Подготовка к программе обмена

— Профессор, зачем вы меня вызывали?

Радель, получив приглашение от профессора Марианны, зашел в её кабинет.

Профессор Марианна, поливавшая растения в горшке, поприветствовала его.

— Проходи. Я позвала тебя сегодня, потому что мне нужно кое-что сообщить.

Марианна предложила Раделю сесть и устроилась напротив.

— Скоро к нам прибудут студенты магической академии Хеллингтон из столицы для программы обмена. Я вызвала тебя, как представителя курса, по поводу подготовки к их приему.

Радель кивнул.

— Да, что мне нужно сделать?

Он подумал, что его, возможно, выбрали в команду для дебатов или для зачистки подземелья, как он слышал от старшего Фэйшна.

Однако слова профессора Марианны оказались совсем о другом.

— Во-первых, уборка. Мы распределили зоны уборки по курсам, так что ознакомься с этим.

Радель развернул бумагу, которую протянула ему профессор.

Зоны уборки для каждого курса были закрашены разными цветами на карте академии.

— Также нам нужно сформировать команду для дружеских состязаний. Подробности увидишь на следующей странице.

Следуя словам Марианны, Радель перелистнул лист.

Там был расписан график дружеских состязаний и количество участников.

— Так вот, я подумываю передать все полномочия по программе обмена тебе, так как ты лучше всех знаешь первокурсников.

— Простите?

Разве Фэйшн не говорил, что участников для состязаний выбирает курирующий профессор?

Радель был озадачен внезапно свалившейся ответственностью.

— Работы не так много. Тебе просто нужно честно распределить зоны уборки и собрать команду для участия в состязаниях.

Марианна верила, что Радель справится.

Эта уверенность крепла в ней сама собой, учитывая всё, что Радель совершил до этого момента.

— Мы проводим программы обмена с Хеллингтоном каждый год. В прошлом году первокурсники проиграли в дебатах, но победили в зачистке подземелья. Иными словами, счет 1:1. Но в этом году всё должно быть иначе, верно?

Профессор Марианна добавила:

— К слову, старшекурсники из Общежития Черного Сокола, которые в прошлом году были на четвертом курсе, выиграли в обоих испытаниях.

«То есть мне говорят побеждать безоговорочно».

Радель почуял, что ситуация обещает быть непростой.

— Разумеется, за хорошие результаты я планирую тебя вознаградить.

— Пропуск для выхода в Марселлент был бы весьма кстати, профессор.

Раз уж дело приняло такой оборот, Радель не стал медлить с оглашением желаемой награды.

У него накопилось немало дел в Марселленте, связанных с магазином «Да-иссэ» и «Обителью нежити», так что это было идеальным предложением.

На строгом лице Марианны промелькнула едва заметная улыбка, пока она наблюдала за Раделем, загоревшимся страстью к награде.

......

Радель собрал первокурсников в общей гостиной Общежития Черного Сокола.

Студенты, услышав о предстоящей программе обмена, зашумели.

Всё потому, что каждый из них знал о магической академии Хеллингтон.

— Всем известно, что выпускники оттуда втайне вечно соревнуются с нашими.

— Разве это не то место, куда идут магические шовинисты в тяжелой стадии?

При этих словах присутствующие здесь магические шовинисты вспыхнули.

— Как можно сравнивать их с нами!

— Это оскорбление для магического шовиниста!

— Они не шовинисты, они магические фанатики!

Студенты академии настаивали на колоссальной разнице между собой и представителями Хеллингтона.

Среди учеников академии бывали случаи, когда их родственники учились именно там.

— Моя старшая сестра ходит в Хеллингтон. Вы представить не можете, как она утомляет своими разговорами о том, что её академия лучше.

— Что? Конечно, академия лучше. Не просто же так нас называют Императорской магической академией!

Разговор позволял почувствовать давнее противостояние между Хеллингтоном и академией.

Он ощутил это еще при разговоре с профессором Марианной, но, похоже, рядовые студенты тоже не желали уступать столичным выскочкам.

— Итак, чтобы подготовиться к программе обмена, мы сейчас распределим зоны уборки.

Радель раздал обязанности своим друзьям, которые отнеслись к уборке серьезнее, чем он ожидал.

