Сфабрикованная поездка

— Это ты? Ты ему разболтал?

Пиренцо скрежетал зубами, глядя на Арманди.

Как бы он ни раздумывал, это казалось вопиющей несправедливостью.

Он же был так осторожен, чтобы не попасться!

Его личность никогда не раскрыли бы, если бы этот жалкий коллега-маг не проговорился.

Иначе с чего бы Восьмому принцу внезапно нападать на него посреди ночи?

Однако у Арманди был совершенно ошарашенный вид.

— Я? Ты и от меня-то свою личность скрывал. Забыл?

Мало того что скрывал, так еще и голос менял.

Арманди вспомнил Пиренцо, который всякий раз надевал маску, когда они встречались как агенты Бюро по управлению способностями для обмена информацией.

Если подумать сейчас, это был верх лицемерия. Дойти до того, чтобы менять голос и носить маску — что он пытался скрыть от сослуживца?

Даже в Бюро по управлению способностями редко встречались типы, заходящие так далеко.

— ...Твоя правда.

Даже для ушей Пиренцо это был весомый аргумент.

Настал черед Арманди атаковать.

— Это ведь ты научил Восьмого принца пользоваться блокнотом Бюро, а?

Пиренцо на миг передернуло.

Обычно он сохранял невозмутимость благодаря натренированным лицевым мышцам, но сейчас чувство вины было столь сильным, что он не смог скрыть волнения.

Впрочем, он не мог просто взять и признаться здесь.

Стоило ему это сделать, и он начал бы вечно проигрывать Арманди.

В такие моменты нужно сохранять уверенность.

Пиренцо высоко задрал голову.

— Я? Нет.

— Что значит «нет»?

Арманди подозрительно прищурился.

Как ни глянь, в поведении Пиренцо, когда ему угрожал Восьмой принц, отчетливо чувствовался дух родственной души.

И то, как он внезапно воодушевился, услышав новость о возможном участии в миссии по инфильтрации в академию.

Между Восьмым принцем и этим чертовым ассасином определенно была какая-то сделка.

Иначе как бы Восьмой принц узнал секреты, известные только агентам Бюро?

Но на руках были лишь косвенные улики, никаких прямых доказательств.

Пока Арманди дрожал от гнева из-за несправедливости, Пиренцо внезапно нанес ответный удар.

— Теперь моя очередь спрашивать. Почему блокнот оказался у принца?

— ...О чем ты?

— Блокнот Бюро по управлению способностями. Он был у принца.

Арманди изо всех сил старался сохранять непроницаемую мину.

Он не мог проиграть в таком месте.

Когда у обеих сторон есть подозрительные моменты, важен напор.

Этот парень всё равно не пойдет к Восьмому принцу просить показать блокнот.

Арманди небрежно бросил:

— Вот как? Какая странность.

— Угх...

Пиренцо оставалось лишь кусать губы от наглости Арманди.

До чего же невыносимый тип.

Пока эти двое вели позиционную войну без единой уступки, в разговор внезапно вмешался Радель.

— Я тут наблюдаю за вами, и кажется, вы довольно близки.

Тут же оба подпрыгнули, принявшись всё отрицать.

— Категорически нет!

— Думаю, здесь возникло какое-то недоразумение.

От этих почти синхронных реплик Пиренцо и Арманди злобно уставились друг на друга, испытывая явное отвращение.

— С чего это нас вообще объединяют?

— Выбирай выражения. В академии я — профессор, а ты — студент.

— Не мелочись. Я тоже умею быть мелочным.

Хоть оба и отпирались, по крайней мере в глазах Раделя они выглядели неразлейвода.

Радель усмехнулся и присоединился к Густо, Инетте и Тунии, следовавшим позади.

— Что с этими двумя? Они правда дружат?

На вопрос Инетты, не знавшей, что Арманди и Пиренцо коллеги по Бюро, Радель ответил:

— Да, кажется, они из одного района.

— Неудивительно, что они выглядят такими близкими. Должно быть, решили не подавать виду в академии.

Инетта отмахнулась, решив, что такое вполне возможно.

