Первая церемония каникул

Итоговые экзамены закончились.

Это означало, что прямо сейчас начинаются летние каникулы.

Возможно, из-за того, что это были первые каникулы с момента поступления в Академию, первокурсники собрались в актовом зале с трепещущими сердцами.

Независимо от того, какими оказались их оценки за первый семестр, все выглядели приободренными.

Однако был кое-кто, кто не разделял общего настроя.

Человеком с мрачным выражением лица была не кто иная, как Инетта.

Радель подошел к ней и спросил:

— Что случилось, Инетта? Я думал, ты будешь в хорошем настроении, раз наступили каникулы?

— Табель успеваемости летит к маме. От одной мысли об этом у меня уже мурашки по коже!

Инетта вздрогнула, вспомнив свою мать, имперскую супругу Селиану.

С характером ее матери было очевидно: та использует табель как повод подкалывать дочь на протяжении всех каникул. Даже если бы она захотела тайно спрятать оценки, она не смогла бы этому помешать, так как табели отправляли родителям с помощью магии полета.

«А что тогда будет с кем-то вроде меня?»

Радель столкнулся с проблемой, о которой раньше никогда не беспокоился.

Куда отправят табель того, у кого нет родителей?

— Густо, кому придет твой табель успеваемости?

— Насколько мне известно, его отправят Епископу храма, к которому я принадлежу.

Табель, идущий к Епископу.

Это, должно быть, тоже довольно обременительно.

— Туния, а у тебя что?

— Мне нужно пойти в административный офис и забрать его лично.

Туния сказала, что с этим обходятся именно так, поскольку ее родители скончались.

Выражение лица Раделя стало озадаченным.

— …Значит, мой табель успеваемости летит к отцу, то есть к Его Величеству Императору?

На слова Раделя Инетта ответила небрежно:

— Разве это не очевидно? Или же его могут отправить тому, кто подписал рекомендательное письмо для поступления.

Если так, значит, он полетит к Ивану, директору Бюро по управлению способностями.

Его Величество Император или директор Бюро узнают мои оценки. В любом случае, для Раделя это не были приятные новости.

— Ах, точно. Табель успеваемости!

— И никак нельзя это остановить?

Когда зашла речь о родителях, первокурсники начали понемногу волноваться.

Особенно те, кто происходил из семей магов или семей с высокими ожиданиями, испытывали величайший страх перед оценками.

Эдвард, наследник графства Падикт, не был исключением.

Учитывая, как сильно его отец хвастался тем, что сын поступил в Магическую академию, он наверняка с нетерпением ждал дня, когда объявят результаты.

— Но я не думаю, что они вышли такими уж хорошими…

Когда Эдвард пробормотал это, его друзья, стоявшие рядом, покачали головами.

— Жаль тебя, Эдвард.

— Вот поэтому тебе и следовало учиться нормально.

Эдвард опешил от слов друзей, чьи успехи были примерно на том же уровне, что и его собственные.

— …Вы, парни, всерьез думаете, что вправе говорить такое?

Но ответ друзей был неожиданным.

— Мне плевать, если я провалюсь. Я нашел способ забыть о боли в такие моменты.

— Эдвард, тебе тоже стоит воспользоваться этим методом. Тревога об оценках исчезает полностью.

Радель, находившийся неподалеку, заинтересовался этими словами.

— Что это за метод? Можете и мне рассказать?

Когда Радель присоединился к разговору, друзья Эдварда оживленно защебетали:

— Принц тоже заинтересован?

— Вы точно не останетесь в убытке.

Друзья Эдварда хихикнули и вытащили лист бумаги.

Это был прогноз табеля успеваемости первокурсников, который они составили сами.

— Мы ставим деньги, ориентируясь на это. Для справки: я поставил на то, что мои оценки будут хуже, чем здесь указано.

— Если оценки плохие — ты выигрываешь деньги; если же оценки хорошие — ты не получаешь денег, но зато чувствуешь себя отлично. Что бы ни случилось, беспокойство об оценках улетучивается!

Это была поистине логика чудес.

Выслушав слова друзей, Эдвард пробормотал вполголоса:

— Сумасшедшие ублюдки…

Это были те самые «гордые» друзья, которые говорили принцу в лицо всё, что думали.

Однако Радель неожиданно проявил интерес к их прогнозу.