Первокурсникам достались первый этаж главного корпуса, Общежитие Черного Сокола и территория перед главными воротами академии.

— Эдвард, Чарльз, Марко. За вами кабинеты со 101-го по 103-й в главном корпусе.

Когда Радель, зачитывавший список, дошел до Леона...

— Леон, за тобой кабинеты со 105-го по 110-й.

Тут же вскочили последователи Леона.

— Что это значит? Ты хочешь сказать, принц Леон должен в одиночку убирать все эти классы?

— Это абсурд! Это несправедливо!

Лицо Раделя выражало полное непонимание проблемы.

— Леон хорош в магии, так что всё в порядке. Он закончит с этим в два счета.

Стандартом, по которому Радель распределял зоны, была эффективность.

По мнению Раделя, поручать больше территорий тем, кто силен в магии — лучший способ закончить уборку быстро.

На этот раз возмутились уже последователи Инетты.

— Погодите-ка. А как же наша принцесса, которая отвечает за гостиную общежития? Вы хотите сказать, что раз она не владеет магией, она должна просто драить полы здесь?

— Уборка для тебя — шутка? Ты не проявляешь должного уважения к нашей принцессе!

Разговор потек в довольно странном направлении.

— Дайте нашей принцессе больше зон! Это несправедливо!

— Точно! Пожалуйста, относитесь к Ее Высочеству в соответствии с ее талантами!

Под гул голосов последователей Радель мельком взглянул на Инетту.

И точно — лицо Инетты, наблюдавшей за этой сценой, налилось гневом.

«Эти идиоты, серьезно…!»

Разъяренная Инетта прикрикнула на своих сторонников:

— Если вы добьетесь своего, это значит, что МНЕ придется убирать больше!

Инетта пронзила последователей такими взглядами, что те не посмели вымолвить ни слова.

От них действительно не было никакой пользы.

......

Спустя несколько дней группа людей прибыла к главным воротам академии.

Это были первокурсники и их курирующие профессора из магической академии Хеллингтон, только что прибывшие из столицы.

— Профессор! Это и есть Императорская магическая академия?

— Кажется, она куда больше Хеллингтона.

Первокурсники Хеллингтона немного нервничали.

Было бы проще, будь рядом старшекурсники, но из-за накладок в расписании первыми прибыли именно новички, что добавляло им беспокойства.

— Дети, не стоит сравнивать это место со столичным Хеллингтоном. Академия находится в Марселленте, так что ее угодья неизбежно велики. Идемте.

Курирующий профессор умело снял напряжение подопечных, и они миновали главные ворота.

Магия сканирования академии активировалась как обычно, и студенты вместе с профессорами беспрепятственно вошли внутрь.

«Сработало!»

Обсидиан, курирующий профессор первокурсников Хеллингтона, внутренне возликовал.

Не зря он облился святой водой на случай, если магия сканирования его не пропустит.

Хотя он чувствовал жгучую боль везде, куда попали капли, Обсидиан стиснул зубы и терпел.

Он не мог провалить великую миссию сейчас.

Ведь на самом деле он был еретиком, продавшим душу демону, и высокопоставленным членом Черного Ордена.

«Я так долго ждал того дня, когда войду в академию».

Это была с трудом добытая возможность.

Ради воскрешения господина он обязан был попасть в подземелье внутри академии.

Великий господин Бельфегор, который был запечатан и спал.

Высший демон, спустившийся на эти земли в незапамятные времена и правивший глупыми людьми.

Пока не явился Великий Мудрец и не запечатал семерых демонов под защитой Высшего Божества, этот мир принадлежал им.

И это был мир дьяволопоклонников.

«Я верну былое величие».

Обсидиан продал даже собственную душу, чтобы обрести могущество Бельфегора.

Однако, пока господин спал, силе его последователя был положен предел.

«Нужно поскорее войти в подземелье и достать ключ».

Черный Орден долго искал способ сломать печать демона.

Затем они обнаружили записи и карту, оставленные Великим Мудрецом, и нашли там ответ.

«Тот, кто соберет все ключи, приблизится к первозданной тьме».

Сбор черных ключей был единственным способом разрушить печать Бельфегора.

