Глава 112.0

Голос его был негромким, но все в зале отчётливо его расслышали.

— Сто тысяч духовных камней высшего качества! И это за магический артефакт, созданный учеником! Кто бы мог подумать, что цена будет такой высокой.

— Как-никак, это магический артефакт номер один в Списке Ста Юнцов. К тому же, разве не говорилось, что он выдерживает духовную силу заклинателя на уровне Преобразования духа? Сто тысяч — вполне подходящая цена.

— Великим кланам выложить сто тысяч духовных камней высшего качества — пара пустяков, особенно Лу Чэньханю из Куньлуня. Говорят, ученики Куньлуня ежегодно получают столько духовных камней, что не успевают их тратить. Да и потом, разве Орден Единственного Меча в прошлом году не выложил сто пятьдесят тысяч духовных камней высшего качества за Талисман Рассеивания Молний?

— Это другое. Талисман Рассеивания Молний был начертан лично главой Клана Пяти Стихий. Он способен рассеять одну небесную молнию. Если всё грамотно рассчитать и приберечь его для последнего удара молнии при переходе на уровень Слияния с телом, то можно прорваться без всяких проблем.

Собравшиеся оживлённо переговаривались. Большинство сходилось во мнении, что Лу Чэньхань твёрдо намерен заполучить артефакт. Сто тысяч духовных камней высшего качества — немалая сумма, но за ним стоял Куньлунь. Некоторые торговцы материалами были бы рады оказать ему услугу, да только возможности такой не представлялось.

— Сто тысяч духовных камней высшего качества? Неужели Куньлунь настолько скуп? — выкрикнул Мэй Чоужэнь. — Клан Радостного Единения даёт сто пятьдесят тысяч.

Лу Чэньхань поднял взгляд на третий этаж, и в его глазах вспыхнул холод. Клан Радостного Единения всегда славился своей дерзостью и пренебрежением к правилам. Встретившись взглядом с Мэй Чоужэнем, он холодно произнёс: — Думаешь, один лишь Баци Бянь принесёт тебе победу?

— Неважно, победим мы или нет. Мы, Клан Радостного Единения, просто любим повеселиться, — улыбаясь и обмахиваясь веером, сказала Янь Хао, стоявшая рядом с Мэй Чоужэнем.

— Уважаемые, у нас ещё остались Испытательные камни! — поспешно вмешался Хуан Эрцянь. — Когда испытание завершится, мы объявим стартовую цену. Прошу вас, не торопитесь.

— Мы не торопимся, — Янь Хао снова села на своё место. — Продолжай.

Лу Чэньхань на помосте опустил взгляд, лёгким движением оттолкнулся от пола и влетел в ранее открытое им окно. Оказавшись в своей комнате, он обвёл взглядом Гу Лянтяня, затем парочку из Клана Радостного Единения и, наконец, остановился на окне Врат Тысячи Искусностей напротив. Никто не знал, о чём он думал.

— Теперь нам нужен заклинатель на начальном этапе Слияния с телом, — объявил Хуан Эрцянь. — Найдётся ли собрат, желающий подняться на помост?

— Откуда здесь взяться заклинателю уровня Слияния с телом? — насмешливо бросил кто-то из центра первого этажа. — Это ведь не какой-нибудь грандиозный аукцион.

— А поздний этап Слияния с телом подойдёт? — из угла первого этажа вышел Синь Шэньцзы. Похоже, он стоял там уже давно.

И Сюань, глядя вниз на растрёпанного Синь Шэньцзы, тихо позвал: — ...Второй учитель.

— Младший брат, почему твой Второй учитель пришёл не с тобой? — с любопытством спросил Ся Эр.

И Сюань, сжимая меч, опустил взгляд. — Я ему не сказал. Он слишком привык всё держать в себе.

Внизу Хуан Эрцянь тут же откликнулся: — Разумеется, можно! — Он и сам понимал, что заклинатели высокого уровня развития на такие аукционы не заглядывают.

— Можете просто немного сдержать свою силу.

Одно лишь появление Синь Шэньцзы с его взъерошенными, торчащими во все стороны волосами, позволило всем в зале понять, кто это.

— Безумец Синь из Ордена Единственного Меча.

Двести с лишним лет назад он был главной звездой Великого состязания кланов и едва не лишил Куньлунь первого места. В последнем поединке он одним лишь мечом заставил старшего ученика Куньлуня истратить все свои магические артефакты. И хотя Синь проиграл, его поражение было славным. В те годы глава Ордена Единственного Меча велел ему взять с собой защитные магические артефакты, но Синь Шэньцзы отказался и пробился в финал, вооружённый одним лишь мечом. Именно после того финала за ним и закрепилось прозвище «Безумец Синь».

— А эта штуковина довольно увесистая, — произнёс Синь Шэньцзы, поднимая Баци Бянь и взвешивая его на ладони.

