Убью, как только увижу

Радель встретился с Инеттой перед гостиницей, и вместе они направились к главным воротам академии.

Они договорились пересечься у входа с Густо, который остановился в храме Ордена Высшего Божества в Марселленте.

Помимо Раделя и Инетты, к академии тянулось множество других абитуриентов.

— Гляди! Это же лизардмен, — Инетта указала на ящера, в чьих жилах, по легендам, текла древняя кровь драконов, и потянула Раделя за рукав.

Радель машинально проследил за её жестом, но тут же отвернул голову.

— Я понимаю, это любопытно, но так пялиться на людей просто невежливо.

— Да знаю я! Потому и прошептала тебе по секрету! — лицо Инетты вспыхнуло от нравоучений Раделя.

— Правда? Я думал, тебе как члену королевской семьи на это плевать. Прости, если ошибся.

Радель извинился совершенно невозмутимо.

Инетта лишь оторопело уставилась на него — он вел себя так, будто сам не имел к правящему роду никакого отношения.

— Эй, ты вообще-то тоже принц, не забыл?

— Ах, точно. Было дело.

Радель пожал плечами, беспардонно это признавая.

Инетта уже собиралась вскипеть, но осеклась, когда перед ними возникла Императорская академия магии.

— О-о-о…

Радель тоже с восхищением вскинул голову к величественному зданию.

Императорский дворец и Великий Храм поражали масштабами, но здесь витала иная монументальность.

Вероятно, из-за защитных заклинаний всё строение окутывал едва заметный туман, а протекающий перед воротами канал создавал атмосферу мистики.

Вдалеке едва проглядывали очертания исполинской горы — части горной цепи Марселлента, существовавшей здесь задолго до основания города магии.

Собственно, название магического города Марселлент было заимствовано именно у этой горной гряды.

Горная цепь Марселлента считалась одной из самых опасных в империи; ходили слухи, что в её недрах до сих пор скрыты ненайденные подземелья и древние реликвии.

— Так вот она какая, Императорская академия магии.

— Весьма впечатляет, верно?

— Сынок, поспешим внутрь.

Люди позади Раделя и Инетты торопливо обходили их, стремясь скорее попасть за ворота.

Их спешка была понятна: опоздание в актовый зал означало немедленное аннулирование допуска.

«Скорее всего, они не пройдут».

Радель уже предвидел грядущее, ведь в извещении о вступительном экзамене было четко прописано предупреждение.

— Отец!

— Какого черта?! Почему нас не пускают?!

Для прохода на территорию требовалось само извещение.

Радель и Инетта, обладавшие документами, беспрепятственно миновали кордон, но родители и свита знатных студентов натолкнулись на невидимую стену.

Академия не была местом для прогулок.

Это не только образовательное учреждение, но и сердце магических исследований империи, поэтому охрана здесь была предельной: вход посторонним, будь ты хоть трижды родителем, строжайше запрещен.

«Об убийцах можно не беспокоиться».

Радель остался доволен такой строгостью.

Теперь он понимал, почему Иван, сам будучи принцем, рекомендовал это место.

— Они что, даже уведомление нормально прочесть не сподобились? — фыркнула Инетта, проходя мимо.

Третья имперская супруга тоже порывалась поехать, но Инетта жестко пресекла это, ткнув мать носом в правила. Она слишком хорошо знала, как сильно мать будет над ней подшучивать, если увяжется следом на экзамен.

«О боже, милая, разве ты не говорила, что скорее умрешь, чем пойдешь в академию?»

Когда Инетта, взбешенная новостью о том, что Радель уехал в академию первым, приказала готовить карету, Третья имперская супруга лишь провожала её лукавой улыбкой.

Инетта, порадовавшись, что оставила мать дома, поторопила Раделя.

— Давай быстрее, ну же!

Радель почувствовал на себе липкие взгляды толпы. Среди абитуриентов было полно отпрысков знати, которые мгновенно узнавали членов правящей семьи.

Где-то в толпе ему даже почудилось шепотом произнесенное «святой из Жаждущей земли».

«Так вот каково быть знаменитостью».

