Сделка с Директором
Глаза Раделя округлились.
Он гадал, как умудрился ненароком нажить себе столько врагов.
Радель прокрутил в памяти свои недолгие семнадцать лет.
Стало обидно: на ум приходило лишь затворничество в покоях без каких-либо примечательных происшествий.
— Как Ваше Высочество может догадаться, фракции императорской крови ведут жестокую борьбу. Человек, столкнувший Ваше Высочество с лестницы, был нанят людьми Второго принца.
— В таком случае Второй принц...
— К сожалению, вещественных доказательств нет; слуга мгновенно покончил с собой.
Как оперативно.
Радель не сумел скрыть разочарования.
— Впрочем, нельзя утверждать, что приказ отдал лично Второй принц; всегда найдутся те, кто жаждет возвести своего патрона на трон вопреки его желаниям.
Куда ни глянь — власть везде становилась корнем проблем.
Радель решил на всякий случай держать Второго принца на заметку.
— И сторонниками Девятого принца тоже не стоит пренебрегать.
Радель внутренне вздохнул.
«Леон».
Леон Сильверт Крециан, Девятый принц.
Он совсем позабыл о брате-близнеце.
Тот ненавидел Раделя сильнее всех на свете, так что мотивов у него хватало с избытком.
— Девятого принца сейчас всецело поддерживают Магические радикалы; они склонны фанатично следовать за Его Высочеством.
Радель вспомнил об Арманди.
Тот был магом и живым воплощением фаната Девятого принца; судя по всему, он как раз принадлежал к этой фракции.
Магические радикалы объединяли тех, кто превозносил магию превыше всего и пытался решать любые задачи исключительно заклинаниями.
В самой тяге к магии не было беды, однако их убеждения граничили с экстремизмом: они презирали и ни во что не ставили всех, кто был далек от их искусства.
Более того, они высмеивали и дискриминировали каждого, кто не обладал магическим даром или талантом.
— Они видят в Его Высочестве Девятом принце идеал совершенного мага.
— Это из-за «Благословения Дракона»? — спросил Радель, думая о брате.
Способность Леона была узконаправленной и идеально подходила для магии.
— Именно; поговаривают, будто он — само Воплощение Дракона. Из-за этого «совершенства» адепты превосходства магии считают Восьмого принца, полную его противоположность, крайне неудобной фигурой.
— Я и не знал.
Раз они фанатично преданы Девятому принцу, то наверняка знают о его ненависти к близнецу, а значит, рассматривают Раделя как бельмо на глазу.
Раньше эта весть могла бы подкосить Раделя, но теперь он был иным.
Всплывающая правда даже приносила удовлетворение.
Неизвестность всегда пугает, но когда враг известен — задача упрощается.
«Восьмой принц... чем больше наблюдаю, тем поразительнее он кажется».
Иван молча изучал Раделя, чей настрой внезапно улучшился.
Принцу следовало бы терзаться страхом или тревогой, узнав о покушениях, но он не подавал и виду.
Дзынь—!
+++
[Симпатия цели повысилась на 10.]
[Симпатия цели теперь составляет 40.]
+++
Брошенный императорской семьей бессильный принц.
Даже пробудив дар, он наверняка не смыслил в обращении с ним.
«Но он выдающаяся личность».
Директору казалось, что именно такой человек идеально вписался бы в ряды Бюро.
Их работа заключалась в тайной слежке за сильными мира сего и способности хладнокровно реагировать на любые неожиданности.
«Эта смелость... я жажду заполучить его».
Если Радель продолжит развиваться в том же духе — у него есть будущее.
Дзынь—!
+++
[Симпатия цели повысилась на 10.]
[Симпатия цели теперь составляет 50.]
+++
Радель оторопел от столь резкого скачка симпатии прямо посреди разговора.
«Почему?»
Принц не мог догадаться об истовом желании начальника, готового завербовать любой стоящий талант.
+++
[Окно статуса активировано!]
