Личность человека в маске

— Ваше Высочество, я вхожу.

Кирио Тайтс, услышав шум в лечебном покое, порывисто распахнул дверь.

Он всерьез опасался, что за время его короткого отсутствия могло что-то случиться.

Этот человек едва разминулся со смертью — откуда этот зловещий грохот в палате пациента, которому предписан абсолютный покой?

— О, Кирио.

К счастью, принц сидел на кровати, как раз поднимая с пола упавший графин.

Кирио быстро оглядел помещение.

Всё выглядело мирно, никаких следов борьбы. Похоже, звук и впрямь издал лишь выпавший из рук сосуд.

— В чем дело? Вы зашли как-то поспешно.

Кирио смешался от мягкого тона Восьмого принца.

— Ничего особенного. Мне показалось, я слышал шум.

— Понимаю.

— Да, видимо, я зря беспокоился. Кстати, графин упал — не принести ли новый?

Радель досуха вытер край сосуда и качнул головой:

— Не стоит. Должно быть, я вас напугал.

Кирио попросил звать его немедленно, если что-то понадобится, и снова покинул покой.

Убедившись, что шаги за дверью затихли, Радель облегченно выдохнул.

— Фух.

Едва не попался.

Радель еще более тщательно стер пятна крови с горлышка графина и вернул его на место. Затем он перевел взгляд на человека в маске, всё еще привязанного к стулу в приемной зоне.

— Твое мастерство и впрямь заслуживает похвал.

Принц догадывался, что пленник владеет навыками скрытности, раз сумел пробраться сюда незамеченным, но он не ожидал, что тот сумеет утаить свое присутствие даже от Кирио.

Человек в маске оказался куда более искушенным специалистом, чем виделось вначале.

— М-м-мпф!

— Ах да, я ведь завязал тебе рот. Сейчас исправлю.

Радель стянул ткань.

Пленник тут же вскинул голову с торжествующим видом:

— Хм. Это называется магией.

Найдется ли в этом мире хоть кто-то, кто не знает, что такое магия?

Судя по высокомерной гримасе незнакомца, тот был убежден: его чары — это нечто совершенно иного порядка.

Радель решил ему подыграть:

— Потрясающе! Значит, это и есть истинная магия.

Тот самодовольно задрал подбородок:

— Именно. И я наложил «Магию звукоизоляции» на случай, если повторится то, что было раньше.

На самом деле он до смерти боялся возвращения Кирио.

«Какого черта слуга Высшего Божества здесь делает? Если я попадусь в руки этому поехавшему инквизитору, мне конец».

Но проблема была даже не в смерти.

Среди инквизиторов — мастеров пыточного дела — Кирио Тайтс славился особо выдающимися талантами. В секретных организациях его имя было у всех на слуху.

Присутствие подобной фигуры рядом с Восьмым принцем означало, что тот стал «объектом интереса».

— Что тебя связывает с этим жрецом? — не удержавшись, спросил пленник.

В его голове уже выстраивалась версия о тайном сговоре принца и Ордена Высшего Божества.

— Прости? Я сегодня увидел его впервые.

«Больно уж вы близки для первой встречи».

Человек в маске не сводил подозрительного взгляда с принца.

«Он не только угрожал мне, но и спелся с этим экспертом по истязаниям... Не может это быть случайностью».

Пленник пришел к выводу, что Восьмой принц порочен и опасен ничуть не меньше любого инквизитора. Скорее всего, их связь тянется уже давно.

— Не лги мне. Тебе меня не провести.

— Это правда.

— До каких пор ты намерен скрывать свою истинную сущность?

— Хм, мне кажется, сначала ты должен представиться сам...

Радель понял, что нормального разговора в таком ключе не выйдет.

Раз уж человек в маске так любезно наложил «Магию звукоизоляции», ни один звук отныне не вырвется наружу.

Он приблизился к пленнику, покрепче перехватив предмет в руке.

— И вот еще что.

Графин с подозрительно темным красным пятном на боку блеснул в руках Раделя.

— С чего это ты вдруг решил перейти на «ты»?

Радель решил, что незнакомцу не помешает сеанс интенсивной физиотерапии.

......

Утро выдалось бодрящим.

Радель проснулся ни свет ни заря, распахнул окно и глубоко вдохнул свежий воздух.

