Бюро по управлению способностями

— Ни с места!

Путь Раделю мгновенно преградили люди.

Арманди узнал их. Это оказались его подчиненные.

«Черт».

Те тоже узнали Арманди и на миг замешкались. Выглядел агент плачевно.

— О-отпустите его!

Впрочем, новички оказались верными долгу. Они попытались отбить Арманди.

Однако Радель даже глазом не моргнул.

— С какой стати?

— Это...

— Этот человек — преступник, осмелившийся покуситься на жизнь члена императорской семьи. Я не могу так просто выдать его вам.

— ..?!

Глаза новичков округлились. Они переглянулись, а затем вновь уставились на Арманди.

В их взглядах читался немой вопрос: неужели его схватили после попытки убить принца?

«Это наглая ложь!»

Арманди издал отчаянный, сокрушенный стон.

— М-м-мф!

Словно поняв его без слов, Радель кивнул, глядя на Арманди.

— Не волнуйтесь. Своим рассказом я дам всем понять, как усердно трудился Арманди. Если он вернется вот так, его просто отчитают за провал миссии.

— М-м-м! М-м-мп! (Ты делаешь только хуже!)

— Я всё доходчиво объясню. Арманди старался изо всех сил, ему просто не повезло.

— Х-х-ха! Кху—! (Заткнись! Умоляю, замолчи!)

Взгляды подчиненных становились всё более странными.

Они не понимали, как человека, который не только провалил слежку, но и якобы пытался совершить убийство, теперь утешает сама цель миссии.

Арманди чувствовал, что сходит с ума.

Этот Восьмой принц был сущим дьяволом, посланным, чтобы втоптать его в грязь.

Как ему теперь продолжать службу?

Следовало повернуть время вспять и ни за что не соглашаться на слежку за Восьмым принцем.

Арманди зажмурился.

Непроглядная тьма перед глазами казалась ему его собственным будущим.

......

Раделя незамедлительно сопроводили внутрь.

Это произошло всего через десять минут после его появления у ворот Бюро.

«И это называют самой охраняемой секретной организацией империи? Что-то слишком просто».

Лишь Радель не осознавал, что во всём происходящем нет ни капли обыденности.

Оказавшись внутри, он не спеша окинул взглядом Бюро по управлению способностями. Здание оказалось куда масштабнее, чем виделось снаружи.

«Высококлассный мрамор, такой обычно используют только в Великих Храмах».

В центре холла высилось изваяние Императора-основателя; у его ног была вырезана лилия — символ Безымянного Бога.

Проследив взглядом за лестницами, уходящими вверх по обе стороны, принц заметил широкое окно в потолке, через которое свет потоком изливался на статую.

Хотя влияние Ордена Высшего Божества в Крецианской империи было огромным, оно не исключало существования иных богов. Тем не менее роль Высшего Божества в мифах об основании государства была колоссальной.

В самом сердце империи — императорском дворце — изображения лилий и символика Безымянного Бога встречались на каждом шагу.

Раз уж Бог-Творец одарил правящую династию Способностями и благословил саму империю, было вполне естественно видеть статую Императора-основателя в окружении лилий в лобби Бюро, ведающего вопросами сил.

«Я думал, это место будет более мрачным и таинственным, но оно веет святостью сильнее, чем я ожидал».

Подойдя к статуе, он увидел высеченную на постаменте надпись.

Радель вслух зачитал строки, которые знал назубок:

— Дарую благословение тебе и потомкам твоим; всё достигнутое тобой станет волей моей.

Это был отрывок из Мифа об основании.

История об Императоре-основателе и Безымянном Боге, которую с колыбели заучивал каждый член императорской семьи.

«Начало пути Способностей».

Суть легенды сводилась к тому, что Бог-Творец, создавший этот мир, пообещал даровать свою силу Императору-основателю Креции и его наследникам.

— Там есть и продолжение.

Фигура, возникшая за спиной Раделя и незаметно приблизившаяся, завершила цитату:

— Но не подменяй своей воли моей. Ибо благословение обратится проклятием.

Этих слов Радель никогда не слышал.

Благословение обратится проклятием.

На первый взгляд, эти слова казались отрицанием божественного дара — источника могущества империи.

