Глава 165.0

— Гу Лянтянь вступил в сговор с Хозяином демонов, что привело к гибели трёх великих мастеров уровня Небесного Испытания. Е Су стояла во дворе. Протянув руку, она поймала полоску света, которая в её ладони обернулась древесным листом. На его поверхности были начертаны вести со всех земель. Она несколько мгновений всматривалась в написанное, не в силах до конца всё осмыслить.

Гу Лянтянь был утончённым эгоистом: он брался лишь за то, что приносило ему пользу, и никогда не делал ничего без выгоды для себя. Какую выгоду он мог извлечь из сговора с Хозяином демонов и гибели великих мастеров? К тому же, теперь его разыскивал весь Мир совершенствующихся.

— Чья гибель? — спросил И Сюань, выходя из дома.

Е Су протянула ему лист: — Это последние новости из Мира совершенствующихся.

На Пэнлае нельзя было получить весть через нефритовую пластину для связи, здесь действовали свои, особые каналы — вроде тех полосок света, что постоянно взмывали в небо за пределами двора. Пробыв здесь всего несколько дней, Е Су уже поняла, что во внешнем мире всё перевернулось с ног на голову.

— Гу Лянтянь? — И Сюань недолюбливал этого человека. — Нас это не касается.

— Просто это немного странно, — ответила Е Су, забирая лист. Стоило ей разжать ладонь, как он снова обратился в полоску света и улетел. — Демоническую энергию всё ещё не удаётся усмирить?

И Сюань, окутанный Демонической энергией, помолчал немного и ответил: — Распорядитель Пэнлая дал мне руководство по демоническому совершенствованию. Если он начнёт по нему заниматься, пути назад уже не будет — он встанет на путь демона.

— Даже если ты не станешь совершенствоваться, Врата Тысячи Искусностей смогут прокормить ещё одного ученика, — сказала Е Су, глядя на И Сюаня.

— Нет, — без колебаний отказался И Сюань. — Я должен совершенствоваться. Во Вратах Тысячи Искусностей все были мастерами артефактов, и Е Су среди них уже была исключением. Если он остановится в развитии, всё бремя ляжет на её плечи.

— И путь демона тебя не страшит? — спросила Е Су. — В будущем заклинатели будут сторониться и презирать тебя.

И Сюань отчеканил: — Я уже начал заниматься по этому руководству. Только когда станешь сильным, люди не посмеют смотреть на тебя свысока или презирать. Даже если в душе они что-то и подумают, то не решатся показать это.

— Встанешь ты на путь демона или нет, ты всё равно останешься учеником Врат Тысячи Искусностей, — Е Су вошла во двор и, обернувшись, посмотрела на И Сюаня. — Раз уж решил заниматься по руководству, торопись. Нам скоро спускаться с горы.

И Сюань встретился с ней взглядом, и его вечно холодное лицо чуть смягчилось: — Хорошо.

Пятый брат-ученик ушёл заниматься, а Е Су осталась во дворе и, нагнувшись, принялась собирать с земли разбросанные листы бумаги. Она подбирала их один за другим, неся к столу, и аккуратно складывала в стопку.

Это были наброски Защитной формации клана, которые Е Су рисовала последние несколько дней. Она мысленно перебрала все оборонительные магические формации, что видела в Башне Перерождения, но ей постоянно казалось, будто чего-то не хватает. Прежняя Защитная формация клана Врат Тысячи Искусностей была слишком совершенна. Что бы Е Су ни чертила, её мысли неизбежно возвращались к той формации. Даже полуразрушенная, испорченная чужой рукой, она была исполнена суровой и величественной красоты. Е Су даже подозревала, что вложенная формация смогла запечатать Духовный источник Врат Тысячи Искусностей лишь потому, что позаимствовала мощь их исконной защитной формации. К сожалению, её Уровень развития был недостаточно высок, чтобы разглядеть всю структуру великой формации...

