-гун и Дянь-му? — спросил вышедший из дома Цюань Цзяин.

Е Су обернулась: — Да так, ничего. Брат Цюань, вы уже на средней ступени Зарождающейся души? Поздравляю.

— Случилось неожиданное озарение, касающееся некоторых трансформаций Баци Бянь. Мне нужно будет ещё кое-что у тебя спросить, — сказал Цюань Цзяин. Он целый день и ночь обсуждал с Мин Люша и остальными вопросы Создания артефактов и только что собрался выйти, как услышал голос Е Су.

— Подождите немного, — Е Су взяла за руку стоявшего позади младшего брата-ученика и отвела его в комнату. Ю Фуши проспал два дня и до сих пор чувствовал сонливость.

— Не стоило мне давать тебе столько ядер чудовищ, — вдруг сказала Е Су, глядя на лежащего на боку Ю Фуши.

Ю Фуши уже закрыл глаза, но, услышав её слова, с усилием приоткрыл их и недовольно возразил: — Ты отдала их мне, теперь они мои.

«Эта смертная ещё и передумать решила».

— Хорошо, твои, — Е Су наклонилась и убрала с его лица рассыпавшиеся по кровати волосы, открыв большую часть его лица. — В следующий раз не смей так необдуманно открывать то Пограничье.

Ю Фуши закрыл глаза — то ли и вправду уснул, то ли притворился, что не слышит.

Е Су посмотрела на него ещё немного, затем вышла из комнаты, прикрыла дверь и направилась во двор.

Несколько человек сидели за каменным столом, очевидно, у них накопилась масса вопросов к Е Су.

— Спрашивайте по одному, — сказала она, садясь.

— Старшая сестра-наставница, мы уже составили список вопросов, — выпрямившись, сказал Ся Эр и пододвинул ей длинный лист бумаги.

Е Су, качая головой, взяла его и начала поочерёдно отвечать на вопросы.

…

Грохот грома над Куньлунем привлёк всеобщее внимание. Ученики других кланов ощутили тяжесть на сердце: члены этих великих кланов не давали им ни единого шанса. Как можно совершать один прорыв за другим? Сколько времени прошло?

В одном из уголков собралась группа учеников, участвующих в Великом состязании.

— Ну что? Есть новости?

— Нет.

— Ты же говорил, что друг двоюродного брата твоего старшего брата-наставника — ученик Куньлуня?

— На пик Сюаньцзи никогда никого не пускали, даже учеников Куньлуня.

Кто-то вздохнул: — Раз была небесная кара, Лу Чэньхань с вероятностью в девять из десяти достиг уровня Преобразования духа.

— У той мастерицы артефактов из Врат Тысячи Искусностей тоже была небесная кара, и она уже на поздней ступени Зарождающейся души.

При этих словах все уставились на говорившего.

— Всё ещё на поздней ступени Зарождающейся души?

— На прошлых состязаниях любой, кто достигал поздней ступени Зарождающейся души, гарантированно занимал бы первое место.

Пока они переговаривались, к ним подбежал ученик из другого клана с видом человека, предвкушающего зрелище: — Гу Лянтянь из Клана Десяти Тысяч Будд потерпел неудачу при попытке прорыва на уровень Преобразования духа!

— Так он и правда пытался достичь уровня Преобразования духа?

— И провалился! — подбежавший присел на корточки рядом с остальными. — Будто этого уровня так легко достичь. Он ведь был всего лишь на средней ступени Зарождающейся души.

— И какой у него теперь уровень? — спросил кто-то. — Вот будет потеха, если он откатился назад.

— А что там в Клане Радостного Единения? Кто совершал прорыв, Мэй Чоужэнь?

— Я вчера видел, как Мэй Чоужэнь повсюду слонялся. Точно не он.

— Тогда Янь Хао.

— Слишком много сильных заклинателей на этом Великом состязании. Нам лучше поскорее смириться и сдаться.

— Кто знает, чем всё закончится? Вдруг со всеми этими гениями что-то случится.

— Да брось, лучше о себе беспокойтесь. Похоже, вы ещё не знаете, что во втором этапе состязания в этом году будут новые правила.

— Не такие, как в прошлые годы?

— Говорят, что раз личные ученики в этот раз так быстро развиваются, нужно было придумать новое испытание, чтобы было интереснее.

…

В день начала второго этапа Великого состязания кланов все участники поспешили на арену, где их уже ждали главы великих кланов.

Ма Цунцю огляделся и не удержался от тихого замечания:

— Такое чувство, будто все вокруг совершили прорыв.

Они с Чжоу Юнь с таким трудом добрались до ранней ступени Зарождающейся души, а стоило им выйти, как выяснилось, что их старший брат-наставник поднялся на две ступени и достиг поздней стадии. Но что самое главное — И Сюань тоже достиг поздней ступени Зарождающейся души. Даже от пилюль такого эффекта не добьёшься! Или во Вратах Тысячи Искусностей все такие ненормальные?