Чирик-чирик—

Щебет птиц за окном ласкал слух. Прохладный ветерок коснулся лба принца.

Подобного умиротворения он не ощущал никогда.

«Мир всегда был таким красивым?»

Раньше, до того как смерть постучала в двери, у него не было возможности замечать подобные вещи.

Он жил, затаив дыхание, так что пейзаж за окном не вызывал в нем никаких чувств.

«Что изменилось?»

То, что он обрел «Сердце Тролля»?

То, что едва не погиб?

То, что вспомнил прошлую жизнь?

Всё это — правда, но было кое-что поважнее.

«Разве жизнь в свое удовольствие — не лучшая награда?»

Несколько дней в лечебном покое, где он спал и ел когда хотел, показались ему невероятным блаженством.

«Я хочу и дальше жить в комфорте».

А для этого в первую очередь нужно оставаться в живых.

Лишь будучи живым, можно чувствовать этот ветер и слушать птиц.

Радель твердо решил оберегать свой покой. И первым делом следовало устранить любого, кто покушался на его жизнь.

— Наличие цели дает какое-то странное чувство полноты. Ха-ха.

Радель обернулся с посвежевшим лицом.

Там, привязанный к стулу в приемной, сидел человек в маске, сплошь покрытый синяками и отеками.

«Психопат».

Его глаза извергали проклятия, но рот открылся автоматически, словно по команде.

— ...Всё верно. Вы поистине великолепны.

— Спасибо на добром слове, Арманди.

Радель неловко усмехнулся.

Человек в маске — нет, теперь уже Арманди — подавил очередной поток ругани, рвавшийся наружу.

«Сумасшедший ублюдок...»

Разве нормально для человека выглядеть таким отдохнувшим после того, как он двое суток держал кого-то в плену?

— Ой? Неужели я уже озвучил тебе свою цель?

Лицо Арманди мгновенно застыло.

Он снова угодил в расставленную ловушку.

— Как ты можешь называть меня великолепным, не зная моих планов? Мне любопытно.

Настоящий, законченный безумец. Он безжалостно проверял собеседника на вшивость, стоило тому хоть на миг расслабиться.

Арманди заговорил, стараясь, чтобы голос не дрожал:

— Я счел великолепным само ваше пробуждение и твердость вашего намерения.

— А, вот оно что.

Разумеется, намерения Раделя отличались от фантазий пленника. Он спросил из чистого любопытства.

К тому же, его забавляло, как ловко Арманди научился восхвалять цель, о которой не имел ни малейшего понятия.

Всё изменилось с того момента, как Радель нашел имя «Арманди» в том самом блокноте.

Услышав свое имя из уст принца, Арманди затих — должно быть, от неожиданности.

Глядя на то, как после нескольких сеансов «физиотерапии» пленник стал куда более учтивым и перешел на безупречно официальный тон, Радель невольно вспомнил поговорку: «искренность прокладывает путь к сердцу».

У ног преобразившегося Арманди валялся тот самый графин с багровым пятном.

Радель был доволен результатом.

— Что ж, может, выдвинемся?

Пришло время наведаться в Бюро по управлению способностями — место, откуда и прислали Арманди.

У Раделя накопилось много вопросов.

......

Бюро по управлению способностями в Императорском дворце.

— Директор, связь с Арманди Стейном прервана.

— Как давно?

— Сегодня пошли вторые сутки.

Лицо директора помрачнело.

Арманди был агентом, безупречно исполнявшим задания. Отсутствие связи в течение дня — это одно, но два дня тишины — случай беспрецедентный.

«Он даже не подал сигнал бедствия при всём своем мастерстве».

Такое возможно лишь в том случае, если его заперли в секретной комнате под неусыпным надзором двадцать четыре часа в сутки.

«Магия иллюзий Арманди — лучшая в империи. Это невозможно».

Директор отвел взгляд, пытаясь унять головокружение, и вдруг заметил нечто необъяснимое.

«Это что еще такое?»

Арманди, который считался пропавшим, подозрительно маячил прямо перед зданием Бюро.

«Арманди?»

Директор не поверил собственным глазам: его лучший агент, связанный по рукам и ногам, волочился за кем-то следом.

Более того, на буксире его держал не кто иной, как Восьмой принц.

«Я послал его следить за ним... Его что, поймали?»

