Настоящая программа обмена

Дебаты в итоге завершились победой академии.

Студенты магической академии Хеллингтон выглядели опустошенными.

Они никак не ожидали проиграть в подобной манере.

«Эти ублюдки совсем из ума выжили…»

Однако они ничего не могли поделать с дебатами, которые уже подошли к концу.

В противовес им академия превратилась в плавильный котел восторга.

— Ура-а! Принц Леон!

— Кха-а, ты крут!

Последователи Леона пребывали в неистовстве, выкрикивая имя своего идола и обнимая друг друга.

Вид сборной команды Хеллингтона, на которую их же сокурсники теперь тыкали пальцами, попался на глаза последователям, уже изрядно опьяневшим от победы Леона.

Представители чужой академии съежились под градом упреков.

Другие студенты могли их не понять, но последователи Леона в глубине души сопереживали им сильнее, чем кто-либо другой.

Если ты встречаешь принца, которым обычно восхищаешься, в качестве оппонента — ты неизбежно дрогнешь.

— …Мы понимаем вас. С нами было бы то же самое.

Последователи Леона тихо подошли к сборной Хеллингтона и похлопали их по плечам.

Между представителями проигравшей команды и последователями Леона завязался обмен пылкими взглядами.

Это был миг, когда расцвела глубокая дружба.

Радель, наблюдавший за этой сценой издалека, удовлетворенно кивнул.

— Настоящая программа обмена должна выглядеть именно так.

— Любой, кто на тебя посмотрит, решит, что ты сам её организовал.

Инетта никак не могла привыкнуть к этой повадке старика, которую Радель периодически демонстрировал.

Хотя в итоге им удалось вырвать победу благодаря тому, что он отправил Леона на дебаты, мысль о том, что он всё это просчитал, заставляла её думать — он и вправду парень хитрый, как змея.

— Ты говорил, что Леон справится. Ты предвидел, что всё обернется именно так?

— В дебатах всё же выигрывает тот, кто лучше знает магию.

«Да вот только не похоже, что они победили благодаря магическим познаниям Леона».

Инетта прищурилась, но лицо Раделя осталось безмятежным.

— Теперь осталась только зачистка подземелья.

На слова Раделя Густо согласно кивнул:

— Я уже подготовился, Ваше Высочество.

— Как и ожидалось от Густо.

Инетта, услышавшая это, пришла в замешательство.

Она тоже входила в команду по зачистке подземелья, но ничего специально не готовила.

— Разве при зачистке подземелья нужно что-то готовить?

— Разумеется. Вы что, еще ничего не подготовили?

Услышав вопрос Густо, Инетта быстро сделала вид, что она в курсе.

Она и пальцем не пошевелила, но ни за что не хотела проигрывать какому-то послушнику святого рыцарства.

— Хмпф, конечно же я всё подготовила!

— Вы на редкость быстро справились в этот раз.

— Ты сейчас нарывешься на драку?

Пока вспыхнувшая Инетта срывала злость на Густо, к Раделю приблизилась Туния.

А затем тихо прошептала:

— Всё в точности так, как ты и сказал. Он — подозрительный тип.

По просьбе Раделя Туния следила за Обсидианом, курирующим профессором первокурсников Хеллингтона.

Для Тунии, которая изначально была убийцей высшего класса, задача не представляла сложности, но она и вправду считала, что слежка за профессором другой академии — поручение довольно внезапное.

Но теперь всё изменилось.

— Что в нем подозрительного?

Когда Радель спросил, Туния протянула руку.

— Аванс.

У Тунии, чье экономическое чутье обострилось после ухода с работы убийцы, слова не расходились с делом.

Радель без лишних разговоров передал Тунии обещанную оплату.

У него была веская причина поручить ей это задание отдельно.

В первый же день программы обмена, когда он сопровождал группу первокурсников из Хеллингтона.

Дзынь—!

+++

[Чувствуется чья-то жажда убийства.]

+++

Радель рано осознал, что жажду убийства источал именно курирующий профессор Хеллингтона.

Может ли это быть очередной наемник, внедрившийся, чтобы прикончить его?

Радель закономерно задался этим вопросом.

Поскольку Туния была специалистом в вопросах устранения, Радель немедленно доверил задание ей.

