Глава 263.0

Сюй Си перевели в другую лечебную зону.

Когда он очнулся, Айлей уже перенесла его из холодной, жесткой медицинской капсулы на мягкую кровать.

Пучки проводов и плотные ряды приборов окружали ложе, обеспечивая последние проблески поддержки, чтобы удержать хрупкую жизнь от окончательного угасания.

Это была работа Айлей.

Даже охваченная виной и горем, она всё равно настаивала на попытках его спасти.

Спасти этого человека.

Удержать этот свет.

Сохранить того странного мужчину — того, кто произвольно давал имена машинам, но хотел безответственно исчезнуть — навсегда рядом с собой.

— Мастер обязан нести ответственность за Айлей.
— Из-за Мастера Айлей стала… странной.
— Из-за Мастера Айлей не может сохранять спокойствие.
— Это всё из-за Мастера, поэтому Мастер должен взять ответственность… и не может просто так уйти.

Перед постелью больного его состояние стремительно ухудшалось. Лицо побледнело и исхудало, длинные пальцы выглядели болезненно хрупкими, тело было опутано множеством трубок жизнеобеспечения.

Видеть Сюй Си в таком состоянии было невыносимо.

Но ещё больнее было ненавидеть собственное бессилие.

Голос Айлей дрожал, как у сбившейся с пути птицы с подрезанными крыльями.

Она опустила голову, не осмеливаясь встретиться с этими знакомыми, мягкими глазами.

Как верная машина, она ослушалась приказа хозяина.

И не могла простить себе этого.

Повреждённая сторона её лица, оголившая блестящий сплав под синтетической кожей, безмолвно кричала от отчаяния.

Но Сюй Си не злился.

Он снова с трудом приподнялся на кровати и протянул дрожащую руку.

С усталым, но всё ещё тёплым голосом он мягко обхватил пальцы Айлей.

— Прости, Айлей… Даже сейчас я всё ещё заставляю тебя заботиться обо мне.

…

[Ты не остановил попытки Айлей спасти тебя.]
[Ты всё прекрасно понимал.]
[Заставить преданную спутницу собственной рукой лишить тебя жизни — это слишком тяжёлое бремя.]
[Если бы всё было наоборот, если бы Айлей умоляла тебя, ты бы тоже не смог решиться.]
[Поэтому ты принял её выбор.]
[Ты больше не просил отключить системы жизнеобеспечения.]
[Лежа на больничной койке, твоё сознание медленно угасало, разум постепенно приближался к неизбежному концу.]
[Аппараты, работающие круглосуточно, могли лишь отсрочить смерть, но не спасти.]
[Айлей это поняла.]
[Она перепробовала всё, довела вычислительные мощности до предела, в надежде продлить твою жизнь.]

— Айлей, как сегодня дела?

…

— Понятно… Всё ещё стараешься, да? Ты молодец.

…

— М-м, я в порядке.

…

Провал за провалом, неудача за неудачей.

Какие бы методы она ни применяла, ни один не смог восстановить тело Сюй Си или зажечь угасающую душу.

Огонь жизни угасал — и остановить это было невозможно.

Айлей не могла изменить судьбу.

Она могла только смотреть, как он слабеет, как всё глубже сутулится от боли, страдая в преддверии смерти.

С каждым днём боль становилась сильнее, а вина Айлей — тяжелее.

— Всё хорошо, Айлей. Не беспокойся обо мне.

Лежа в постели, с лицом бледным, как бумага, он говорил слабо, каждое дыхание было как борьба за жизнь. Казалось, вот-вот потеряет сознание.

И всё же…

Даже в таком состоянии он продолжал улыбаться — пусть и через силу — лишь бы успокоить её, уверить, что не стоит винить себя.

Прости…

Прости…

Металлическое тело Айлей дрожало сильнее.

Очередной неудачный эксперимент.

Она вернулась к его постели и посмотрела в знакомые, но уже тускнеющие глаза.

Слушая его знакомые, ласковые слова утешения…

В конце концов…

Горе, глубоко запрятанное в её данных, прорвало все ограничения.

— …Прости, Мастер.

— Из-за моей несостоятельности… ты испытываешь слишком много боли.

Айлей больше не могла сдерживать себя.

Она не могла смотреть, как он страдает.

Каждое его утешающее слово было как невидимый клинок, вонзающийся в её вину.

С дрожащим голосом она спросила: почему он ни разу не приказал ей, твёрдо, отключить аппараты жизнеобеспечения?

Согласно иерархии, Сюй Си был её создателем.

Он обладал наивысшими правами.

По чувствам — он был самым важным человеком в её жизни.

Если бы он просил снова и снова, сколько бы это ни ранило, в конце концов она бы подчинилась.

Но он больше не поднимал этот вопрос.

С того самого отказа — больше ни слова.

Его слабость и нерешительность сбивали её с толку.

— Потому что… если бы я так поступил, Айлей стало бы грустно.

Света в спасательной капсуле не было.

Тусклое искусственное освещение сверху падало на его нос и полупустые глаза.

Сдерживая боль в теле, он слабо улыбнулся и тихо объяснил Айлей.

Без всякой особой причины.

Не потому, что ему не было больно.

Просто потому, что…

Он не хотел, чтобы Айлей грустила.

— Но… но ты же…

Искусственное вентилирование воздуха раздувало её чёлку, скрывая обзор.

Когда-то спокойные, серебристо-голубые глаза теперь отражали новую, сложную глубину в их хаосе.

Всё горе.

Вся скорбь.

Проявились ярко на её живом синтетическом лице, словно она была по-настоящему человеком.

Она никогда не умела скрывать или подавлять эмоции.

С тех пор как стала RTX-9090, Айлей всегда выражала себя искренне.

— Но тебе так больно…

Её голос сорвался и задрожал.

Если бы не отсутствие слёз, в этот миг её выражение было бы неотличимо от человеческого.

Пронзительное горе исказило её нежные черты, словно они вот-вот рухнут.

Когда-то бесчувственная машина теперь обрела чувства.

А человек — медленно исчезал.

Это было слишком жестокое противопоставление.

Слишком невыносимое, чтобы принять.

— Всё хорошо, Айлей.

Сюй Си протянул дрожащую, иссохшую руку и мягко положил её ей на голову.

С остатками сил он постарался дать ей немного покоя.

— Это… не имеет к тебе отношения.

— За это время я многое переосмыслил.

Его голос был слаб, почти как умирающий шёпот, исчезающий в воздухе.

Словно опавшие листья — тихие, незаметные.

Словно мелкий дождь — спокойный, но непрекращающийся.

С хриплым, пересохшим эхом в горле.

— Мы ведь давно вместе, да?

Сюй Си попытался улыбнуться, но для тела, стоящего на грани, это было почти невозможно.

Как только уголки губ слегка дрогнули, его сотряс сильный приступ кашля.

— Кх… кх-кх!

— Кх, кх, кх!

— Мастер!

Айлей моментально подалась вперёд, поддержала его, помогая выровнять дыхание.

— Всё хорошо, Айлей, — прошептал Сюй Си, покачав головой.

Тело становилось всё слабее.

Боль — всё острее.

Он боролся с тьмой, затягивающей сознание, из последних сил удерживая взгляд на встревоженной Айлей.

— Айлей, как же летит время… С того дня, как мы встретились в той подземной лаборатории… прошло уже более семисот лет.

— …Так быстро…