Храм Ордена Высшего Божества в Марселленте

Как и ожидалось, всё шло по знакомому сценарию.

— ...Я знаю, что не могу просто так загладить все те дерзости, что позволил себе в отношении вашего высочества, но не дадите ли вы мне шанс?

Радель уже не удивлялся.

Он пропускал длинную исповедь Эдварда мимо ушей. Он решил списать происходящее на то, что уровень симпатии парня перевалил за 50.

Он надеялся, что на этом всё и закончится, но... Эдвард был настроен предельно решительно.

— Моя семья, графский род Парадикт, занимает весомое положение в светском обществе. Я хочу быть полезным вашему высочеству в будущем.

Иными словами, он хотел начать возвращать долг Раделю прямо сейчас.

Стоило Эдварду упомянуть свою «семью», как Радель почувствовал — дело принимает серьезный оборот.

— Ты хоть понимаешь, что говоришь?

Услышав слова, которые звучали как официальное заявление о поддержке, Радель посерьезнел.

Сам Эдвард — это одно, но если за Раделем встанет целый графский дом, масштаб событий станет слишком внушительным.

— Да. Я говорю это, всё тщательно обдумав.

Лицо Эдварда выражало крайнюю степень серьезности.

— Пожалуйста, используйте меня. Я знаю, что положение вашего высочества в Империи шаткое. С моей помощью вы сможете жить гораздо припеваючи, чем сейчас.

«Припеваючи?»

Радель подавил минутное колебание. Принять предложение Эдварда могло означать лишь новые проблемы вместо обещанного спокойствия. Внезапно ему на ум пришли Инетта и толпы последователей Леона.

«Сначала взгляну на окно статуса».

+++

Имя: Эдвард Парадикт

Возраст: 17

Титул: Первокурсник Императорской академии магии, наследник графства Парадикт

Характеристики:

Здоровье 28

Маг. сила 33

Сила 22

Ловкость 24

Интеллект 35

+++

Общий рейтинг: B-

Навыки: Общая магия (B), Магия призыва (B), Магия трансформации (C), Аристократическая грация (C)

Черты: Душа светского общества (S), Друг моего друга (A)

Симпатия: 50

+++

Радель слегка удивился, изучив характеристики Эдварда. Его черты оказались куда лучше, чем можно было предположить.

+++

[Душа светского общества (S)]

Слова, сорвавшиеся с его уст, обладают огромной убедительностью.

Каждый в высшем свете жаждет поговорить с ним.

+++

Что это вообще за способность такая?

Эдвард ранее упомянул, что его род имеет вес в светских кругах, и с такой чертой это было закономерно. Неудивительно, что у него оказалось так много друзей в академии. Радель никогда не вращался в высшем свете и был слаб в политических интригах дворянства. В этом плане Эдвард определенно мог стать ценным союзником.

К тому же, разве он не убедился недавно в сокрушительной силе слухов?

Радель крепко задумался.

......

Радель пообещал Эдварду обдумать предложение и выставил его за дверь.

«Слышал ли ты что-нибудь, когда королева пауков умирала?» — спросил он напоследок.

«Ничего не слышал», — ответил Эдвард.

В таком случае, вероятно, голос предназначался лишь тому, кто нанес решающий удар. Высокоуровневые монстры в подземельях обладали развитым интеллектом, поэтому иногда с ними можно было вступить в контакт. Те, кто владел человеческим языком, общались словами, другие — передавали волю через ментальные образы. Если у королевы пауков был высокий уровень сознания, она могла оставить предсмертную мысль.

«Не знаю, кто такой этот "господин"... но вряд ли она назвала бы так меня».

Казалось, академия хранит какой-то мрачный секрет. И Радель как раз размышлял о том, что ему стоит разузнать об этом месте побольше.

Тук-тук—

В дверь палаты снова постучали.

— Да, войдите.

На этот раз посетителями оказались Густо и Инетта. Увидев, что Радель выглядит бодрее, чем они ожидали, оба заметно расслабились.