Рука Е Су, собиравшая бумаги, вдруг замерла. Да, её Уровень развития был невысок, но Божественное сознание уже давно превосходило начальную ступень Преобразования духа. Возможно, она сумеет воссоздать всю формацию в своём Море сознания. Она всегда сразу действовала, едва ей в голову приходила мысль. Сосредоточив дух, она погрузилась в медитацию и вошла в Море сознания.

По сравнению с тем, что было до перемещения города, её Море сознания стало гораздо тише и тусклее. Тогда обстоятельства были особыми: Е Су почувствовала недоброжелательность Почтенного Чжэнчу и насильно оборвала связь с той частью Божественного сознания, которую ещё не успела вернуть.

Е Су высвободила Божественное сознание и принялась воссоздавать и прорабатывать Защитную формацию клана Врат Тысячи Искусностей. Те части структуры, что были ей понятны, она начертала без труда. Но непонятные фрагменты приходилось насильно восстанавливать по памяти, управляя Божественным сознанием. В процессе Божественное сознание отчётливо ощущало дискомфорт — боль, вызванную попыткой превзойти свой уровень.

Неудача, неудача... и снова неудача. Чаще всего Е Су успевала начертить лишь половину, прежде чем её постигала неудача. И это была формация, сотни лет простоявшая в руинах, а не в период своего расцвета.

Несколько дней непрерывного и чрезмерного использования Божественного сознания так истощили Е Су, что её Духовная обитель затрещала по швам. Ей не оставалось ничего, кроме как прерваться и заняться восстановлением Моря сознания.

Открыв глаза, Е Су обнаружила, что рядом спит Ю Фуши, подложив под руку бумаги. Её взгляд упал на его гладкий лоб без единого шрама. Трудно было поверить, что когда-то его пронзил кинжал.

Вероятно, она смотрела слишком долго. Ю Фуши медленно открыл глаза. Некоторое время он так и лежал, уткнувшись лицом в руку, а затем сел. Как только он сел, книга с его колен соскользнула и со шлепком упала на пол.

Е Су наклонилась и увидела, что это был Словарь древнего языка, который она принесла из Башни Перерождения. Она подняла толстый том, смахнула с него пыль потоком Духовной силы и протянула Ю Фуши.

Ю Фуши не взял книгу. Скрестив руки на груди, он смотрел на Е Су с таким видом, будто собирался свести с ней счёты.

— Почему ты спал здесь? — притворилась Е Су, будто ничего не замечает. Она коснулась пальцем словаря. — Читал? Младший брат-ученик совсем не походил на любителя книг. Скорее уж, он мог бы их рвать.

— Со мной никто не разговаривал, — недовольно пробурчал Ю Фуши. Во всём дворе один в комнате занимался демоническим совершенствованием, а другая медитировала. Ю Фуши несколько дней играл сам с собой, и ему стало ужасно скучно.

Поскольку Море сознания в её Духовной обители бурлило, и она всё равно не могла продолжать чертить и прорабатывать формацию, Е Су решила уделить всё внимание Младшему брату-ученику.

— Теперь я с тобой поговорю, — Е Су открыла Словарь древнего языка. — Раньше Младший брат-ученик учился читать по этой книге?

Ю Фуши склонил голову набок. Её слова, очевидно, привлекли его внимание: — Наверное?

Е Су перелистнула на последние страницы и увидела, что над знакомыми ей иероглифами появилась новая строчка. Фраза «Что такое неграмотный?» была зачёркнута, а рядом красовалась надпись: «Я не неграмотный». Иероглифы разных эпох, но почерк был всё таким же небрежно-ленивым.

Увидев эту страницу, Е Су не удержалась и рассмеялась. Ю Фуши счёл, что она смеётся над ним. Младший брат-ученик тут же закрыл раскрытый словарь обеими руками и заявил бессовестной Старшей сестре-наставнице: — Не смей смотреть.

Е Су на миг даже забыла о боли в Духовной обители и Море сознания. Она кивнула: — Хорошо, не буду. Ю Фуши выхватил словарь и тут же перевернул его, скрывая написанное.