Директор не мог представить, как Восьмой принц, чьи силы едва пробудились, сумел скрутить оперативника Бюро.

— Д-директор! Там Восьмой принц...!

Директор сдавил ноющие виски и ответил:

— Я и сам вижу.

— Да нет же, он взял Арманди в заложники и шантажирует нас!

......

Радель объявил о своем полном выздоровлении и покинул лечебный покой, намереваясь вернуться в свои чертоги.

Кирио заметно расстроился и настойчиво просил принца обязательно заглянуть в Храм позже.

— Спасибо вам за всё, брат мой.

Рядом с Раделем, который чинно кланялся жрецу, кто-то яростно проклинал его про себя.

«...Чертов монстр».

Это был Арманди. Он использовал «Магию иллюзий», чтобы Кирио его не заметил. Этот порочный принц в итоге всё-таки вытащил его наружу.

Более того, наглая просьба проводить его до Бюро по управлению способностями выходила за всякие рамки.

«Он и впрямь думает, что сможет найти дорогу, если я его поведу?»

Бюро было режимным объектом с жесточайшим уровнем безопасности, куда посторонним вход был заказан.

Само здание защищала сверхсовременная охранная магия, которую обычный человек даже распознать не смог бы.

«Тьфу, он даже не понимает, насколько сложны и величественны эти чары».

Определенно, Восьмой принц был неучем, не знавшим и азов магической науки.

Пропасть между ним и его братом-близнецом, Девятым принцем, была бесконечной.

«По сравнению с ним Его Высочество Девятый принц — словно исток всей магии».

Пусть они и близнецы с похожими лицами, но масштаб личностей разный.

Да, Арманди поначалу ошибся, приняв Раделя за Девятого принца, когда увидел его лицо вблизи... Но тогда он просто потерял бдительность.

Отношение к магии у них было в корне разным.

Восьмой принц — беспардонный наглец, который, вместо того чтобы восхититься истинным искусством Арманди, просто использовал его чары для своего удобства и помыкал им.

«Его Высочество Девятый принц почудил волну магической силы у Бюро и сам пытался её нейтрализовать».

Поскольку охранные чары создавались лучшими архимагами империи, даже Девятый принц не смог их сломить.

Однако сам факт того, что он обнаружил аномалию и подошел к делу с магической стороны, глубоко тронул Арманди.

«Как блистательно разовьется магия империи, когда он взойдет на трон!»

Его сердце трепетало при мысли об этом дне.

Внутренне презирая Раделя, Арманди водил его кругами неподалеку от Бюро.

Он рассчитывал, что Радель в конце концов выбьется из сил от бессмысленной ходьбы и сдастся.

В этот момент они как раз проходили перед фасадом организации.

Арманди подумал, что они подобрались слишком близко, но помалкивал, уверенный в ее невидимости.

«Неужели такой никчемный человек вообще хоть что-то заметит?»

Но он не знал одного.

Того, что у Раделя было «Обнуление статусных эффектов»...

+++

[Масштабная охранная магия вмешивается в восприятие пользователя.]

[Активировано «Обнуление статусных эффектов».]

[Бюро по управлению способностями открывается взору.]

+++

Радель пришел в восторг, когда здание Бюро внезапно проступило прямо перед ним.

— Спасибо, Арманди!

— М-м-мпф!

К несчастью для агента, его рот был всё еще завязан.

«С ума сойти, он пробился сквозь чары?!»

Услышав его потрясенное мычание, Радель похлопал его по спине, словно спрашивая: «Что, ты тоже рад?»

— М-м-мф!

Арманди готов был лезть на стенку от отчаяния.

Мало того что он провалил задание и попал в плен, так теперь он собственноручно притащил объект слежки к порогу родной организации!

Более того, при входе в охранную зону Бюро любая магическая маскировка принудительно снималась. А это значило, что «Магия иллюзий» Арманди мгновенно развеялась.

Его жалкий вид — скрученного и связанного Восьмым принцем — предстал на всеобщее обозрение. Принц при этом крепко сжимал в руке конец веревки.

«Я чувствую себя собачонкой на поводке, честное слово...»

Арманди хотел только одного — провалиться сквозь землю.

Радель же, не обращая внимания на страдания пленника, уверенно потащил его к главным воротам.