Радель не придал этому значения и зашагал к главным воротам. Внутри академии он станет обычным студентом, как и все, так что незачем на этом зацикливаться.

Инетта и вовсе игнорировала внимание, привыкнув к нему с пеленок.

Густо, уже ждавший у входа, узнал их и направился навстречу.

— Ваше Высочество.

Густо вежливо поприветствовал Раделя, а затем мельком, чисто формально, кивнул Инетте.

— Ах, принцесса тоже здесь.

— Ты сейчас нарывешься, а?

Густо с каменным лицом ответил, даже не моргнув:

— Нет. Я действительно вас не заметил.

— Ты точно хочешь подраться!

Инетта испепеляла Густо взглядом, а тот лишь сухо извинился.

Поначалу Радель гадал, как Густо, недолюбливающий королевскую кровь, уживется с Инеттой, но они по-своему поладили. Инетта тоже была от Густо не в восторге, но всё складывалось лучше, чем ожидалось.

Раделю этот дуэт, ничуть не изменившийся за те несколько дней, что они не виделись, показался на удивление родным.

Он и сам не заметил, когда успел к этому привыкнуть.

......

Абитуриенты, собравшиеся в актовом зале, озирались по сторонам — в их глазах плескалась смесь предвкушения и тревоги.

Те, кто обладал зачатками общительности, уже вовсю заводили знакомства с соседями.

Кое-кто сбивался в группы; самый громкий гул шел от самой многочисленной компании.

— Как и ожидалось от Вашего Высочества!

— Вам ни к чему сближаться с этим сбродом, который в магии ни черта не смыслит.

Услышав это, Инетта навострила уши.

— Принц?

В этом году документы в академию подали лишь трое членов императорской семьи. Сама Инетта, Радель и его брат-близнец Леон.

Поскольку Инетта и Радель стояли рядом, было очевидно, кто возглавляет ту толпу. Девятый принц, Леон Сильверт Крециан, и его прихлебатели.

Судя по их разговорам, там собрались истинные магические шовинисты.

Поняв ситуацию, Инетта нахмурилась и тихо спросила Раделя:

— Ты как, в норме? Вы ведь с братом не в ладах.

Их вражда была настолько явной, что о ней знала даже Седьмая принцесса.

— Почему я должен быть не в норме? — бросил Радель.

Раньше, до того как он вспомнил прошлую жизнь, это было бы неловко, но не теперь.

Разве дети не растут, сражаясь друг с другом? Братья и сестры, ненавидящие друг друга в детстве, вполне могут поладить позже.

С точки зрения Раделя, Леон просто находился в состоянии затянувшейся ярости, типичной для подростков.

«Всё дело в матери».

Пятая имперская супруга, мать Леона и Раделя.

Она погибла в результате трагического инцидента на охотничьих состязаниях.

Будь она одна, легко бы спаслась, но она закрыла собой Раделя, который был рядом, и приняла смерть.

Маленький Радель годами верил, что мать умерла из-за него.

Леон верил в то же самое.

«Это из-за тебя».

Леон, чьи способности пробудились очень рано, и до того не жаловал своего медлительного во всем близнеца, а после того случая и вовсе возненавидел.

«Тебе следовало сдохнуть вместо нее».

Пока Радель заперся во Дворце Восьмого принца под предлогом слабого здоровья, Леон собирал силы, закладывая фундамент своей власти с помощью мощной способности.

И чем выше взлетал Леон, тем ничтожнее становилось положение Раделя, чья способность так и не проявилась.

«Тогда он имел право так думать».

Прежний Радель с трудом вспоминал прошлое, а встреча с братом причиняла ему физическую боль.

Но теперь, осознав опыт прошлой жизни, он стал мудрее. Он прекрасно понимал: вины маленького Раделя в случившемся нет.

И гнев Леона он тоже понимал.

«Ему тоже пришлось несладко».

Однако это не значило, что он собирался безропотно принимать чужую злость.

В этот момент один из магических фанатиков, крутившихся вокруг Леона, заметил Раделя.

— Ха? А это не тот самый принц?

— А, этот недомерок?

