Непопулярная дисциплина
Плюх—
Радель снова забросил удочку.
«Тихо».
По мере того как его присутствие угасало, открывался новый мир.
Он отчетливо ощущал движение колышущихся травинок и даже мельчайших насекомых.
Чувство текущей маны.
Чувство единения с природой.
Чирик-чирик—!
Птицы подлетели к Раделю, приземлились рядом и защебетали.
Они словно не замечали, что здесь находится человек.
Чирик—?
Затем, будто внезапно обнаружив Раделя, они мгновенно улетели, захлопав крыльями.
Глядя на это, Радель невольно улыбнулся. Ему удалось стереть свое присутствие, пусть и на мгновение.
И хотя он не мог полностью исчезнуть, как профессор Бронсон, он определенно начинал улавливать суть.
«Если продолжу тренироваться, это станет огромным подспорьем».
В академии действовала железная система ночной охраны. Летающие големы и стражники тщательно патрулировали территорию снаружи, поэтому покинуть академию обычными способами было невозможно.
Радель несколько раз пытался найти выход через секретный проход, но это оказалось непросто.
Хорошо, что система предотвращала внешнее вторжение, но ее настроили так, что выйти изнутри тоже было нельзя.
Эта тренировка требовалась прежде всего для того, чтобы подобраться к подземельям, на которые Радель нацелился.
Если он научится стирать присутствие, то сможет обмануть взоры стражи и големов.
Однако реальность оказалась суровой.
— Ты намерен и дальше посещать занятия? — спросил профессор Бронсон, прервав рыбалку.
— Тренировка маны? Разумеется, профессор.
На быстрый ответ Раделя профессор Бронсон отозвался безучастно.
— Но у академии есть свои правила. Мы не можем проводить занятия ради обучения одного человека.
— Значит ли это…
Лицо Раделя стало серьезным.
— Этот курс могут отменить, если все так и останется?
Проректор Бронсон кивнул.
На самом деле у него не было особых причин преподавать Тренировку маны.
Даже если дисциплину отменят, его не уволят с должности профессора академии, ведь у него хватало других дел.
Как и большинство преподавателей, помимо личных исследований он курировал различные поручения.
Например, секретный запрос ректора.
Но в то же время он чувствовал желание учить Раделя.
«Такие парни — редкость».
В наши дни маги предпочитали сосредотачиваться на скорости каста и зрелищности своих заклинаний.
Хотя быстрое чтение и масштабная магия тоже необходимы, профессор Бронсон не хотел обучать тех, кто преследовал только такие цели.
Вот почему в начале занятия он намеренно скрыл свое присутствие, чтобы студенты не могли его найти.
Он не горел желанием учить кого-либо, пока студент не заметит поток маны и не обнаружит его, а если тот не дотягивал до этого уровня, профессор не видел смысла проводить урок.
«Этот малый верно понимает, что источник магической силы — это мана».
В основном первокурсники, поступавшие в академию, уже в какой-то мере владели магией.
Научившись колдовать, они позже принимали как должное, что магия проявляется сама по себе, стоит лишь произнести заклинание и направить поток сил.
Будучи первокурсниками, они думали только о том, как бы побыстрее стать сильнее, изучая более сложные и запутанные заклинания, и совершенно не интересовались управлением магической энергией через упорные тренировки.
Хотя изредка попадались такие типажи, как Радель…
«Что ж, пока понаблюдаю».
Профессор Бронсон оставил погруженного в мысли Раделя и снова перевел взгляд на удочку.
Именно тогда это и случилось.
— Прошу прощения. Здесь проходит Тренировка маны?
Между ними кто-то появился.
Это была студентка с холодным выражением лица.
«Когда она подошла?»
Радель внутренне вздрогнул, увидев студентку, которая приблизилась абсолютно бесшумно.
Поразило и то, что она узнала профессора Бронсона, стершего свое присутствие, и то, что нашелся кто-то еще, кроме него самого, желающий пройти Тренировку маны.
