Глава 200.0

Глава 200. Дао и вор (2)

Дао-цзун.

Даже по сравнению с Досточтимым Буддой она принадлежала к более раннему поколению. Если бы она всё ещё была жива, ей было бы больше ста двадцати лет — старейшее живое существо в Муриме.

Одна из Трёх Верховных и один из сильнейших мастеров Мурима. Но если выделить две определяющие черты этой Дао-цзун…

Во-первых, несмотря на её славу, от которой сотрясалась земля, мало кто в действительности знал, как она выглядит.

Во-вторых, почти никто в Муриме не знал, откуда она родом.

— Ты хочешь сказать, Со Чхон, что ты ученик той самой Дао-цзун?

Кем была Дао-цзун?

В последние десятилетия она не проявлялась.

Но каких-то семьдесят-восемьдесят лет назад она была легендарной праведной воительницей, которая по всей Центральной равнине уничтожила больше всего демонических сект и культистов.

Даже говорили, что Владыки Зла Поднебесья смогли обосноваться тридцать лет назад лишь потому, что Дао-цзун затихла.

И вот теперь этот липкорукий щенок заявлял, что он ученик Дао-цзун?

«Только не говорите, что известная мне Дао-цзун на самом деле была „призрачной воровкой“?»

Со Чхон, встретившись с моим пристальным взглядом, начал отводить глаза.

— Э-э, насчёт этого…

Смотреть, как он, уворачиваясь от моего взгляда, обливается потом, было до смешного жалко…

Я тихо вздохнул и отодвинул в сторону любопытство, которое закипало внутри.

— Нет, позже. Мне правда ужасно любопытно, но сейчас не время в этом копаться.

— В-верно!

Гван Хён свирепо смотрел на нас всего в нескольких шагах — времени лезть в прошлое Со Чхона не было.

«Хм, погоди-ка?»

И тут мне в голову пришла мысль — кое-что, чем можно было задеть Гван Хёна.

Я вдруг начал тыкать Со Чхона пальцем в щёку и вызывающе обратился к Гван Хёну:

— Гван Хён. Даже я не знал, что этот щенок — ученик Дао-цзун. А ты откуда узнал такой засекреченный секрет? Насколько же ты был помешан на Дао-цзун, чтобы докопаться до этого?

Дёрг!

Его глаз заметно дрогнул.

Я тут же добавил ещё один укол.

— Или, может быть… это комплекс неполноценности?

— Любишь ты трепать языком без фильтра.

Попал.

Вспышка!

Луч света в ярости взорвался от меча Гван Хёна.

Даже знаменитая стремительными мечами секта Дяньцан была бы вынуждена отступить перед такой скоростью!

Я поспешно поднял меч, отражая внезапный удар.

БУМ!

— М-мой господин?!

Я едва сумел отклонить засаду.

Но взамен меня швырнуло прямо в здание позади — часть поместья клана Докго.

Со Чхон тревожно закричал:

— Ч-что?! Куда делся тот свирепый мой господин, который на равных стоял против матушки?!

Может быть, он оставался на месте, веря, что я справлюсь.

«Это было опасно. Я почти не успел среагировать».

Если бы я в Пещере-тюрьме Железного Коня сражался с Сон Янчжа в полную силу, всё, наверное, выглядело бы примерно так.

Гван Хён смотрел на место, куда я врезался, и казался удивлённым.

— Ты видел мечную ци Великой Гармонии? Не думал, что ты сумеешь отреагировать на такую скорость.

Мечная ци Великой Гармонии.

Так называли высший цигун секты Удан, достижимый только при освоении предельной формы Канона Высшего Тайцзи.

Я отряхнул обломки и медленно поднялся.

— Чёрт, ты правда выложился всего лишь из-за слегка задетой гордости.

Гван Хён коротко усмехнулся.

— Исправлять заносчивость младших — долг старшего.

— А одно из моих любимых занятий — избивать стариков.

Я начал всерьёз собирать ци.

Вокруг меня стало формироваться нечто вроде поля ауры, а чёрный вихрь начал подниматься.

— Продолжим?

Если мы будем сражаться здесь, центр Лояна превратится в руины.

И основание Союза Чёрного Лотоса в сотрудничестве с правителем Лояна тоже сильно задержится…

— Нет, я остановлюсь здесь.

— ……?!