Принц обернулся и увидел мужчину средних лет в очках.

Радель пожал плечами:

— Звучит довольно опасно. Благословение, становящееся проклятием.

Мужчина с интересом изучал невозмутимого принца.

Восьмой принц мог этого и не знать, но ситуация, когда объект слежки сам заявляется в логово преследователей, была неслыханной.

— Возможно. Но такова воля Божья.

Он протянул Раделю руку для рукопожатия.

— Наконец-то мы встретились. Принц Радель.

Радель машинально ответил на жест и сжал ладонь собеседника.

— Я — Иван Шартрион, директор Бюро по управлению способностями.

Так вот он какой, Директор.

Глаза Раделя блеснули, когда он взглянул на главу ведомства.

«Этот человек наверняка владеет массой ценных сведений».

......

Радель сидел в кабинете Директора и пил чай.

Подле него, ссутулившись, стоял поникший Арманди, чьё лицо украшали багровые пятна, а губа была разбита.

— Вам нравится вкус?

— Да. Весьма тонкий аромат.

Иван Шартрион, несмотря на свой суровый и изможденный вид, казался человеком, с которым вполне можно договориться.

Он лично заварил чай для Раделя, пообещав угостить своим любимым сортом.

— Рад слышать. Из-за хронических мигреней я предпочитаю чай кофе.

— Должно быть, у вас очень много работы.

Ответив, Радель вскользь глянул на Арманди.

— Вы даже выделили целого агента, чтобы он беспокоился обо мне.

Иван криво усмехнулся и развел руками:

— Мне нечего сказать в свое оправдание, если Ваше Высочество решит устроить допрос. Такова наша доля.

Радель в тон ему пожал плечами:

— И всё же пробираться в лечебный покой без предупреждения — это чересчур. Вы со всеми членами императорской семьи так работаете?

— Я не вправе разглашать подробности.

Значит, впустить постороннего он впустил, но гриф секретности никто не отменял?

Радель и не надеялся на иное, а потому сменил тему.

«Если правильно разыграю карты, смогу выудить информацию».

— Как бы то ни было, я и впрямь почувствовал угрозу. Я принял Арманди за убийцу.

— Понимаю.

Иван кивнул.

Честно говоря, со стороны Бюро было бы глупо обижаться, устрани принц их агента в момент поимки.

Они ежедневно рискуют головой, собирая данные в тени принцев и принцесс.

Если член императорской семьи вдруг решит направить свою силу во зло или потеряет над ней контроль, обязанность остановить его тоже ляжет на плечи Бюро.

«И всё же, судя по тому, что он оставил Арманди в живых, сердце у Восьмого принца не из камня».

Из-за позднего пробуждения Бюро не располагало достаточной информацией о Раделе.

В отчетах фигурировал лишь слабый и робкий юноша.

«И впрямь, ведет себя вполне чинно, без грубости или капризов».

Директор был озадачен внезапным визитом Раделя, но теперь решил, что сможет легко убедить его уйти.

— Да, раз вы понимаете ситуацию, я хотел бы кое-что сказать.

Однако Иван заблуждался.

— Я поймал Арманди, так что теперь он — мой пленник, верно?

— Простите?

— Я полагаю, Арманди — весьма ценный кадр для Бюро.

Арманди, который напряженно вслушивался в разговор, едва услышал свое имя, скривился.

«Что... что еще этот тип собирается выкинуть!»

Его посетило то самое дурное предчувствие, которое возникало всякий раз, стоило Раделю затеять неладное.

— Как вы думаете, директор, зачем я проделал этот путь?

Из любопытства, как выглядит Бюро изнутри? Или ради прогулки, чтобы вернуть Арманди в родные пенаты?

Нет.

Радель пришел сюда только ради одного предложения.

— Я здесь, чтобы договориться о выкупе за пленного.

Дзынь—!

+++

[Симпатия цели превысила 20.]

+++

Знакомый звон раздался в ушах.

Радель почувствовал: эта авантюра обернется успехом.

......

Иван вступил в переговоры о выкупе Арманди, чувствуя себя как в тумане.

За всё время службы в Бюро он впервые торговался за собственного агента.