Студентка поприветствовала профессора, тот кивнул, и тогда она молча взяла удочку, села рядом с ними и начала рыбачить.
Сколько времени прошло?
Ее присутствие постепенно угасало.
«Здесь был кто-то настолько умелый?»
Пока Радель снова удивлялся студентке, которая быстро адаптировалась к занятию, в нем крепла надежда, что Тренировку маны не отменят, раз ее посещает кто-то еще.
«Может, придет кто-нибудь еще?»
Но до конца урока больше никто не появился.
Как же спасти эту непопулярную дисциплину…
Радель начал беспокоиться о вещах, которые не заботили даже самого профессора.
......
— Ты хочешь сказать, Восьмой принц стал представителем первого курса академии?
Голос Второго принца, Артео Кудента Крециана, обдал холодом.
Внешне он казался спокойным, но в его глазах метались всевозможные проклятия.
Помощник Артео, почувствовав его настрой, склонился еще ниже.
— Именно так. Информация только что поступила.
— Восьмой принц? Не Седьмая принцесса и не Девятый принц?
— Да, лорд Артео.
Хотя сведения об уроках или экзаменах в академии были ограничены и не подлежали разглашению, новость о том, кто стал деканом курса, разлетелась за пределами учебного заведения всего за несколько дней.
Артео откинул волосы назад.
Это раздражало его еще со времен Великого Храма Ордена Высшего Божества, и в итоге ситуация пришла к этому.
Восьмой принц еще не сформировал свою власть должным образом, но рос он стремительно.
Для большинства членов королевской семьи не было секретом, что Орден Высшего Божества признал Восьмого принца.
«Такими темпами…»
Это опасно.
Интуиция Второго принца предупреждала: Восьмого принца нельзя оставлять в покое.
Он подумал о своей младшей сестре, которая училась в академии вместе с Восьмым принцем.
Третья принцесса, Шартея Кудент Крециан, не интересовалась подобной политикой.
Это и делало ситуацию опаснее. Если представители курсов соберут совет, неизвестно, что попытается предпринять Восьмой принц.
Он был тем, кто умудрился перетянуть на свою сторону даже хитрого Архиепископа Ордена Высшего Божества.
— Он, несомненно, амбициозен.
— Похоже на то. Перехватить пост представителя первого курса сразу после поступления.
Тот факт, что он взял на себя роль декана курса, превзойдя Девятого принца с его «Благословением Дракона», заставлял верить, что слухи о его неспособности к магии — пустой звук.
Восьмой принц явно не собирался жить тихо.
Следовало вмешаться.
Необходимо сломать Восьмого принца прежде, чем он станет еще влиятельнее.
«Возможно, он знает, что я стоял за его падением».
Хотя дело замяли, было несложно догадаться, что за этим стоит Второй принц.
Если так, то он наверняка точит клинок мести в своем сердце.
— Надо было покончить с ним до того, как проявились его Способности.
Артео по опыту знал: безопаснее выкорчевать опасный росток в самом начале.
— Совершенно верно. Восьмому принцу повезло, что его Способности пробудились, когда он находился в предсмертном состоянии.
На эти слова Артео пробормотал:
— Повезло…
Можно ли назвать простым везением то, что он несколько раз благополучно миновал кризис смерти?
Даже если тот скрывал свои таланты, Артео был уверен в себе.
Все потому, что у него был козырь.
— Ты ведь связался с «Черным Клыком»?
— Да. Они сообщили, что успешно внедрили своего убийцу в академию.
Гильдия убийц под названием «Черный Клык» исчезла около десяти лет назад, а затем появилась вновь.
Они действовали настолько скрытно, что даже Второму принцу было нелегко связаться с ними.
Плата за информацию только для того, чтобы встретиться с их связным, равнялась стоимости особняка в столице.
Но такие траты стоили того.