Взгляд Е Су случайно упал на рунический чертёж на другой странице, и она инстинктивно отвернулась. Когда же она посмотрела снова, то заметила, что Ю Фуши разглядывает этот чертёж без какой-либо реакции. Тогда она вновь взглянула на рунический чертёж и, как и в прошлый раз, едва не потеряла самообладание — её разум словно затягивало внутрь.

— Ты можешь спокойно смотреть на этот рунический чертёж? — спросила Е Су у Ю Фуши. Ю Фуши удивлённо поднял на неё глаза, очевидно, не понимая, о чём она говорит.

— Я не могу на него смотреть, — объяснила Е Су и спросила: — А ты можешь?

Ю Фуши опустил взгляд на страницу с руническим чертежом, затем слегка склонил голову и ошеломил её ответом: — Это я нарисовал.

Е Су: «…» На мгновение во дворе воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом Листьев Бодхи на ветру.

Она и не подозревала, что Младший брат-ученик владеет искусством талисманов. — Ты нарисовал этот рунический чертёж? — ещё раз переспросила Е Су. — Младший брат-ученик, ты умеешь создавать Талисманные массивы?

Ю Фуши сначала кивнул, а затем помотал головой. Он указал пальцем на рунический чертёж: — Я умею рисовать только этот. Он смутно помнил, что кто-то насильно заставил его это выучить, сказав, что в будущем пригодится.

— Не умеешь создавать Талисманные массивы, а только этот? — уточнила она.

— Угу, — Ю Фуши закрыл словарь и посмотрел на Е Су. — А ты не умеешь? По его мнению, было мало вещей, которых Е Су не умела.

— Уровень развития слишком низок, — коротко ответила Е Су. На самом деле, для её возраста этот Уровень развития был чрезвычайно высок. Просто Е Су сталкивалась с вещами куда более сложными, чем обычные заклинатели, и потому ей постоянно казалось, что её уровня недостаточно.

Ю Фуши снова лёг, подложив словарь под голову, и, глядя на Е Су, вдруг сказал: — Я могу нарисовать его на главных вратах Врат Тысячи Искусностей.

— На главных вратах... Врат Тысячи Искусностей? — опешила Е Су и спросила: — Ты что-то вспомнил?

— Нужно нарисовать на главных вратах Врат Тысячи Искусностей, — растерянно повторил Ю Фуши. Каждый раз во сне его сознание восстанавливалось. За последние дни ему, казалось, приснилось многое, но после пробуждения он почти ничего не помнил.

— Хорошо, нарисуем на главных вратах, — Е Су прикрыла его глаза ладонью и тихо прошептала: — Не думай об этом слишком много.

…

По горной тропе, зажимая рану на боку, из которой меж пальцев сочилась кровь, спотыкаясь, бежал человек. Его чётки давно были уничтожены, а посох с навершием в виде лотосовой платформы испещряли отметины от меча. Этим человеком был Гу Лянтянь.

От Лу Чэньханя и впрямь было не так-то просто избавиться. Он вложил частицу своего Божественного сознания в Намерение меча и преследовал его от самого Северного сектора. Каждый раз Гу Лянтянь провоцировал его, упоминая Е Су. И хотя за каждую провокацию он расплачивался новыми, ещё более тяжёлыми ранами, у него оставался шанс. Лу Чэньхань был гордецом, и чем сильнее его провоцировали, тем больше он жаждал лично расправиться с Гу Лянтянем. За ним не гнались ни старейшины, ни глава ордена — только Лу Чэньхань. А значит, у Гу Лянтяня ещё была надежда на спасение.

— Думаешь, далеко убежишь? — Лу Чэньхань внезапно появился впереди на тропе, глядя на ковыляющего к нему Гу Лянтяня. — Как бы я ни ослаб, ты всё равно умрёшь от моей руки.

Гу Лянтянь остановился. Всё его тело было покрыто ранами от меча. Спешно покидая Клан Десяти Тысяч Будд, он не взял с собой достаточно пилюль и поддерживал силы, лишь впитывая Духовную энергию из духовных камней. Но теперь и они закончились.