Когда дело доходило до непонятных вещей, с Раделем никто не мог сравниться.

Поражало само по себе то, как он смог притащить сюда профессора, который оказался бывшим убийцей.

Радель спросил у Густо:

— Ты ведь сдал документы у камня перемещения?

— Да, Ваше Высочество.

Они только что миновали точку перехода.

Документы, которые Густо предъявил у камня перемещения, были планом командной поездки от Императорской академии магии.

В нем значилось, что пятеро первокурсников, включая Раделя, и один курирующий профессор отправились на внешний выезд на выходные.

— Как думаешь, через сколько твоя гильдия узнает о нашем прибытии?

Когда Радель задал этот вопрос Тунии, она ответила спокойно, словно успокаивая его:

— Дня через два? Быстро они не сообразят.

— Этого вполне достаточно.

Даже если они узнают заранее, то не смогут действовать опрометчиво.

К тому же, они и в страшном сне не увидят, что сторона Раделя ударит по гильдии первой.

Радель едва заметно улыбнулся.

......

План выезда, представленный профессору Лилиан, был сфабрикован: в нем указывалось, что студенты будут ловить монстров в горах близ Марселлента.

«Я же говорила, что поеду вашим опекуном!»

Профессор Лилиан, изучая план, сверлила Раделя пылающим взглядом, но ему чудом удалось выкрутиться.

Поскольку горная цепь Марселлента была огромной, а обитавшие там монстры — крайне разнообразными, подозрений это почти не вызвало.

Группа Раделя сняла комнаты в трактире у подножия хребта, как и было заявлено в плане.

Разумеется, ловить монстров здесь они не собирались.

Город, в который они прибыли, был местом, где располагалась база Черного Клыка.

С самого начала поездка была лишь предлогом, чтобы покинуть академию и атаковать гильдию.

Замысел Раделя состоял в том, чтобы сделать первый ход самим, а не сидеть и ждать ассасинов.

— Давайте проведем короткое совещание.

Пиренцо собрал всех вместе.

Радель и Арманди вошли в трактир первыми, остальные последовали за ними и расселись.

Даже в глазах Пиренцо состав группы выглядел прилично.

Пусть и несносный, Арманди обладал навыками магии, лучшими в Бюро по управлению способностями; Седьмая принцесса с её могущественным даром; Туния, ассасин первого ранга; послушник святого рыцарства Густо с великой божественной силой; и Радель — представитель курса... и решала из Черного Сокола.

Каждый член отряда обладал незаурядными способностями.

— Наши силы неплохи. Честно говоря, они весьма значительны. И гильдия, против которой мы выступаем, невелика, так что груз ответственности чуть меньше. Но легко не будет, так как все её члены — убийцы, прошедшие профессиональную подготовку.

Туния, сидевшая рядом, кивнула.

Пиренцо передал группе информацию о Черном Клыке, полученную от Тунии.

— Текущая численность Черного Клыка — около двадцати человек, включая мастера гильдии. Если исключить тех, кто не обладает боевой мощью, стоит рассчитывать, что реально нам придется столкнуться с меньшим числом противников.

Трудность миссии заключалась не только в этом.

Большинство гильдий набивали своим членам татуировки, но в Черном Клыке на эти знаки накладывали магию проклятия, чтобы предотвратить предательство.

Стоило мастеру гильдии активировать проклятие, и носитель клейма начинал испытывать неописуемую боль, пока не умирал.

Муку настолько страшную, что лучше было самому лишить себя жизни.

Их судьбы были в руках мастера гильдии.

Это была одна из самых крупных переменных в операции, целью которой было освобождение членов гильдии.

— Стоит тебе вступить в Черный Клык, и ты не избавишься от проклятия, пока не убьешь мастера гильдии.

Лицо Инетты посуровело после объяснений Пиренцо.

Они были куда более жестокими, чем она думала.

Она невольно взглянула на Тунию.

У этой убийцы тоже есть такая татуировка?

«...Только не говорите, что она может умереть, если эта операция вскроется».

Инетта видела, что Туния искренне рискует жизнью.