Имя: Иван Шартрион Крециан
Возраст: 52 года
Должность: Директор Бюро по управлению способностями
Характеристики:
Здоровье — 150
Магическая сила — 90
Сила — 70
Ловкость — 120
Интеллект — 100
---
Общий рейтинг: A+
Навыки: Извлечение меча в стиле Шартрион (A+), Шаги фей (A), Озарение Метиды (A)
Черта: Царь зверей (S)
Симпатия: 50
+++
Окно статуса Ивана застыло перед глазами Раделя.
Но одна деталь привлекла внимание больше остальных.
«Подождите, Крециан?»
Эта фамилия дозволялась только членам императорского дома.
Вывод напрашивался сам собой.
«Директор тоже принадлежит к правящей династии?»
Принцы и принцессы империи использовали фамилию матери в качестве второго имени.
Когда война за престол заканчивалась, те, кто не взошел на трон, либо отрекались от титула и жили как простолюдины, либо полностью принимали имя материнского рода.
Шартрион — весьма уважаемый в империи дворянский дом.
Похоже, после завершения прошлой борьбы за наследство, он отказался от императорской фамилии.
То, что бывший принц возглавил ведомство, отвечающее за контроль сил, было мудрым решением; он понимал природу этих способностей лучше любого другого.
В этот миг Раделя осенило.
— ...Входит ли Бюро в число тех, кто желает мне смерти?
Иван молча пригубил чай.
Спустя мгновение тишины он ответил:
— Будем считать это вторым вопросом; советую тщательно обдумать последний, прежде чем задавать.
Радель кивнул:
— Понял. Значит, это был второй вопрос.
Слежка со стороны Арманди, тайный сбор данных, секретный статус ведомства.
И то, что его глава — сам в прошлом принц.
Радель был уверен: всё это звенья одной цепи.
— Каковы пределы полномочий Бюро?
Иван улыбнулся, глядя на Раделя с явным одобрением.
Его очки хищно блеснули.
— Помните, Ваше Высочество: подобные вещи опасно обсуждать за пределами этого кабинета.
Радель затаил дыхание, а директор тихо произнес:
— Мы вправе незамедлительно казнить любого члена императорской семьи.
В кабинете воцарилась гробовая тишина.
— ...Так что будьте предельно осторожны.
......
— Директор, Восьмой принц вернулся в свой дворец.
— Хорошо. Он заметил «хвост»?
— Никакой видимой реакции.
Иван выслушал доклад агента и перевел взгляд на место, где сидел Радель.
Рядом с пустой чашкой стоял хрустальный шар, внутри которого парили сияющие лазурные буквы.
+++
[Сердце Тролля]
Способность к регенерации любой раны.
При активации черты возникает сильная боль.
+++
— Это и есть дар Восьмого принца?
— Так точно; я подтвердил мгновением ранее.
Иван кивнул.
Артефакт на столе был реликвией, передаваемой в императорской семье с момента основания.
Инструмент открывал название и суть черты, стоило обладателю дара коснуться хрусталя.
— Никогда не видел подобной способности.
Сердце Тролля.
Иван тоже не встречал её ни в одном из архивов.
Похоже, они обнаружили уникальную силу, ранее не задокументированную.
Однако директор подозревал кое-что еще.
В редчайших случаях члены императорской семьи пробуждали более одной черты; артефакт же всегда отображал лишь одну из них.
В магии никто в Бюро не мог сравниться с Арманди.
Тот факт, что Радель вскрыл его иллюзии, означал: принц — маг, превосходящий Арманди по силе.
Но Восьмой принц никогда не изучал магическую науку.
Следовательно...
«Это может быть Магическая нейтрализация».
Иван вспомнил личность из летописей.
Способность, принадлежавшая лишь одному человеку за всю историю империи.
Благословение и проклятие: полная невосприимчивость к магии, за которую приходилось платить абсолютной неспособностью самому творить заклятья.
— Благословение обратится проклятием... — процитировал Иван знакомые строки.
Он как никто другой знал, насколько страшен может быть дар.
За великую силу всегда следовала соразмерная расплата.
Пробуждение способностей — лишь начало пути.