Целью было проверить, не охотится ли тот на его голову, но слова Тунии оказались неожиданными.

— Сразу к выводам: он не убийца.

Походка профессора и повадки, въевшиеся в его тело, были слишком топорными для профессионала.

Однако он был типом еще более подозрительным.

Вчерашней ночью он тайно покинул гостевые покои и вошел в одно из подземелий академии.

И за ним последовали некоторые из первокурсников Хеллингтона.

Радель, услышавший, что тот что-то искал, спросил Тунию:

— Что именно он искал?

Туния вспомнила очертания губ Обсидиана, которые она видела в темноте прошлой ночью.

— Кажется, он сказал… что должен найти ключ.

Ключ.

Слово было слишком знакомым Раделю, чтобы оказаться случайным совпадением.

......

Вторая ночь программы обмена.

Вжу-у-ух—!

Летающий голем пронесся над головой Обсидиана, притаившегося в кустах.

Тот едва сумел выскользнуть из жилого корпуса Хеллингтона.

До глубокой ночи он был связан напряженным собранием со студентами по поводу завтрашней зачистки подземелья.

Он полагал, что первокурсники, проигравшие в дебатах, не будут спать спокойно, но и подумать не мог, что совещание затянется так надолго.

В итоге Обсидиан, чье сердце зашкаливало от спешки, смог закончить встречу лишь после того, как предложил рабочую стратегию.

«Притворяться профессором тоже задача не из легких».

Обсидиан, осторожно выбравшись из кустов и избегая взоров летающих големов, немедленно направился к месту встречи.

— Кто позволил тебе опаздывать, Обсидиан?

Когда он добрался до точки сбора, навстречу ему вылетел холодный голос.

Это были его соратники, прибывшие заранее.

Главы Черного Ордена.

Даже Обсидиан, ведущий дело по воскрешению Бельфегора, не мог проникнуть в академию напрямую.

Визит в качестве профессора Хеллингтона под прикрытием программы обмена был его максимумом.

Однако присутствующие здесь высокопоставленные члены были другими. Это были те,.кому удалось внедриться в академию задолго до этого.

Один этот факт позволял судить об их навыках.

— Возникли дела… Прошу прощения.

Обсидиан смиренно извинился.

Поскольку разоблачение личности вело прямиком к смерти, такая реакция была объяснима.

— Нам не нужны подобные извинения.

— Почему ты не связался с нами вчера сразу по прибытии?

Главы Черного Ордена допрашивали Обсидиана.

Хотя их организация действовала настолько скрытно, что члены не знали дел друг друга, избегать действий, вредящих братьям, было вопросом этикета.

Они пребывали в недовольстве, беспокоясь, что Обсидиан перебаламутит всю академию своим внезапным визитом без уведомления.

— Не действуй опрометчиво, Обсидиан.

— Имей в виду: наши личности могут быть раскрыты из-за твоего беспечного поведения.

— Если не хватает таланта — просто не высовывайся.

«Гнусные ублюдки».

Обсидиан проклинал соратников про себя.

Смотреть на равного по рангу свысока.

Вот почему он не хотел связываться с ними.

Даже если его подчиненные советовали заручиться их помощью, у Обсидиана была причина не входить в контакт с единомышленниками внутри академии.

При их характере было очевидно — они будут только критиковать, а не помогать.

Но ситуация была критической, так что иного выбора не оставалось.

— По какой причине ты вызвал нас сейчас?

— Если причина окажется пустяковой, я тебе этого не спущу.

Как и ожидалось, главы Черного Ордена прикрикнули на Обсидиана, посмевшего их вызвать.

Дьяволопоклонники по своей природе обладали скверным нравом.

Обсидиан заново осознал, что у него — на фоне остальных в Черном Ордене — еще вполне сносный характер.

Здесь человеку со сносным характером оставалось только терпеть.

И вовсе не потому, что его навыки уступали их способностям…

Он подавил гнев и заговорил:

— Кажется, появилось нечто, мешающее нам.

Слова Обсидиана пробудили интерес остальных глав.

— Это правда?

— Кто-то метит в Черный Орден?

Обсидиан кивнул в ответ.

