Глава 279.0

«Интересно, как прошёл разговор между Айлей и Кришей?»

«Надеюсь, всё хорошо...»

Мир пробуждался в лучах утреннего солнца.

Витрина в комнате стояла в мягком свете, отбрасывая лёгкие тени. Тонкие узоры на стекле очерчивали четыре драгоценные реликвии внутри.

В комнате эхом разнёсся слабый вздох.

Сюй Си поднялся с кровати и отдёрнул шторы, позволяя золотистому свету затопить каждый уголок комнаты.

Он стоял молча, глядя в окно на внутренний двор.

Красно-синяя трава с кровью дракона покачивалась, словно волны, склоняясь и поднимаясь в такт лёгкому ветру.

Когда ветер стих, трава замерла, её нежные побеги тянулись к небу, а кристальные капли росы медленно стекали по стеблям и листьям.

Сюй Си наблюдал за этим умиротворённым пейзажем, рассеянно постукивая пальцами по подоконнику.

Его мысли блуждали, он всё ещё волновался о том, как сложатся отношения между машинной служанкой и остальными.

Прошлая ночь была слишком странной. Внезапное появление Айлей, затем стремительное бегство сквозь звёзды — всё это вышло далеко за рамки ожидаемого.

— Она... слишком переживала за мою безопасность. Из-за тревоги поступила опрометчиво.

Сюй Си снова вздохнул.

Воссоединение с Айлей должно было быть радостным событием, но её непоколебимая преданность привела к конфликту с Моли, Кришей и Инсюэ.

Прошлой ночью он лёг спать пораньше — не только от усталости, но и потому, что хотел дать им время разобраться между собой.

Он верил, что Моли и остальные не станут усложнять Айлей жизнь.

По крайней мере, всё не дойдёт до разрушительной битвы, раздирающей хаос и уничтожающей небеса, как в его сне.

— Это всего лишь сон. Он ничего не значит.

— Моли и остальные... всё ещё такие же послушные...

Его тонкие пальцы продолжали в том же ритме постукивать по подоконнику.

Тик.

Так.

Время текло неумолимо.

Сюй Си ждал.

Минут через десять он услышал тихое движение рядом. Рядом с ним материализовалась знакомая фигура — слишком хорошо знакомая.

— ...Простите меня, господин.

Серебристо-синие глаза были опущены, она избегала его взгляда.

В её голосе звучала глубокая вина.

Вернувшись, машинная служанка первым делом извинилась, признавая, что доставила ему немало хлопот.

Хлопоты? Да, действительно.

То, что должно было стать тёплым, спокойным воссоединением, обернулось конфликтом и противостоянием из-за её поспешного решения.

Но как он должен был отреагировать? Какие слова подобрать, чтобы упрекнуть её и наставить?

Сюй Си ничего этого не сделал.

— Прошло много времени, Айлей. Я вернулся.

Он обернулся к ней с улыбкой, освещённой утренним солнцем.

Это был не просто «доброе утро».

Это было искреннее: «давно не виделись».

Не дежурное приветствие.

А признание долгожданного возвращения.

Вчерашняя поспешная встреча вряд ли считалась настоящим воссоединением. И теперь Сюй Си исполнял своё обещание — заверить свою преданную служанку, что ей больше не придётся ждать.

Айлей замерла.

Её серебристо-синие глаза дрогнули, в них вспыхнули эмоции, вырвавшиеся из-под контроля. Наконец, она смогла улыбнуться.

— Давно не виделись, господин…

Её улыбка была прекрасна.

Мощный, непреодолимый поток эмоций вырвался наружу.

Яркий и оглушительный, он наполнил безмолвную комнату живым звуком.

Перед возвращением она приготовилась к наказанию, к любым последствиям своих поступков.

Но, как всегда, её господин оказался непостижимым.

Он не упрекнул её ни в чём.

Наоборот — он даже извинился перед ней, сказав, что вернулся слишком поздно и заставил её ждать… ждать так долго, что произошла вся эта цепь недоразумений.

— ...Это неправда, господин.

— ...Я просто... недостаточно постаралась.

— ...Вы всегда правы.

Когда-то у неё было пустое, механическое сердце. Но теперь оно стало настоящим, живым.

И потому...

Боль и эмоции — стали глубже.

Айлей улыбалась, изо всех сил стараясь улыбаться — желая показать господину себя в самом лучшем виде.

Но, несмотря на все усилия, слёзы не останавливались. Они текли свободно из её сияющих глаз, струясь по щекам.

Она улыбалась ярко.

И плакала — так же ярко.

— Прости, Айлей... что заставил тебя так долго ждать.

Эти слёзы были такими горькими, что даже сторонний наблюдатель не смог бы остаться равнодушным.

Сюй Си утешал её мягким голосом, протянул руку — так же, как когда-то протирал объектив камеры.

С нежностью и осторожностью он вытер её лицо.

Когда-то — объективы.

Потом — машинные глаза.

А теперь — настоящие, человеческие.

Холодный механизм стал живым человеком.

Вытирая её слёзы, Сюй Си стал свидетелем её роста — позволив ей с очищенным лицом и лёгким сердцем шагнуть в будущее.

— Господин... спасибо вам...

— Пожалуйста... не отпускайте ещё немного...

Спасибо, что вернулись в мою жизнь.

И, прошу — не исчезайте снова.

Когда Сюй Си уже хотел отнять руку, Айлей осторожно взяла его ладонь.

Дрожащими пальцами она направила его руку себе на голову — снова ища тепла, молча прося остаться.

Осень была беспощадна.

Она уносила тепло, её ветры и смена сезонов не щадили никого.

И потому машинная служанка не хотела отпускать это тепло — она хотела, чтобы оно продлилось хоть немного дольше.

— Всё хорошо, Айлей. Я рядом.

Встретив её хрупкий взгляд серебристо-синих глаз, Сюй Си мягко заговорил.

Его ладонь снова двинулась, поглаживая её мягкие золотые волосы — даруя душе машинной служанки то тепло, которого ей так долго не хватало, прогоняя холод и пустоту внутри.

Только спустя долгое время тревога в её сердце начала утихать.

Ведь не должно было быть так.

Ещё задолго до встречи она всё продумала — быть сильной, защищать господина, ни в коем случае не доставлять ему проблем.

Но теперь, когда они наконец воссоединились, она больше не могла сдерживать чувства.

— Простите меня, господин.

— У меня всё ещё много недостатков...

Обретя равновесие и вновь осознав своё предназначение, машинная служанка — снова сияя в лучах света — искренне признала свои ошибки.

Она пообещала, что больше не заставит Сюй Си волноваться.

— Всё хорошо, Айлей.

Сюй Си улыбнулся и взъерошил ей волосы.

Он никогда не судил её за ошибки. Напротив — он считал, что именно ошибки делают её... настоящей.

Он заботился не о промахах...

А совсем о другом.

— Айлей, после окончания четвёртой симуляции... что произошло? Как ты стала высшим существом?