— Да ты выглядишь куда лучше, чем я думала!

— Рад видеть вас в добром здравии.

Особенно радовался Густо, который видел критическое состояние принца. На первый взгляд, внутренние повреждения были катастрофическими, а кровопотеря такой, что травматический шок мог наступить в любую секунду. То, что он так быстро пришел в норму, было не иначе как чудом.

Густо озвучил догадку, которую вынашивал всё это время:

— Не связана ли Способность вашего высочества с ускоренным восстановлением?

— Ах, точно. Я ведь так и не рассказал вам толком.

Дело было не в желании скрыть правду, просто он не видел смысла упоминать об этом до поры до времени.

Глаза Инетты азартно блеснули.

— Что это? Мне так любопытно!

— Ничего особенного.

По мнению Раделя, Сердце Тролля было довольно приземленным навыком. У других членов императорской семьи Способности имели божественный размах, а его дар был скорее наследием прошлого, пробужденным воспоминаниями из прежней жизни.

— Это называется Сердце Тролля. Оно заживляет любую рану.

— Чего?!

От изумления Инетта даже рот приоткрыла.

— Это же именно то, что тебе нужно! Учитывая, что Исцеление на тебя не действует!

— Поистине, эта способность создана специально для вашего высочества.

— Но когда раны срастаются, боль просто адская.

— Фу. Тогда это уже не так круто, — Инетта скрестила руки на груди, будто что-то осознав. — Теперь понятно. С таким даром ты можешь бросаться на амбразуру, совершенно не щадя себя.

— О, ты меня раскусила.

— Раскусила? Да о тебе слухи по всей академии ползут! Говорят, Восьмой принц спас Эдварда Парадикта ценой собственной жизни! Стал героем в глазах студентов.

Настал черед Раделя удивляться. Из слов Инетты следовало, что схватку в подземелье изрядно приукрасили, и теперь она была у всех на устах.

— Тот миг, когда королева пауков занесла свою гигантскую лапу! Благородная жертва вашего высочества, доблестно заслонившего Эдварда! Тот даже не смог сдержать слез!

Радель потер лицо, слушая россказни сестры.

«Черта "Душа светского общества" — это не шутки».

Пользуясь случаем, он рассказал Инетте и Густо о предложении Эдварда. Принцесса лишь рассмеялась.

— Так у тебя появился последователь? Что ж, если ты член императорской семьи, тебе стоит привыкать к этому чувству.

— Я еще не согласился. Сказал, что подумаю.

— Дом Парадикт — весьма достойная семья.

Они имели вес в свете, были успешны в коммерции и владели несколькими крупными предприятиями. Долгое время они придерживались нейтралитета, но теперь, похоже, метили на центральную политическую арену. Слова Инетты заставили Раделя колебаться еще сильнее.

— Тем более им не стоит выбирать меня. Им было бы выгоднее примкнуть к тебе или Леону.

— У нас с Леоном и так полно сторонников, — отрезала Инетта. — У остальных принцев та же история. Возможно, они решили, что поддержать тебя — более выигрышная стратегия.

Даже среди последователей шла жесткая борьба за милость своего покровителя. В этом плане Эдвард сделал весьма хитрый ход, добавила Инетта.

— Он наверняка разглядел в тебе потенциал. То, что ты покорил сердце дворянина такого калибра — исключительно твоя заслуга. Это нормально, что он хочет стать твоим вассалом. Ты думал, что можно родиться принцем и жить без всяких обязательств?

В этот момент Инетта говорила как истинная наследница престола.

Густо, слушавший их в тишине, подал голос:

— А не вы ли, принцесса, сами постоянно отбиваетесь от своих последователей?

Лицо Инетты густо покраснело.

— Это совсем другое! Я их не выбирала.

Она заскрежетала зубами — мысли о собственных сторонниках явно приводили её в ярость.