— Значит, наша цель — убить мастера гильдии?

Инетта подняла руку и задала вопрос.

От этих слов зрачки Тунии слегка дрогнули.

Лишить жизни человека, которого она звала отцом и за которым следовала, было для нее непросто.

Первостепенной целью Тунии было снятие магии проклятия с соратников в ходе налета.

Однако даже в случае успеха штурма не было уверенности, что проклятие удастся снять. Ведь мастер гильдии был крайне безжалостным человеком.

Туния вспомнила коллег, погибших от рук мастера.

В детстве она безоговорочно верила словам «отца» о том, что они предали гильдию, но теперь понимала: возможно, это были люди, которые, как и она, просто хотели перестать быть убийцами.

Однако её отец не терпел подобных слабостей.

Пиренцо кивнул на вопрос Инетты.

— Если обстоятельства сложатся не в нашу пользу, именно так и случится.

Этот способ он сам выбрал более десяти лет назад, чтобы сбежать из гильдии.

Поскольку метод был кратчайшим и самым надежным, Пиренцо ставил ликвидацию мастера гильдии во главу угла.

— Жизни всех членов гильдии — в руках мастера. Нет более сильной мотивации, чем смерть. Если мастер отдаст приказ, нам придется сражаться против убийц, которые бросятся на нас, рискуя собой.

Пиренцо обвел всех взглядом.

— Я полон решимости покончить с этим до того, как такое произойдет.

От слов Пиренцо лица собравшихся стали мрачными.

Особенно суровым был вид Тунии.

Лишь один человек оставался невозмутимым.

«Он настроен серьезно?»

Хоть Восьмой принц и просил о помощи, он не собирался заходить так далеко.

Дело раздулось сильнее, чем Арманди предполагал.

«И за каким чертом я за ним пошел...» — пусто пробормотал он про себя.

......

Пиренцо сидел в стороне, погруженный в раздумья.

Совещание затянулось, так что все решили немного передохнуть.

— Профессор.

Радель нашел его и подошел ближе.

Пиренцо поприветствовал его, согнав задумчивое выражение с лица.

— Что такое, Ваше Высочество?

— Подумал, может, побеседуем немного.

Радель непринужденно встал рядом с Пиренцо.

— Честно говоря, я думал, что вы не придете, профессор.

— Ваше Высочество? Вы шутите. Вы ведь заранее знали ответ, не так ли?

Пиренцо усмехнулся.

Затем ответил обыденно:

— После вашего ухода мне стали сниться сны. Я убивал людей против своей воли.

Сны из его подростковых лет, когда он отчаянно боролся.

Это был кошмар, который исчез после того, как Пиренцо поступил в Бюро по управлению способностями.

Радель пожал плечами на слова Пиренцо.

— Вы живете как агент Бюро уже больше десяти лет. Профессор, которым вы стали сейчас, отличается от того паренька из прошлого.

Пиренцо снова хохотнул.

— Верно, тогда я был всего лишь подростком. О, я не намекаю, что вы — ребенок, Ваше Высочество.

Хоть Раделя и кольнуло изнутри от упоминания «чистого подростка», он молча слушал Пиренцо.

Он чувствовал, что профессор говорит всё искреннее и искреннее.

Внезапно лицо Пиренцо стало серьезным.

— Та девушка, Туния — она не вписывается в Черный Клык.

У Тунии была воля: она больше не хотела жить, убивая людей.

Пиренцо, которого в прошлом терзали те же мысли, понимал это лучше других.

— Как ни посмотрю, этого места не должно существовать. Вот и всё, о чем я мог думать.

Тогда Радель кивнул, словно это было само собой разумеющимся.

— Значит, вполне нормально, если оно исчезнет еще раз. В этот раз постараемся ради учеников, профессор.

«В этот раз постараемся ради учеников».

Странно, но эти слова запали Пиренцо в душу.

Дзынь—!

+++

[Симпатия цели превысила 10.]

+++

Благодаря сигналу, прозвучавшему в ушах, Радель ясно осознал чувства своего наставника.