— Смерть Предка-учителя не на моей совести, — Гу Лянтянь был на пределе сил. Глядя на Лу Чэньханя, он выговорил: — Их убил... глава Клана Десяти Тысяч Будд, Лэ Цзи.

Выражение лица Лу Чэньханя не изменилось: — Решил свалить вину на главу собственного клана? Гу Лянтянь: «…»

— Ты пытаешься добраться до Пэнлая? — внезапно спросил Лу Чэньхань. Гу Лянтянь изменился в лице. Он так долго плутал, надеясь добраться до Пэнлая и попросить о помощи, но не ожидал, что Лу Чэньхань раскусит его замысел.

— Вообще-то, эти горы уже находятся на землях Пэнлая, — с загадочной улыбкой произнёс Лу Чэньхань, сжимая меч. — Ты думаешь, жителей Пэнлая так легко встретить? «На землях Пэнлая нет самого Пэнлая», — с детства слышал Лу Чэньхань от своего учителя и других даосов. В отличие от иллюзий Клана Радостного Единения, иллюзии Пэнлая позволяли скрываться у всех на виду. Это касалось не только внешности его обитателей, но и всего Пэнлая целиком. Лишь когда Пэнлай сам желал явить себя, мир мог его узреть. В противном случае, никто не мог его найти. Даже пройдя в двух шагах, человек не заметил бы, что рядом с ним — Пэнлай. Гу Лянтянь кружил по горам, вероятно, даже не подозревая, что уже давно находится на землях Пэнлая.

— То, что жители Пэнлая спасли тех нескольких из Врат Тысячи Искусностей, не значит, что они спасут и тебя, — холодно усмехнулся Лу Чэньхань, сжимая меч. — Не говоря уже о твоём союзе с демонами, даже если бы ты оставался заклинателем, умри ты хоть у ворот Пэнлая, никто бы и пальцем не пошевелил. Сердце Гу Лянтяня ушло в пятки. Он думал, что добравшись до Пэнлая, будет хоть на коленях умолять у ворот, лишь бы его впустили, но он так и не увидел даже тени этого места.

— Значит... Пэнлай где-то рядом, — проговорил Гу Лянтянь. — Просто я его не вижу?

Лу Чэньхань взмахнул мечом и холодно бросил: — Не стоит больше попусту трепыхаться. Ему было даже немного жаль Гу Лянтяня. Такой выдающийся Сын Будды — и вступил в сговор с демонами, да ещё и убил трёх великих мастеров уровня Небесного Испытания. Умереть от его меча — это ещё честь для такого, как Гу Лянтянь.

Гу Лянтянь выпрямился и, собрав последние силы, попытался создать Магический массив, чтобы противостоять его Намерению меча. Он убрал руку от раны на животе, и кровь снова хлынула потоком. — Е Су, выходи! — в момент между жизнью и смертью Гу Лянтяню было уже не до чести и будущего развития. Сопротивляясь Лу Чэньханю, он отчаянно закричал: — Если не выйдешь, я расскажу всем, кто такой Ю Фуши на самом деле!

Лу Чэньхань был ошеломлён его внезапным криком, отчего даже Намерение меча дрогнуло. Услышав продолжение, он нахмурился: — Можешь кричать сколько угодно, это бесполезно. «Кто такой Ю Фуши? Разве он не просто дух-зверь?» Хоть Лу Чэньхань и подумал так, но всё же замедлил атаку. Он не верил, что кто-то из Пэнлая появится, но ему стало любопытно, что Гу Лянтянь скажет дальше.

— Ты не боишься, что я всё расскажу? — кричал Гу Лянтянь всё громче, вкладывая в голос остатки Духовной силы. — Лу Чэньхань тоже здесь! Узнает он — узнает весь Куньлунь! Видя, что тот так ничего и не говорит, Лу Чэньхань потерял терпение и нанёс рубящий удар мечом.

Однако этот удар был отражён. — И что же за личность мой Младший брат-ученик? — внезапно возникнув из воздуха, спросила Е Су. Она стояла напротив них и смотрела прямо на Гу Лянтяня.

Примечание автора: Гу Лянтянь: «…Знатное происхождение?»