Потому что он оказался точнее, чем он думал.

— Вы неплохо его составили. Мой ожидаемый балл примерно такой?

— Конечно. Мы проанализировали его на основе аттестаций и текущих оценок. При таком раскладе принц — лучший ученик первого семестра.

Был Эдвард унижен или нет, его друзья были настроены серьезно.

— Хоть мы и выглядим так, на кону стоят деньги, поэтому мы не делали это спустя рукава. Можете доверять.

— Мы предсказываем принцу первое место.

И, как они и говорили, Радель действительно занял первое место.

......

— Перед каникулами я объявлю лучшего ученика первого семестра.

Профессор Лилиан поднялась на трибуну и начала говорить.

Первокурсники смотрели на профессора глазами, полными предвкушения того, кого назовут лучшим.

— Радель Сильверт Крециан.

Как только имя Раделя сорвалось с губ профессора Лилиан, друзья Эдварда бросились в объятия друг другу.

— Да!

— Мы были правы!

Выражения их лиц — людей, поставивших деньги на то, что Радель займет первое место — сияли ярче прежнего.

Напротив, были и те, чьи лица исказились в тот миг, когда назвали имя Раделя.

Это были последователи Леона.

— Как такое вообще может быть?

— Разве в финальной аттестации победа не досталась нашему принцу Леону?

— Куда, черт возьми, делась справедливость!

Последователи Леона сокрушались, но таков был итог комплексной оценки промежуточного и финального экзаменов.

Когда Радель поднялся на подиум, раздались аплодисменты.

Профессора первого курса, стоявшие позади, тоже аплодировали Раделю.

Хлоп—! Хлоп—! Хлоп—!

Профессора были рады, что Радель стал лучшим учеником, и одаривали его довольными улыбками, но за кулисами уже вовсю разгоралась невидимая битва нервов.

— Всё обернулось именно так, как и ожидалось.

Профессор Кайлин из класса алхимии заговорил первым:

— Редко можно увидеть, чтобы он терпел неудачу в приготовлении зелий. Он — тот друг, который абсолютно не тратит ингредиенты впустую. Я распознал в нем талант еще тогда, когда он впервые пришел на лекцию и вырывал сорняки. Он студент, который обязан заниматься алхимией.

Затем профессор Донтон из класса криптозоологии напряг мускулы с выражением лица, говорящим о том, что всё идет не по плану:

— У этого пацана природный талант к приручению. К тому же он отлично лазает по горам. У всех студентов криптозоологии есть страсть к магическим зверям, но парень с такой физической подготовкой — редкость. А как насчет его упорства? Можно сказать, это талант, абсолютно необходимый для криптозоологии.

Марианна из класса магии призыва тоже вступила в спор:

— Все забыли, что Радель — Декан общежития? И так сложилось, что, поскольку я курирую «Черный Сокол», он должен прийти в первую очередь ко мне за советом по выбору карьеры. Я намерена сказать ему, что он — талант с предрасположенностью, наиболее важной именно для магии призыва. Раз он даже заключил контракт с «тем самым» духом, это было бы естественно.

Профессор Томас, до этого хранивший молчание, тоже тихо вмешался:

— …Он студент, который лучше всех понимает магию трансформации. Возможно, он хорош и в другой магии, но разве это не прямая характеристика мастеров трансформации? Такой студент — редкость. Для развития магического мира ему жизненно необходимо изучать магию трансформации.

Казалось, из глаз каждого профессора вот-вот вырвется пламя.

Когда закончился первый семестр первого курса, пришло время всерьез определиться со специализацией.

Хотя можно было сменить специальность даже после перехода на второй или третий курс, обычно выбор, сделанный на первом году, сохранялся до самого выпуска.

Желание обучать выдающегося студента было мечтой любого педагога.

К тому же, студент, который в этом году впервые начал изучать магию, захватил вершину рейтинга Академии?

Не было профессора, чье сердце не затрепетало бы при виде такого первокурсника.

Профессор Лилиан из класса боевой магии также негласно рекомендовала свою дисциплину, вручая грамоту Раделю.

— Держи, вот грамота. Также полагается особый приз.

Радель слегка оживился при словах о том, что подготовлен отдельный приз.

Не будет ли это какой-нибудь полезный магический инструмент или предмет?