— Раз уж ты заблокировал мой последний удар, продолжать будет означать больше потерь, чем выгоды.

Гван Хён, который ещё мгновение назад выглядел готовым разорвать меня и Со Чхона на куски, вдруг вложил меч в ножны и полностью изменил позицию.

От его чистой капитуляции я опешил.

Но после того как я заблокировал его мечную ци Великой Гармонии, я отчасти этого ожидал.

«…Как и следовало ждать от человека, который в прошлой жизни поднялся до главы Альянса Мурима. Расчёты у него как бритва».

Он вернул самообладание с поразительной скоростью.

Если бы он пришёл один, возможно, выбрал бы иначе. Но сейчас вокруг валялись его побеждённые ученики Удана.

Если он безрассудно вступит со мной в бой здесь, все они погибнут.

И всё же поверить в это было трудно.

«Может, Досточтимый Будда был прав? Цель этого человека — не воскресение прошлого, а именно возрождение секты Удан…»

Если бы Гван Хён стремился лишь к личному выживанию, ему было бы совершенно безразлично, выживут его ученики или умрут.

— Сегодня я тихо уйду. Так будет лучше для обеих сторон, не так ли?

Я решил сделать ставку, доверившись словам Досточтимого Будды.

— Прости, но я не могу просто позволить тебе уйти.

— …Что ты сказал?

— Я заключил пари с твоим учеником.

— Пари?

Когда он прищурился, я небрежно бросил в его сторону большой камень.

— Ильрён Хан Мубэк. В Удане известен как Хан Пэк, ученик внешней ветви. Он пообещал раскрыть своё местонахождение, если проиграет дуэль.

— ……

Я пересказал ему пари, заключённое с Чонму.

Разумеется, я намеренно умолчал о Клинке Чжанбо.

Инстинктивно я чувствовал: если заговорить об этом сейчас, он пойдёт ва-банк и будет убивать.

Гван Хён некоторое время молчал, выслушав условия пари.

— Ильрён… Ты действительно многое знаешь о нашей секте.

Я усилил настороженность, внимательно следя за его следующим движением.

И в этом напряжённом противостоянии…

— Ильрён сейчас в Демоническом культе.

— …!

— Дэ Чхон-гун призвал его. Я понятия не имею, что он там делает.

Он слишком легко раскрыл местонахождение Хан Мубэка.

— Ты уверен, что можно так просто это выдавать?

Спросил я, на мгновение сбитый с толку, и Гван Хён фыркнул.

— Хмф, Ильрён с самого начала должен был принадлежать Демоническому культу. Просто всё перекрутилось, и наша секта временно его удерживала. С какой стати мне дорожить какой-то марионеткой Дэ Чхон-гуна?

Это было ясно.

С учётом того, как эффектно я всё перемешал, нетрудно было догадаться, что его судьба резко изменилась.

В моей прошлой жизни он вообще не становился учеником секты Удан.

— Кроме того, ты ведь даже не знаешь, как выглядит Ильрён? Значит, вреда от того, что я тебе скажу, нет.

Хм…

Я прекрасно знал, как он выглядит.

Почувствовав лёгкую неловкость, я перешёл к следующему вопросу.

— Гван Хён. Если бы ты мог сделать секту Удан лучшей под небесами, подумал бы о том, чтобы взяться за руки с моим культом? Разумеется, тайно.

— М-мой господин, что вы вообще говорите?!

Со Чхон рядом ужаснулся, но я поднял руку, останавливая его.

Вскоре последовала холодная усмешка Гван Хёна.

— Кухуху. Что для меня Демонический культ? Если ради славы Удана потребуется, я пожму руку хоть самому дьяволу. И душу свою с радостью отдам.

— Понятно.

Услышав это, я сразу изменил тон и выражение лица.

— Не беспокойся о безопасности своих учеников. Их обездвижили без единой царапины.

— ……

— ……

— Надеюсь, в следующий раз мы сможем встретиться с улыбкой, мастер Гван.

Гван Хён нахмурился, глядя на моё теперь совершенно бесстрастное лицо.

— У тебя язык змеи, ублюдок.

— Если секта Удан — группа, с которой можно договориться, мой культ не намерен относиться к ней как к врагу. В конце концов, Хубэй довольно далеко от нас.

На это Гван Хён издевательски рассмеялся.