И его оппонентом был не кто иной, как принц империи.

Пререкаться с объектом слежки в стенах собственного управления...

И всё же это не вызывало у него раздражения.

Напротив, ситуация казалась на диво увлекательной.

— Нет, это никуда не годится. Директор, неужели вы оцениваете жизнь Арманди в столь смехотворную сумму?

Радель сокрушенно отодвинул лист, на котором Иван написал цифру.

Однако директор Бюро был не из робких.

— Ваше Высочество, смотрите на вещи реально. Этот малый провалил задание. Есть ли у меня повод поднимать цену?

— Тот Арманди, которого видел я... владеет магией иллюзий на невероятном уровне. Его талант идеально подходит для нужд Бюро!

— Вы слишком мягкосердечны, Ваше Высочество. Разве вы не видите, к какому финалу привел его этот пресловутый талант?

— Губить потенциал из-за единичного промаха? Неужели это справедливо! Я настаиваю именно на такой оценке его стоимости.

Радель снова нацарапал сумму и перевернул листок, протягивая его Ивану.

Директор взглянул на обратную сторону и нахмурился:

— Это число... оно слишком велико для Арманди.

— Не может быть. Прошу вас, пересмотрите свое мнение.

— Не могу.

— Директор!

Развернулась причудливая сцена: Радель яростно защищал ценность Арманди, а Иван столь же рьяно принижал заслуги собственного подчиненного.

И был в комнате человек, чьё сердце в этот момент буквально разрывалось на части.

Сам Арманди, ставший предметом торга.

«Мир... окончательно сошел с ума».

Он снова закрыл глаза, терпя не прекращавшуюся два дня боль.

К ней невозможно было привыкнуть. Каждый раз, когда принц прикладывал его графином, боль ощущалась как новая.

Сначала он мечтал о мести, но теперь чувства изменились.

Ему хотелось просто исчезнуть из этого безумного мира.

«Может, уволиться сегодня к чертям...»

......

Переговоры между Раделем и Иваном завершились эффектно. Оба пожали руки с выражением глубокого удовлетворения.

— Мы чудесно провели время.

— Я также доволен результатом.

Дзынь—!

+++

[Симпатия цели повысилась на 10.]

[Симпатия цели теперь составляет 30.]

+++

Оповещение о росте симпатии Ивана подтвердило его искренность.

Арманди был официально передан из рук Раделя Ивану, после чего другие сотрудники безвольно утащили его прочь.

«Даже ни разу не оглянулся на товарищей».

Раделю казалось, что за два дня между ними возникла некая связь, но Арманди, похоже, был иного мнения.

«Впрочем, симпатия у него выше и не поднималась».

Радель решил, что при следующей встрече обязательно позаботится о нем как следует.

Разве не он только что превозносил Арманди перед начальством?

«Я так яростно его выгораживал, списав провал задания исключительно на собственную исключительность».

Размышляя о вещах, которые повергли бы Арманди в шок, Радель коснулся своего потяжелевшего кошелька.

Благостная улыбка сама собой расплылась по его лицу.

Но была и другая выгода, ради которой он в итоге урезал итоговую сумму выкупа.

— Что ж, подведем оставшиеся расчеты?

— Да, пожалуй.

Радель устроился напротив Ивана для заключения следующей сделки.

По жесту директора все оставшиеся в кабинете агенты вышли.

Это было условием Раделя: их разговор не должен покинуть стен этого помещения.

«Он далеко не прост».

Теперь Иван знал: перед ним не обычный семнадцатилетний подросток. Все отпрыски императорской крови обладали своими причудами, но в Восьмом принце явно сидел ушлый и хитрый делец.

Поняв, что старые отчеты о его робости можно выбрасывать на помойку, Иван заговорил:

— Что вы хотите узнать первым?

Ответы на три вопроса.

Таково было условие Раделя в обмен на скидку при выкупе.

Радель спросил, словно давно ждал этого момента:

— Кто пытается меня убить?

Иван счел этот вопрос самым логичным в текущей ситуации.

Совсем недавно Восьмой принц едва не расстался с жизнью.

Разумеется, это не было случайностью.

— Желающих больше одного.