Какой бы сильной ни была разобщенность в Черном Ордене, игнорировать столь серьезную угрозу они не могли.

— Да. Существо, мешающее воскрешению Бельфегора…

— Что? Бельфегора?

— А я-то думал, дело в чем-то другом.

Однако главы мгновенно потеряли интерес.

Среди присутствующих были те, кого вовсе не радовала перспектива первоочередного воскрешения Бельфегора.

Ведь Высшие демоны, которым они служили, были разными.

Обсидиан помрачнел из-за перемены в атмосфере.

Он лишь отчетливо осознал тот факт, что среди них нет никого, кто по-настоящему желал бы воскрешения Бельфегора.

Раз сотрудничество так позорно провалилось, он задался вопросом — не поэтому ли они всё еще живут в тени, зовясь еретиками?

«Чем просить помощи у этих выродков, я справлюсь как-нибудь сам!»

В этот миг Обсидиан принял твердое решение.

......

Последний день программы обмена.

Первокурсники академии и Хеллингтона собрались перед входом в подземелья.

Наконец, наступило время зачистки подземелья — самого важного события дружеского состязания.

Для этого испытания профессора выбрали два подземелья на территории академии, уровень которых позволял первокурсникам зачистить их совместно.

Это были места, время прохождения которых практически не отличалось.

Разумеется, информация о том, какой босс где находится, оставалась тайной до сегодняшнего утра.

Ради честного поединка профессора не сообщали студентам детали подземелий.

— Боссы подземелий — Огненный голем и Ледяной голем.

Однако везде найдутся люди, не следующие принципам.

Обсидиан понизил голос и слил информацию команде зачистки Хеллингтона.

Первокурсники гостей ответили с серьезными лицами:

— Значит, мы должны пойти туда, где Ледяной голем. Раз в той команде принцесса со способностями к пламени.

— Верно. Нам выгоден именно Ледяной голем.

Ради этого момента Обсидиан слегка загнул уголок бумаги в ящике для жеребьевки.

Для него, продавшего душу демонам, такой поступок даже не задел совесть.

Наверняка и сторона академии использует какие-нибудь уловки.

Даже если состязание дружеское, трудно поверить, что они не прибегнут к обходным путям.

Зачистить подземелье, полагаясь лишь на чистые навыки первокурсников, — задача непосильная.

Сборная Хеллингтона спрятала уйму зелий и свитков, готовясь к этому часу.

— Определим порядок жребия.

Представитель сборной Хеллингтона тяжело сглотнул.

Они обязаны были тянуть первыми, чтобы войти в подземелье с Ледяным големом согласно уловке Обсидиана.

«Они что, совсем не нервничают?»

С другой стороны, их оппоненты — команда академии — выглядели так, будто их вообще ничего не волновало.

— Так что ты там говорил про подготовку?

— Я регулярно питался и ложился спать. Это естественная подготовка. Только так можно показать лучшую форму.

— А мне ты заливал, что подготовился просто грандиозно!

Споры о непонятных темах между собой казались им важнее, чем предстоящий рейд.

Даже Радель, лидер команды академии, уступил право хода.

Глаза представителя Хеллингтона округлились.

— Ты хочешь, чтобы мы тянули первыми?

— Да. Это не имеет особого значения.

«Не имеет значения?»

При этих словах Раделя представитель Хеллингтона внутренне скрипнул зубами.

Хоть им и уступили, он почувствовал себя проигнорированным, и настроение его испортилось.

«Эта дерзость сейчас и закончится!»

Хеллингтонец уверенно вытянул жребий, помеченный Обсидианом.

Когда он развернул записку, там — как и ожидалось — значилось: «Ледяной голем».

Сборная Хеллингтона не смогла сдержать довольных улыбок.

— Нам достался Огненный голем. Давайте оба покажем всё, на что способны.

Лицо Раделя после того, как он вытянул Огненного голема, оставалось спокойным.

По его поведению было ясно — ему плевать, какой босс попадется.

И эта манера выводила сборную Хеллингтона из себя еще сильнее.

— Мы сотрем эту самодовольную гримасу с его лица!

— Точно, посмотрим, кто будет смеяться, выходя из подземелья.

Команда Хеллингтона буквально пылала жаждой победы.