Поскольку подземелья, где были спрятаны ключи, разбросаны по всей Империи, Обсидиану и его подчиненным пришлось немало попотеть, зачищая их.

Но так совпало, что оставшиеся подземелья с ключами находились именно внутри академии.

Вот ради чего Обсидиан рискнул и проник сюда.

— Профессор, студенты академии не будут смотреть на нас свысока?

Студент Хеллингтона подошел к Обсидиану с вопросом.

Тот скрыл истинные мысли и ответил с доброжелательной улыбкой:

— Не о чем беспокоиться. Нас встретят тепло.

Стоило ему закончить фразу, как перед ними показался главный корпус академии.

Какими бы сложными ни были чувства хеллингтонцев к академии, они не могли не восхититься величественным экстерьером.

Особенно сильными были впечатления у курирующих профессоров, посещавших академию в прошлом году.

— Здесь стало гораздо чище, чем в прошлом году.

— И не говори. Почему дорога буквально блестит?

Вопрос профессоров Хеллингтона вскоре сменился другим недоумением.

— А что эти студенты там делают?

— Не знаю, какую-то магию используют?

На обочине дороги рослые студенты академии вовсю размахивали посохами.

— О, ветер!

Затем налетал мощный поток, подхватывал палую листву и пыль, после чего исчезал.

Похоже, они убирали дорогу с помощью магии.

— Фух, это всё равно проще, чем таскать «Колыбель Высшего Божества».

— Нет. Разве контроль во «Вместе с Высшим Божеством» не был сложнее?

Студенты, говорившие на непонятном языке, содрогались, словно вспоминая что-то ужасное.

Затем последовал еще один лишенный смысла диалог.

— Если честно, я считаю, что «К стопам Высшего Божества» был самым легким.

— Ты думаешь, летать вверх-вниз легко? Вовсе нет.

— Ой, умоляю, «Вместе с Высшим Божеством» и вверх-вниз летает, и само крутится еще.

Они спорили между собой, продолжая при этом усердно взмахивать посохами и очищать территорию.

Их навыки были настолько отточены, будто физический труд въелся в их плоть и кровь.

— Вы, должно быть, первокурсники из Хеллингтона?

Радель, безупречно одетый в форму академии, возник перед группой озадаченных гостей.

В его вежливом поведении чувствовалось благородное достоинство.

— Я представитель первого курса, ответственный за ваше сопровождение. Пожалуйста, называйте меня Радель.

Некоторые студенты даже узнали его.

— Это ведь Восьмой принц?

— Говорили, что он учится в академии, значит точно он.

В Империи не было никого, кто бы не знал, что все члены королевской семьи по традиции учатся в академии.

В отличие от студентов академии, привыкших учиться бок о бок с принцами, для хеллингтонцев тот факт, что член императорской семьи в роли декана курса сопровождает их, сам по себе был событием.

Пока профессора приветствовали Раделя, тот начал экскурсию по академии.

— Сначала мы пройдем к главному корпусу, а затем я провожу вас в общежитие.

Курирующие профессора не могли сдержать восхищения, осматривая кабинеты, которые сияли чистотой, и Общежитие Черного Сокола.

То же самое чувствовали и студенты Хеллингтона.

Чистота была такой, что они невольно задумались о том, что по возвращении домой им придется заново отдраить свои спальни.

Среди восхищенных студентов профессор Обсидиан буравил Раделя взглядом.

«Так это и есть Восьмой принц…»

Восьмой принц, ставший в последнее время символической фигурой для Ордена Высшего Божества, стоял прямо перед ним.

Он был костью в горле для Черного Ордена.

Если член императорской семьи так глубоко предан вере, влияние Ордена Высшего Божества неизбежно возрастет.

А чем сильнее становился Орден, тем труднее было действовать Черному Ордену.

Будь у него шанс, избавиться от Восьмого принца было бы весьма выгодно.

Почуял ли Радель жажду убийства со стороны Обсидиана?

Внезапно Восьмой принц посмотрел прямо туда, где стоял Обсидиан.

«Что это?»

Обсидиан поспешно отвел взгляд в сторону.

Маловероятно, но у него возникло странное чувство, будто все его помыслы были прочитаны.