В отличие от Лу Чэньханя, он, очевидно, куда быстрее постиг суть изменений Баци Бяня. Синь Шэньцзы встал между оставшимися восемью Испытательными камнями, и в мгновение ока — никто даже не успел заметить, как он нанёс удар — все восемь камней, способных выдержать атаку заклинателя на уровне Слияния с телом в полную силу, разлетелись на куски.

Синь опустил взгляд на Баци Бянь, вновь принявший вид кочерги, и заметил: — Нынешние магические артефакты весьма хороши.

Услышав похвалу от мастера уровня Слияния с телом, Хуан Эрцянь так обрадовался, словно хвалили его самого. От улыбки его и без того иссохшее лицо стало походить на сморщенную кожуру личи.

Закончив испытание, Синь Шэньцзы направился обратно в свой угол на первом этаже. Он уже остановился, как вдруг почувствовал что-то неладное. Повернув голову, он увидел своего драгоценного ученика.

— Ученик! — Синь Шэньцзы быстрым шагом подошёл к нему.

— Второй учитель, — спросил его И Сюань. — Как ты здесь оказался?

— Сегодня же аукцион Врат Тысячи Искусностей, верно? Я подумал, что ты придёшь, вот и решил заглянуть, — сказал Синь Шэньцзы, почёсывая в затылке.

И Сюань кивнул. Больше он ни о чём не спрашивал и наверх не пошёл, оставшись стоять рядом с Синь Шэньцзы, и они вместе смотрели на помост.

— Полагаю, все воочию убедились, почему Баци Бянь занял первое место в Списке Ста Юнцов, — с улыбкой произнёс Хуан Эрцянь, стоя посреди помоста. — Просто потому, что более высокого места не существует.

Услышав это, люди в центре первого этажа невольно фыркнули, но возразить им было нечего. Магический артефакт, который под силу использовать заклинателю на позднем этапе Слияния с телом, уже далеко превосходил уровень Списка Ста Юнцов.

— Для создания хорошего магического артефакта нужны подходящее время, место и люди. Каждый проданный экземпляр — на вес золота, — Хуан Эрцянь положил Баци Бянь обратно на длинный поднос. — Итак, господа, стартовая цена на Баци Бянь составляет девяносто девять тысяч девятьсот девяносто девять духовных камней высшего качества. Шаг аукциона не ограничен.

На третьем этаже Лянь Лянь, услышав стартовую цену, не сдержала смешка. Цена была установлена идеально — ни больше ни меньше. Она сделала первую ставку: — Сто тысяч и один.

— Мы же уже сказали, что дадим сто пятьдесят тысяч, — высунувшись, проговорил Мэй Чоужэнь и постучал в соседнее окно.

Лянь Лянь распахнула своё окно и, оперевшись рукой о подоконник, ответила: — Главное — участие.

— Ладно, тогда сто пятьдесят тысяч и один! — крикнул Мэй Чоужэнь, повернув голову.

— Сто шестьдесят тысяч и один, — предложил Сюй Чэнъюй.

Заклинатели внизу уже притихли, наблюдая за торгами великих кланов. Ставки, растущие на десять тысяч духовных камней высшего качества за раз, были им не по карману.

— Сто семьдесят тысяч, — неожиданно вступил в торги и Сын Будды из Клана Десяти Тысяч Будд, Гу Лянтянь.

Внизу кто-то не удержался: — Ученики великих кланов и впрямь богаты. Но разве в Клане Десяти Тысяч Будд не используют посохи и чётки? Зачем им эта штука?

— Ты не понимаешь. Этот Баци Бянь выставили на торги не раньше и не позже, а как раз между вторым и третьим этапами состязания. Он настолько мощный, что может изменить исход поединков. Может, первое место и не занять, но за место в тройке лидеров побороться точно поможет.

— Верно. Куньлунь и Клан Десяти Тысяч Будд ни за что не допустят, чтобы он достался другому клану.

— Кстати, почему Е Су из Врат Тысячи Искусностей не оставила его себе? Я помню, она уже достигла позднего этапа Зарождающейся души, а постоянного магического артефакта у неё нет.

— Кто знает.

Лу Чэньхань слышал все разговоры в зале. Его взгляд упал на нескольких сплетничавших заклинателей, и холодные глаза его помрачнели. Мгновение спустя он взглянул на Хуан Эрцяня внизу, готовясь сделать ставку.

— Триста тысяч, — раздался голос из угла второго этажа.

В зале воцарилась тишина. Большинство заклинателей были ошеломлены такой высокой ценой.

Лу Чэньхань замер у окна, не говоря ни слова. Его взгляд был прикован к той комнате на втором этаже. Даже он, заклинатель на начальном этапе Преобразования духа, не почувствовал, что внутри кто-то есть. «Кто там?»

На третьем этаже в это время было особенно тихо. Ученики разных кланов, очевидно, тоже не заметили, что в комнате на втором этаже кто-то находится. Это могло означать лишь одно: либо таинственный незнакомец использовал какое-то сокровище, чтобы скрыть своё присутствие, либо... его сила намного превосходила силу всех собравшихся.