Они славились тем, что всегда доводили покушение до конца, что бы ни случилось после получения заказа.
По их правилам, убийца обязан повторять попытки, пока цель не будет мертва, даже если сам он провалится и погибнет.
— Они обещали устранить его в течение месяца.
— Тц, довольно долго, — Артео разочарованно цокнул языком.
Будь Восьмой принц в столице, он бы что-нибудь придумал и без «Черного Клыка».
Из-за того, что принц поступил в академию, пришлось идти на все эти сложности.
Поскольку Артео сам был выпускником, он знал, насколько сурова охрана академии.
Его не волновало, сколько денег уйдет, лишь бы они сумели пробиться сквозь защиту.
— Восьмой принц должен быть ликвидирован. Любыми средствами.
Только тогда он и Шартея будут в безопасности.
Меч, однажды извлеченный из ножен, нельзя убрать обратно.
Такова была жизнь королевской особы в его понимании.
......
— Ваше Высочество, как прошло утреннее занятие?
— Это был хороший урок. Густо, а ты что посещал в это время?
— Понимание Ордена Высшего Божества.
«Густо — гиблое дело».
Радель оставил план уговорить Густо ходить вместе с ним на Тренировку маны.
Тем не менее на всякий случай он решил прощупать почву.
— «Понимание Ордена Высшего Божества» — это интересно?
— Да. Старшие святые рыцари и жрецы, которые учатся в академии, посещают это занятие вместе, так что мне спокойно. Ощущение, будто я в храме.
Как это назвать?
Поскольку связи завязались через Орден Высшего Божества, это церковное братство, а не академическое?
Видя, как Густо активно налаживает контакты, Радель окончательно сдался.
Он не мог вмешиваться в социальную жизнь Густо.
Похоже, придется искать кого-то другого для компании на Тренировке маны.
Радель и Густо находились на тренировочном поле на курсе Базовой физподготовки.
В академии студенты обязаны были выбрать одну дисциплину по физической подготовке, чтобы не терять форму.
Хотя фехтование тоже относилось к таким дисциплинам, Радель предпочел Базовую физподготовку.
Согласно программе, там обучали выносливости и применению ее в реальном бою.
Он рассчитывал подтянуть и общую форму, и навыки владения мечом.
Инетта сбежала на Общее фехтование.
Многие первокурсники выбирали этот курс как самый необременительный.
Иными словами, у первокурсников, которые решились пойти на Базовую физподготовку, имелся стержень.
Возможно, здесь получится найти товарища для Тренировки маны.
— Итак, для начала тридцать кругов вокруг площадки. Начать!
Профессор начал занятие без промедления.
Радель осматривался, наматывая круги.
Бег был для него делом привычным — он тренировался каждое утро, так что сложности это не представляло.
Найти кого-то для Тренировки маны оказалось задачей потяжелее.
Озираясь на бегу, он заметил ту самую студентку, которую видел на Тренировке маны.
Похоже, она тоже выбрала Базовую физподготовку.
Девушка не выглядела уставшей, ее лицо по-прежнему оставалось холодным.
«Нужно затянуть ее на тот курс».
У нее было такое же лицо, когда она ловила рыбу.
Вряд ли такое выражение было вызвано неприязнью к Тренировке маны.
«Надежда еще есть».
Он размышлял о том, что стоит спросить ее о планах на занятия.
Когда он повернул голову, его взгляд встретился со взглядом профессора, стоявшего перед площадкой.
— Кха—!
Словно он внезапно чем-то подавился: Радель увидел, как профессор схватился за горло.
Судя по всему, он поперхнулся слюной, когда их глаза пересеклись.
— А?..
Присмотревшись, Радель ощутил, что видел этого профессора где-то раньше.
«Не может быть. Я вижу его сегодня впервые».
Но, странное дело, профессор Базовой физподготовки на протяжении всего занятия старался не смотреть Раделю в глаза.
«Он что, стесняется?»
Радель не придал этому значения.