— Ты хочешь «договориться» со мной? Тогда готов передать Нефритовый Меч Небесного Демона?

Ты с ума сошёл?

Я и так сдерживаюсь, чтобы не убить тебя на месте, а ты такое выдаёшь?

— Этого не будет.

— И при этом ты утверждаешь, что хочешь «переговоров» с сектой Удан?

— Я ведь, очевидно, не говорю о прямо сейчас.

Переговоры — это не значит просто односторонне отдавать вещи.

Настоящие переговоры возможны только тогда, когда обе стороны получают взаимную выгоду.

— Для тебя, мастер Гван, важна слава секты Удан, верно? Нет нужды зацикливаться на должности главы Праведного Альянса.

— Возможно, это так, но это всё же самый быстрый и надёжный путь. Я не хотел бы упустить такую возможность.

На этот раз я подарил ему насмешливую улыбку.

— Похоже, амбиции у вас довольно… мелкие, мастер Гван.

— …Что?

Он моргнул, искренне застигнутый врасплох моими словами.

— Вы правда собираетесь довольствоваться должностью главы какого-то союза праведных сект? Разве имя Удана по-настоящему восстановится только этим?

— К чему… ты клонишь?

Мой язык, словно ядовитая змея, скользнул в его разум.

— Не глава Праведной фракции… а глава Альянса Мурима. Разве имя Удана не будет утверждено прочно, если именно он породит верховного лидера всего Мурима?

— Г-глава Альянса Мурима?!

Я вспомнил, кем он стал в прошлой жизни, и продолжил давить.

— Настоящий Альянс Мурима, созданный объединением всех фракций, а не только праведных. Что, если самый первый глава такого альянса будет выходцем из Удана? И что, если «мой культ» и «Союз Чёрного Лотоса» будут тайно помогать этому случиться?

— ……

— Разве это не выгодная сделка для обеих сторон?

Альянс Мурима, а не Альянс Праведной фракции.

Если все крупные фракции объединятся, по сути, возникнет новая организация. Политически противостоять Королю Меча не придётся.

А если разгорится борьба за лидерство, победителя сможет определить грубая сила.

Гван Хён не ответил.

Но уже по его лицу я мог понять: он всерьёз соблазнился.

— Как я сказал раньше, речь не о ближайшем будущем. Я лишь надеюсь, что сегодня мы расстанемся с мыслью, что такое будущее возможно.

— …Хех.

Он тихо выдохнул.

— Подумать только, кто-то смог настолько меня поколебать… Похоже, в Демоническом культе родился новый Дьявольский Разум.

— ……

Хм.

Это… это был комплимент?

— Хорошо. Пусть это и далёкое дело, но я запомню, что ты сделал такое предложение.

— Благодарю.

Свист!

Гван Хён поднял шестерых учеников Удана в воздух с помощью Небесного Захвата Предметов — техники, опирающейся исключительно на внутреннюю энергию.

Я не смог скрыть неверия при виде столь абсурдного действия.

«Он и правда сумасшедший монстр».

Ни телекинеза, ни артефактов — он поднял сразу нескольких потерявших сознание людей одной лишь грубой внутренней энергией и волей.

Контроль был на запредельном уровне.

— О, и ещё последнее.

Я остановил Гван Хёна как раз перед тем, как он развернулся уходить.

— …Что ещё?

— Скажи мне перед уходом одну вещь. Как ты узнал, что Со Чхон — ученик Дао-цзун?

После краткого молчания Гван Хён ответил:

— Десять тысяч форм Великого Высшего Тайцзи. Это одно из тайных боевых искусств нашей секты, которое никогда не показывали чужакам.

— …!

— Оно почти исчезло после того, как тот проклятый человек унаследовал его и был изгнан из нашей секты.

О-о?

Это была тайна, о которой не знал даже широкий Мурим.

— Даже если линия прервалась, глава Удана не может не узнать боевое искусство Удана.

С этими словами Гван Хён зашагал прочь, обозначая конец разговора.

Я проводил его взглядом, пока он не отдалился, а затем перевёл глаза на Со Чхона.

«Значит… этот ублюдок, несмотря на происхождение из скрытого клана Со Тени, овладел боевым искусством Удана?»

Он и правда был как луковица: слой за слоем тайн.

И тогда…

— Э-эй, мой господин. Я тут кое о чём думаю.