— Тр-триста тысяч, раз! — голос Хуан Эрцяня слегка дрожал. Цена взлетела слишком быстро. До начала торгов он лишь мечтал, что она дойдёт хотя бы до двухсот тысяч духовных камней высшего качества.

На третьем этаже представители кланов больше не делали ставок. Всё их внимание было приковано к незнакомцу из комнаты на втором этаже.

— Триста тысяч, два! — сердце Хуан Эрцяня колотилось.

Ученики великих кланов наверху окончательно отказались от борьбы.

Убедившись, что новых ставок нет, Хуан Эрцянь вновь ударил молотком: — Триста тысяч духовных камней высшего качества! Продано!

Внизу послышались изумлённые вздохи. Кто бы мог подумать, что Баци Бянь уйдёт за такую цену! Но самое главное — никто не знал, какой клан скрывается на втором этаже. Выложить разом триста тысяч духовных камней высшего качества... У них там что, свой духовный рудник?

— У покупателя есть право передумать, — сказал Хуан Эрцянь, указывая на Баци Бянь на подносе. — Можете сначала подойти и опробовать его.

При этих словах и Лу Чэньхань из Куньлуня, и Гу Лянтянь из Клана Десяти Тысяч Будд устремили взгляды на комнату второго этажа, ожидая, когда же таинственный покупатель выйдет оттуда.

— В этом нет нужды, — вновь раздался из комнаты голос, в котором звучало абсолютное спокойствие.

Последний лот был продан, и аукцион подошёл к концу. По правилам, продавец мог совершить сделку за кулисами, куда из комнаты вёл прямой проход.

И как раз в тот момент, когда все уже решили, что так и не увидят таинственного покупателя, дверь комнаты на втором этаже внезапно открылась, и из неё вышли люди.

Лу Чэньхань, уже собиравшийся уходить, обернулся и, увидев вышедших, замер — зрачки его сузились. «Это люди из Пэнлая».

Двое ничем не примечательных на вид людей, одетых в сине-зелёные одеяния с волосами, заколотыми деревянными шпильками, вышли друг за другом. Их лица были настолько обычными, что в толпе их было бы невозможно запомнить.

— Почему люди из Пэнлая покинули свою обитель? — нахмурившись, спросил Синь Шэньцзы, глядя на двоих незнакомцев.

— Пэнлай? — И Сюань, конечно, знал о Пэнлае. Это место находилось в самом центре Континента Бренного Мира, но больше он ничего о нём не слышал.

— Пэнлайцы не покидают свою обитель без веской причины. Скорее всего, что-то случилось, — на лице Синь Шэньцзы проступила редкая серьёзность. — И случилось что-то серьёзное.

И Сюань посмотрел на спускавшуюся по лестнице пару. Они были настолько обычными, что стоило ему закрыть глаза, как их образы тут же стирались из памяти.

— Ученик, я пойду, — Синь Шэньцзы похлопал И Сюаня по плечу. — Нужно сообщить главе ордена.

— Хорошо... — не успел И Сюань договорить, как, обернувшись, обнаружил, что Синь Шэньцзы уже исчез.

Те двое из Пэнлая подошли к помосту и протянули мешочек с духовными камнями. — Триста тысяч. Можем ли мы забрать Баци Бянь?

Хуан Эрцянь принял мешочек и, слегка проверив его духовной силой, был ослеплён сиянием камней внутри. Он тут же повернулся и протянул им артефакт: — Вот ваш Баци Бянь.

Пэнлайцы взяли его, развернулись и вышли через главный вход, растворившись в толпе. Уже через мгновение их и след простыл.

— Это... почему пэнлайцы вышли в мир? — пробормотал Мэй Чоужэнь, прижимая руку к груди. — Как бы чего не случилось.

Людей из Пэнлая было одновременно и сложно, и легко узнать. Они всегда носили сине-зелёные одеяния и закалывали волосы деревянными шпильками. При этом каждый из них обладал донельзя заурядной внешностью, и в толпе их было не найти.

Е Су, только что вышедшая из своей комнаты, услышала слова Мэй Чоужэня и спросила: — Почему ты так говоришь?

— Пэнлайцы искусны в прорицании, — ответила вышедшая из соседней комнаты Лянь Лянь, прислонившись к двери. — Их появление означает, что что-то уже случилось или вот-вот случится.

— Об этом я знаю! — поддакнул подошедший Ма Цунцю. — Самое известное их деяние — предсказание Эпохи падения богов. Тогда никто не поверил, но потом боги и впрямь пали, и с тех пор в Мире совершенствующихся больше не случалось чудес.

Из-за внезапного появления людей из Пэнлая Лу Чэньхань и Гу Лянтянь уже ушли. Ученики других кланов тоже засобирались обратно, чтобы узнать, нет ли каких-либо новостей от своих кланов.

Перед самым уходом Е Су остановила Янь Хао из Клана Радостного Единения. — Я хотела бы попросить тебя об одной услуге, — с лёгкой улыбкой произнесла Е Су.