Однако то, что протянула профессор Лилиан, оказалось правом приоритетного выбора специализации.

— Я беспокоилась, потому что на боевую магию каждый год толпы желающих, но студенту Раделю не о чем беспокоиться, верно? Если воспользуешься этим, ты обойдешь всех конкурентов и станешь студентом боевой магии!

Вдобавок к этому — явное давление, призывающее выбрать именно ее дисциплину.

— Я понимаю.

Радель скрыл свою кислую мину и кивнул.

«Это… действительно приз?»

Хотя он был немного сбит с толку, возможность выбрать специальность вне очереди тоже казалась неплохой.

Когда Радель с серьезным видом убрал билет приоритетного выбора за пазуху, профессор Лилиан широко улыбнулась.

— Впрочем, любой был бы рад студенту уровня Раделя. О, и возьми еще вот это.

Профессор Лилиан протянула еще один конверт.

Открыв его, он обнаружил внутри небольшую стипендию.

Только тогда к Раделю вернулась улыбка.

......

В Марселленте было много лавок таких же древних, как и история самого города.

Одной из них было «Гнездо мага-подмастерья» неподалеку от Академии.

Этот ресторан, который, по слухам, стоял там с момента основания Академии в Марселленте, долгое время был излюбленным местом отдыха студентов.

— Вы первокурсники Академии? Поднимайтесь на второй этаж!

— Ах, да.

Когда вошли ученики в форме Академии, владелец заведения умело направил их наверх.

Первокурсники направились к лестнице, как им и было велено.

Всё потому, что они решили устроить здесь общие посиделки в честь начала каникул.

Этот план продвигал Радель как Декан, утверждая, что единства среди первокурсников до сих пор не наблюдалось.

Лекции закончились, церемония каникул завершена, и теперь первокурсникам, которым оставалось лишь разъехаться по домам, нечего было медлить.

За исключением Леона и еще нескольких друзей, у которых были дела, решили прийти почти все.

— Все собрались?

— Осталось десять минут, думаю, большая часть уже на месте.

Болтая, первокурсники подошли к лестнице на второй этаж.

Там уже стояли Радель и Густо.

— Ох, напугали!

Когда первокурсники вздрогнули от неожиданного появления, Радель с невозмутимым лицом протянул к ним руку.

— С-спасибо, но не нужно меня придерживать.

— Да не это, взнос за участие.

Радель передал собранные с первокурсников деньги стоящему рядом Густо.

Густо вычеркнул фамилию из списка тех, кто сдал деньги, и убрал взнос в общий кошель.

— Теперь можно подниматься?

Когда заплатившие студенты спросили разрешение, Радель кивнул:

— Да. Поскольку сегодня мы арендовали весь второй этаж, постарайтесь без нужды не портить имущество.

— Л-ладно.

— Никакой магии. Никакого призыва духов. Никаких магических зверей.

— …Ага.

Подумав, что это вполне в духе Раделя, первокурсники поднялись по лестнице.

Затем Радель добавил, словно вспомнив что-то:

— Для справки: полагается по три бутылки напитка на человека. Если захотите выпить больше — доплачивайте и пейте.

Поистине четкая работа.

Инетта, пришедшая первой, цокнула языком, глядя, как Радель появляется на втором этаже, собрав все деньги.

— Ты мог бы собрать по стольку-поскольку. Обязательно было заходить так далеко?

— Дела, связанные с деньгами, должны вестись надлежащим образом.

Радель спокойно ответил и сел на свое место.

Инетта в очередной раз была сыта по горло предусмотрительностью Раделя, который заказал даже меню на столах абсолютно одинаковым для каждого.

В этот момент кто-то крикнул из-за стола, где собрались Эдвард и его компания:

— Принц Радель! Скажите пару слов как наш декан!

— Решала из «Черного Сокола»! Лучший на первом курсе! Контрактор «того самого» духа!

Радель налил напиток в стакан перед собой и встал.

Подобные вещи обычно становились тем шумнее, чем больше тянули время.

— Хм, спасибо всем за то, что мы собрались вместе, вы хорошо потрудились в первом семестре. Давайте так же хорошо проявим себя в следующем и обойдемся без отчислений.

— У-у-у-у-о-о-о!

Как только слова Раделя закончились, посиделки начались всерьез.