— О чём?

Со Чхон внезапно задал мне вопрос.

— Ты, кажется, правда ненавидел того человека. Ничего, что ты просто его отпустил?

— ……

— То есть, судя по твоим навыкам… ты, наверное, мог бы его одолеть. И ещё…

Он нервно покосился на меня и тихо добавил:

— Ты выглядел так, будто хотел не просто ненавидеть его, а убить…

— …Хаа.

Я пусто вздохнул.

Серьёзно, с такой интуицией какого чёрта этот ублюдок тратит свой талант на мелкое воровство?

— Убить его сейчас — не мой главный приоритет.

— Приоритет?

— Я действительно хочу его убить. Но если «нынешняя она» может извлечь из него пользу, тогда пока придётся отложить мои чувства в сторону.

— …?

Со Чхон склонил голову, явно не понимая, что я имею в виду под «нынешней ею».

— Снова говорить с этим человеком я буду только после того, как всё в Лояне разрешится. И лишь если к тому моменту ни у кого из нас не останется старых обид.

Даже если мы не сведём счёты прямо сейчас, при таком ходе событий любой из нас в любой момент мог приставить клинок к горлу другого.

Это было не более чем временной отсрочкой — а может, даже тончайшей полоской колебания.

— В любом случае, сейчас не это проблема, на которой нужно сосредоточиться.

— А?

Шмяк!

— Гя-а-а-а!

Я изо всех сил ударил Со Чхона по голени и впился в него взглядом.

— Что это было? Ты ученик Дао-цзун? И при этом ползал с ошейником на шее, пока тебя таскали за собой такие, как Владычица Резни и Чок Руа?

— Н-нельзя так говорить о чьей-то матушке…

— Хватит нести чушь, выкладывай всё прямо сейчас. Если не хочешь, чтобы тебя казнили за сговор с предателями.

От холода в моём голосе Со Чхон сглотнул.

— С-серьёзно, там ничего особенного. Ты точно хочешь это услышать?

— Это я решу. Начинай.

— Ух…

С виноватым лицом Со Чхон начал вспоминать прошлое.

— Э-э, я встретил учительницу примерно десять лет назад.

— Когда ты ещё был в Доме Резни?

— Да. Это было сразу после того, как хённим Бёк был продан в Призрачный Командный Отряд. Тренировки тогда стали безумно жестокими, и я окончательно скатился на дно. Поэтому просто сказал: к чёрту всё — и сбежал из клана Саль.

— ……

— Моя сестра тоже была не в себе из-за того, что случилось с хённимом. Так что улизнуть было не так уж трудно…

— Хватит об этом. Просто продолжай.

Даже сейчас от одной мысли об этой сумасшедшей Со Сорю у меня кружилась голова.

— Ну, я сбежал, но идти мне было некуда. Желания жить тоже почти не было. Так что я решил: раз уж всё равно пропадать, можно сойти с ума и поглазеть на Павильон Небесного Демона. В итоге я забрёл к Пику Небесного Демона.

…Вау.

Этот парень правда безумен, да?

— И вот, когда я был возле Пика Небесного Демона, я случайно столкнулся с учительницей, которая неофициально заглянула в наш культ.

— Дао-цзун пришла в культ?

— Да. Причину я не знаю. Наверное, пришла встретиться с главой культа.

В этом был смысл.

Если Дао-цзун появилась возле Пика Небесного Демона, другой логичной причины не было.

— И что случилось? Как у вас завязалась связь?

От моего вопроса его и без того красное лицо стало ещё краснее.

— Н-ну, у неё был мешочек с конфетами, который мне очень хотелось…

Нет… только не говори…

Пока моя челюсть отвисала от ужаса, Со Чхон с неловкой улыбкой признался в своём теперь уже вызывающем сожаление прошлом.

— Я попытался его украсть, но провалился. Если оглянуться назад, кажется, это была моя самая первая неудача.

— ……

— Учительница избила меня до полусмерти и сказала, что я жалко умру, если не исправлю эту липкорукую привычку. Сказала, что однажды я встречу человека, который изменит мою жизнь, но такими темпами умру раньше, чем это случится.

Сам того не осознавая, я кивнул.

Я никогда не видел Дао-цзун лично, но эта женщина точно была мудрецом, способным призрачно точно видеть людей насквозь.