Ма Цунцю взглянул на Лю Цзю, и на душе у него полегчало. Она поднялась всего на одну ступень, так что хоть кто-то здесь был обычным человеком.

— Брат Сюй, — Е Су на этот раз не стала приходить в последнюю минуту. Подойдя к ученикам Ордена Единственного Меча, она поздоровалась. — Поздравляю с прорывом.

Сюй Чэнъюй с кривой улыбкой ответил: — В этот раз… кажется, во всех великих кланах нашлись ученики, совершившие прорыв. Он и сам до этого сдерживал свой уровень, намереваясь совершить прорыв на последнем этапе, но не ожидал, что на этом состязании окажется столько скрытых талантов.

— Поздняя ступень Зарождающейся души, — встав на своё место, Е Су повернула голову к И Сюаню. — Поздравляю, младший брат.

— Я использовал все ядра чудовищ, — невозмутимо ответил И Сюань. Е Су и Ю Фуши совершили прорыв, так что он, естественно, не мог отставать. И Сюань поглотил все ядра шестого ранга, что дала ему Е Су, а также те ядра четвёртого и пятого рангов, что добыл сам. Хлынувшая сила заставляла его уровень расти ступень за ступенью. Когда появились грозовые тучи, Синь Шэньцзы перепугался, а когда И Сюань вышел, он его ещё и отчитал. Сказал, что И Сюань не подготовился заранее и, столкнувшись с небесной карой, мог запросто погибнуть.

— Пять штук… — Е Су осеклась на полуслове. — Ты силён. Даже заклинателям на уровне Зарождающейся души было трудно выдержать силу ядер чудовищ шестого ранга, а И Сюань, будучи на пике поздней стадии Золотого ядра, поглотил сразу пять. Неудивительно, что он так быстро поднялся.

В это время с двух сторон на арену вошли ученики Клана Десяти Тысяч Будд и Куньлуня. Взгляды всех присутствующих метались между Лу Чэньханем и Гу Лянтянем.

— Значит, это правда. Гу Лянтянь потерпел неудачу, — прошептала Чжоу Юнь.

Е Су посмотрела на нового Сына Будды из Клана Десяти Тысяч Будд. В одной руке он держал посох, в другой — чётки. Босой, он медленно шёл вперёд. Но больше всего внимания привлекала отметина от молнии, появившаяся у него на лбу.

— У всех, кто потерпел неудачу при прорыве к уровню Преобразования духа, на лбу остаётся отметина, — объяснил Сюй Чэнъюй ученикам Врат Тысячи Искусностей. — В тот день Гу Лянтянь действительно пытался совершить прорыв. Когда он сам достиг поздней ступени Зарождающейся души, грозовые тучи хоть и появились, но ударило всего несколько небесных молний — совсем не то, что было в тот день с Гу Лянтянем.

Е Су повернула голову к Лу Чэньханю, стоявшему поодаль. На его лбу не было никаких отметин, и она не могла определить его уровень.

— Достойно первого ученика Куньлуня, — произнесла глава клана Радостного Единения У Юэ. — Великое состязание кланов ещё не окончено, а он уже достиг ранней ступени Преобразования духа. У каждого из глав кланов были свои мысли на этот счёт, но внешне все поздравляли Куньлунь.

Слова главы клана У мгновенно вызвали волну обсуждений среди учеников, и все взгляды устремились на Лу Чэньханя. Первый ученик Куньлуня — этот титул вновь вселил трепет в сердца учеников всех кланов.

Лу Чэньхань сжимал Меч Одинокой Лазури. Его взгляд скользнул по ученикам Врат Тысячи Искусностей — те двое о чём-то разговаривали. Он отвёл взгляд. «И что с того, что они на пике поздней ступени Зарождающейся души?» Преодолеть Зарождающуюся душу и достичь Преобразования духа — разница между этими двумя уровнями подобна непреодолимой пропасти. Он стоял во главе учеников Куньлуня, как всегда, самый яркий и недосягаемый.

— Все участники состязания в сборе, — Даос Фэнчэнь взмахнул рукой, и на арене воцарилась тишина. — Второй этап Великого состязания вот-вот начнётся. Перед этим я позволяю желающим отказаться от участия. Никто не проронил ни звука. Они уже дошли до второго этапа, как можно было сдаться сейчас?

— Поскольку некоторые из вас, ученики, развивались слишком быстро, прошлые испытания второго этапа были бы для них слишком просты. Поэтому на этом Великом состязании мы решили изменить правила.

— Двадцать лет назад город Хуэй пал жертвой демонической резни, и за одну ночь его улицы утонули в крови. Ваша задача во втором этапе — найти в нём демоническое отродье, а затем… — властный и холодный голос Даоса Фэнчэня разнёсся по всей арене, — уничтожить его!