Дар — это мощь, выходящая за пределы человеческого; сила, дающаяся в одночасье, в отличие от долгого пути мастера меча или мага.
Легко полученная мощь сломала судьбы многих принцев.
Потому информации требовалось больше.
О «Сердце Тролля».
Где предел регенерации, что считается раной и как долго боль способна истязать человека, прежде чем лишит его рассудка?
Муки затуманивают разум.
«Поскольку это первый случай — он вдвойне опасен».
И эта аномалия с «Исцелением» вкупе с обнаружением скрытого мага.
Восьмой принц стал переменной, не вписывающейся в правила.
Может, поэтому?
Иван нашел ситуацию крайне любопытной.
Он вспоминал уходящего принца.
«Я открыл ему слишком много».
Иван никогда не общался с отпрысками императорской крови лично.
Он видел их насквозь через отчеты и хроники, знал все их пороки и слабости.
Он мог судить о человеке, ни разу не встретившись с ним взглядом.
«Но Восьмой принц... какой-то другой».
Его дар, навыки и характер не поддавались логике.
При этом он обладал странной силой покорять людские сердца.
Иван раскрыл сведения, в которых принцу вполне можно было отказать.
Проявил несвойственное ему покровительство.
Но он не жалел об этом.
Если Радель действительно обладатель Магической нейтрализации — он перепишет историю империи.
— Следующее наблюдение за Восьмым принцем обойдется без магии.
Для окончательного вывода требовалась железная проверка.
......
Радель обнаружил, что вернувшийся спустя несколько дней в свой дворец он чувствует себя неуютно.
Впрочем, иначе и быть не могло.
Дзынь—!
+++
[Неизвестная магия вмешивается в восприятие пользователя.]
[Активировано «Обнуление статусных эффектов».]
[Активировано «Обнуление статусных эффектов».]
[Активировано «Обнуление статусных эффектов».]
+++
Перед глазами Раделя буквально выросла стена из системных окон.
«Ни черта же не видно. Что здесь происходит?»
Опешив, Радель всё же сохранил лицо и принялся методично обходить свои чертоги, закрывая уведомление одно за другим.
Дзынь—!
+++
[Неизвестная магия вмешивается в восприятие пользователя.]
[Активировано «Обнуление статусных эффектов».]
[Обнаружена секретная дверь.]
[Раскрыт Тайный ход №13.]
+++
Радель прожил в этом дворце семнадцать лет.
Но лишь сейчас он понял, насколько здесь всё пропитано секретами.
Всюду скрытые проходы и двери; нелепо, что он жил здесь столько времени, ничего не подозревая.
— Ваше Высочество, мы рады вашему возвращению.
Чужой голос отвлек его от борьбы с интерфейсом. Радель посмотрел вперед.
Слуги выстроились в ряд от самых ворот до парадной лестницы.
Их было вдвое больше прежнего, и все они синхронно склонились в приветствии.
— Ваше Высочество, поздравляем с благополучным возвращением!
— Счастье видеть вас в добром здравии!
— Э-э... да.
Да откуда они вообще взялись, он же в глаза их никогда не видел!
Радель невольно перешел на подчеркнуто официальный тон.
Сама ситуация заставляла его держать дистанцию — всё вокруг было донельзя странным.
Ни одного знакомого лица.
Похоже, пока он восстанавливался после падения, весь штат дворца сменили под чистую.
«Как быстро всё провернули».
Незнакомый Управляющий подошел и отчитался перед Раделем о составе челяди* и текущих делах.
В прежние времена никто из слуг не утруждал себя докладами перед принцем. С пробуждением Способности отношение резко изменилось.
— После болезни отдых превыше всего. Пожалуйста, ступайте в покои; трапезу подадут наверх.
Точно.
Раз уж выпала такая карта, может, просто лечь и позволить им обхаживать себя каждый день? Неужели я и пальцем не пошевелю?
Радель уже был готов ощутить вкус той самой платиновой ложки, но вовремя передумал.
— Не нужно. Отныне будете беспрекословно исполнять мои приказы.