— Тот, что и мизинца нашего принца не стоит?

Ситуация накалялась.

Инетта, почуяв неладное, уже примерилась — не пора ли стащить перчатки. Густо тоже напрягся, положив ладонь на эфес меча.

Радель посмотрел на них и покачал головой.

Ему не хотелось устраивать сцены еще до начала учебы. Но пространство вокруг почему-то начало стремительно затихать.

— Разойдись.

Кто-то вышел вперед, грубо расталкивая последователей.

Это был Девятый принц Леон — обладатель точно такого же лица, как у Раделя.

— Надо же, одно лицо с принцем Раделем.

— Зато характеры небо и земля. Глянь на эту ледяную рожу. Прямо злодей из книжки.

Радель уловил шепот Густо и Инетты.

Он едва не расхохотался, но сдержался. Уголки его губ, тем не менее, предательски дрогнули.

Увидев это, Леон помрачнел еще сильнее.

— Смеешься надо мной? Совсем рассудок потерял?

— Ну, разве нам не стоит сначала поздороваться после долгой разлуки? — Радель попытался завязать диалог.

Лицо Леона осталось каменным.

— Нам с тобой?

— Ага. А почему нет?

— Бред сумасшедшего, — отрезал Леон без тени эмоций. — Я ясно сказал: убью тебя, как только увижу.

— …ты разве говорил такое?

Радель зарылся в память, пытаясь вспомнить подобную фразу.

Леон, видя это безразличие, буквально почернел от гнева.

Кажется, брат так и не понял своего места.

Тот факт, что он вообще живет, будучи ничтожеством.

А теперь он еще и приполз в академию, где будет учиться Леон.

Раньше Леону хотелось убить его за то, что тот вздрагивал от каждого слова; теперь ему не меньше хотелось прикончить Раделя за его невозмутимый вид.

«Да. Убью его прямо сейчас».

В то мгновение, когда Леон начал концентрировать ману…

Бах—!

Двери актового зала с грохотом захлопнулись.

Но это было лишь начало.

Дзынь—!

Дзынь—!

Щелк—!

Все окна разом закрылись со звонким стуком.

В мгновение ока все входы и выходы актового зала академии оказались запечатаны.

Абитуриенты зашумели — работа магии была очевидна.

— Что происходит?

— Это еще что такое?

Радель огляделся, анализируя ситуацию.

Вступительный экзамен вот-вот начнется, верно?

Взглянув на часы в конце зала, он увидел — время в точности совпало с тем, что указано в извещении. Он вспомнил строчку: «допуск будет аннулирован, если абитуриент не прибудет в зал вовремя».

«Неужели…»

Экзамен уже начался!

[— Добро пожаловать! Прежде всего, приветствую всех, кто решил бросить вызов вступительному испытанию Императорской академии магии.]

Откуда-то раздался голос.

[— И сообщаю: с этой минуты никто не может покинуть зал.]

Абитуриенты в панике бросились к дверям, но те были запечатаны наглухо.

Радель, почувствовав приближение чего-то масштабного, собрался подойти к Инетте и Густо.

Ву-у-унг—!

Пол актового зала вспыхнул — активировался гигантский магический круг.

Даже в такой спешке Радель не смог не восхититься идеально закрученными потоками маны.

Объем магической энергии и сложность подготовки такого круга поражали воображение. Как и ожидалось от лучшей академии империи.

— Это магия телепортации!

Но знание теории ничем не помогало.

— А-а-а-а!

Вспышка—!

Зал залило ослепительным светом, и все абитуриенты исчезли в одно мгновение.

......

Радель открыл глаза.

Кар-р— Кар-р—

Он лежал на незнакомом берегу, над которым кружили чайки.

Но рядом с чайками в небе висело кое-что еще.

[— Удачи крысятам, сдающим экзамен в академию!]

Это был магический тепловой аэростат с подозрительным транспарантом.

С корзины аэростата непрерывно что-то летело вниз.

Фр-р-р—

Листок бумаги, сброшенный сверху, плавно опустился перед Раделем, который всё еще в прострации пытался сесть.

— …Руководство для абитуриентов?