— Было бы лучше, если бы они подошли ко мне сами, как он, и сказали: «Я хочу помогать вам, принцесса». А так — наши семьи связаны узами, и я ничего не могу с этим поделать!

Похоже, Инетта тоже страдала от навязанного ей окружения.

— И знай, послушник святого рыцарства: я тоже исполняю свой долг перед Империей.

Несмотря на влияние третьей имперской супруги, Инетта призналась, что частенько за кулисами улаживала различные инциденты государственного масштаба. В основном это были споры между территориями, на которые у Императора не хватало времени, или расследование запутанных преступлений. Успехи в таких делах укрепляли её репутацию среди знати и радовали отца-императора. Ну и простолюдины тоже ценили такие деяния.

— Инетта, я вижу тебя в новом свете.

— Тебе тоже придется этим заняться. Советую подготовиться.

Раделю, пробудившему свою Способность, теперь предстояло шаг за шагом вникать в обязанности, которые были естественными для его братьев и сестер.

......

Субботнее утро.

Радель окончательно поправился и получил разрешение на выезд в Марселлент. Его сопровождали Густо и Арманди. Последний вовсе не горел желанием покидать стены академии, но по условиям награды выходить должна была вся команда целиком.

«Как он может быть в таком полном порядке?»

Если честно, Арманди не ожидал, что Радель так быстро встанет на ноги.

«Знай я, что Сердце Тролля настолько эффективно, я бы не стал тогда так глупо светиться».

Ему было неловко вспоминать, как он носился с эликсиром, забыв о своем прикрытии. Хорошо еще, что Радель был в отключке; узнай он правду, издевался бы вечно.

— Сначала в лавку ингредиентов.

Со спокойным видом Радель собрал все трофеи и направился в город. Прихватив с собой засушенный хвост Болотного змея, его чешую и фрагменты костей, принц принялся яростно сбивать цену у лавочника.

— За такие копейки не продам, — Радель решительно развернулся.

Торг — это игра, в которой проигрывает тот, кто теряет напор. Разумеется, всполошившийся хозяин тут же вцепился в рукав парня.

— Ну и непростой же ты клиент, юноша. Ладно, как насчет такой суммы?

— ...Так пойдет. А еще я хотел бы глянуть компоненты для зелья детоксикации.

Арманди мысленно цокнул языком, глядя, как Радель параллельно мониторит рыночные цены на сырье. Мало того, принц ухитрился сбыть светящиеся грибы в лавке, предложившей самую высокую цену после того, как они обошли полгорода.

— Так, все сюда.

Радель распределил золотые монеты между Арманди и Густо.

— Это вам за труды при поимке змея. И доля с продажи ингредиентов для детоксикации Инетте.

Арманди ошарашенно принял золото. Ощутив тяжесть монет на ладони, он вдруг почувствовал, что все страдания того стоили.

«А может, работать с Восьмым принцем не так уж и плохо?»

Арманди обнаружил, что следует за Раделем и Густо будто под гипнозом. Он планировал ускользнуть по пути, но раз уж обязан приглядывать за объектом...

И когда Арманди пришел в себя, он уже стоял перед величественным храмом Ордена Высшего Божества в Марселленте.

— Храм в Марселленте тоже весьма внушительный.

— Да, это большая резиденция, здесь пребывает епископ.

Радель и Густо непринужденно переговаривались, входя внутрь. Но ноги Арманди будто приросли к земле, ибо он слишком хорошо знал, что это за место.

Храм Ордена в Марселленте служил штаб-квартирой инквизиции. Поговаривали, что в его подземельях каждый день истязают еретиков. Арманди уже казалось, что он чует запах крови, и его пробил озноб.

Не замечая внутреннего смятения шпиона, Радель бросил через плечо:

— Ты чего застрял? Входи.

Арманди совершенно не хотел туда идти, но понимал: если останется снаружи, это вызовет подозрения. Он мысленно выругался и заставил свои непослушные ноги двигаться.

«Ты спятил, Арманди. Повелся на пару монет и заперся в логово инквизиторов!»